У отца на лице появилось притворно задумчивое выражение, к которому Тонио за двадцать лет уже привык. «Как я, один из лучших управленцев Империи, мог породить такого идиота?» — вот что означало это выражение.
‒ Ты пилот, сынок. Подумай, для чего ты можешь понадобиться?
И, не тратя времени, пошел прочь.
Тонио хотел спросить его, что будет с Талитой, но не осмелился окликнуть.
Медикам удалось сотворить еще одно чудо, кроме поддержания жизни в теле Аэши Ли — теперь Дик ощущал себя почти человеком. А всего лишь ему сделали тот самый миостимулирующий терапевтический массаж, который прописали еще в больнице, и все это во время пятичасового сна, которого ему так не хватало, так что на военном совете он вновь был готов действовать.
— Добрый день, капитан, — приветствовал его Сабатон, когда Дик подключил интерфейс через наушник и браслет. — Освобождаете ли вы сеу Алишандру от полномочий по управлению мною?
— Нет, — ответил Дик без колебаний. — Она и в дальнейшем будет занимать мое место, если я… выбываю.
— А сеу Ройе?
— Да, — все равно Ройе не принимал участия в той операции, которая планировалась в космосе. — Теперь давай внимательно выслушаем, что нам скажут.
Военный совет происходил в той самой пещере, где был медицинский модуль, но теперь его убрали. Аэша Ли уже не лежала на койке, а сидела в кресле, одетая, как все, в черный поддоспешник. Цвет ее лица не стал здоровее, но она больше не задыхалась, и даже пакет з энергетиком подносила ко рту самостоятельно.
Таки эта команда медиков творит чудеса.
‒ Аксель Эльба, ‒ пояснял Рин, ‒ находится сейчас на борту синдэнского штаб-крейсера «Сармат», дрейфующего на высокой орбите. Капитан Рохас — еще один однокашник Эльбы и полностью его человек. Настрой экипажа в целом нам неизвестен. Исходим из того, что они враждебны. Своих людей на борту у нас нет. Цель Эльбы — довести до конца провокацию, которая должна уничтожить Синдэн вместе с Рива. И в этом деле данные, которые мы слили в сеть, служат скорее ему на пользу, чем во вред.
‒ Как? ‒ вырвалось у Дика. ‒ Нет! Почему?!
‒Потому что теперь каждая собака знает: у Синдэна и Рива есть оружие, поражающее внезапно и ниоткуда. Когда такое нападение произойдет, никто и не подумает на СБ. Все будут обвинять нас.
‒ Но отчеты! ‒ Дик осекся. Да, отчеты Дедала на имя Миноса. Очень информативно.
‒ С точки зрения обычных людей всё выглядит так: Синдэн сбил в секторе Сатори вавилонский корабль. Рива отомстили, напустив боевых морлоков на командорию Синдэна в Серенити. Сейчас Рива находятся под арестом в посольстве, под контролем роты бойцов спецназа СБ в тяжелых кидо. А сын Эльбы находится неизвестно где в заложниках, похищенный боевым морлоком. Мы считаем, что он на «Сармате», Ран. И его нужно оттуда достать.
‒ Именно тут, ‒ сказал Ройе, ‒ выступаешь на сцену ты со своим уникальным кораблем, способным летать в стелсе.
‒‒ «Сабатон» не способен летать в стелсе, ‒ поправил Дик. ‒ Он способен только дрейфовать в стелсе.
‒ Это лишние тонкости, ‒ сказала Ли. ‒ Получишь отделение бойцов в легких скафандрах. Пробьешься на «Сармат» и найдешь Тонио. И остановишь Талиту. Любой ценой. Понял?
Дик проглотил слюну. Любой ценой.
— Понял. У меня одно условие.
Ли вопросительно промолчала.
— Я не беру отделение бойцов. Только я и Сабатон.
Несколько часов, которые дали Тонио на отдых, измучили его вконец. Спать он не мог, терминал отключили, потому заняться было нечем, из каюты не выпускали, а кабан у дверей кратко пояснил, что у него приказ от отца при необходимости использовать или станнер, или удушающий захват, «выбирайте сами, что вам больше нравится».
Тонио вернулся в кровать и ворочался там в сердцах, пока не задремал. Но этот сон не принес ни успокоения, ни отдыха.
Наконец его разбудили, накормили и привели в командную рубку. Там были отец и капитан Рохас.
— Смотри, — сказал отец и показал, как корабль взрывается на выходе из дискрета. — Это гибель барки «Ангарад», на которой был Директор Бэйл. Запись сделана кораблем дома Рива «Торнадо». Спустя несколько часов «Торнадо» тоже был уничтожен. После чего Рива с честными глазами клялись, что ни одного их корабля не было в секторе Сатори.
Тонио сделалось тошно.
— Откуда у вас… эти… данные?
— Кто-то слил их в инфосферу. Наверное, твой слишком уж принципиальный приятель.
— Знал ли он… об этом?
— Там в общем около двух терабайт данных, он не мог просмотреть и оценить их все. Но правильно просчитал, что на него охотятся ради уничтожения этих данных…
— А на него охотятся? — перебил Тонио.
— Да. Его дважды попытались убить в течение прошлых суток, сейчас он удрал и прячется, скорее всего, в своем корабле. Мне нужно, чтобы ты его нашел.
— Как? — спросил Тонио, и вдруг понял, какой это дурацкий вопрос.
— Вы пилоты. Вы тренировались вместе и знаете, как говорят, почерк друг друга. Если он попытается удрать из системы, ты его почувствуешь. Если он даже просто подключится к интерфейсу корабля, ты его почувствуешь.
— И что ты тогда сделаешь?
— Тогда сделаешь ты. Задержишь его. Вступишь с ним в ментальный поединок, чтобы он не мог нырнуть в межпространство.
— И если я его задержу — что дальше?
— Спасем его.
— От кого?
— Ты еще не понял? Это Рива. Насколько я помню, он рассказывал тебе, как выглядит их внутренняя политика. За ним послали трех ремодифицированных боевых морлоков — да кто из имперцев мог такое сделать? Найди его. Спаси.
Сердце у Тонио колотилось. Он знал, что отец говорит ему не всё.
— Я так не согласен, — наконец сказал он. — Я хочу знать всё с самого начала.
Отец и капитан Рохас переглянулись.
— Хорошо, — сказал наконец адмирал Эльба. — Какое-то время назад я узнал, что «исследования межпространства», которыми занимаются Рива и Синдэн, это на самом деле испытания нового оружия. Страшного и мощного оружия, которым можно уничтожать корабли противника в межпространстве. Рива воспользовались этой возможностью, чтобы расправиться с давним врагом, Директором Бэйлом. Я отдал приказ взять под стражу экипаж корабля «Вестник Рассвета», но раньше моих кораблей их захватили пираты, а пиратов разбили Рива, и таким образом они замели почти все следы. Глава синоби лично направилась на Эрин, скорее всего з намерением первой представить Императору результаты «исследований». Если бы им это удалось, они явились бы не предателями, а спасителями Империи, подарившими ей стратегическое преимущество над Вавилоном и неприсоединенными мирами. Но Аэше Ли не судьба была выйти из межпространства. В Доме Рива не все радостно поддерживали курс на превращение в один из доминионов Империи. Итак, она послала на Эрин зашифрованный ансибль-пакет, расшифровать который мог только корабль твоего друга, «Сабатон». Вот зачем его вызвали на Мэб на самом деле. Рива захотели получить данные исследований. Но, видимо, Дик их не предоставил, и они устроили два нападения на него. Понимаешь теперь, чего я от тебя хочу?
Отец говорил гладко, будто читал коммюнике, и хотелось верить каждому его слову, но…
— Тогда почему ты просто не попросил меня прилететь? Зачем весь этот ужас с Талитой? Зачем я должен был прочитать тот стих, зачем ты превратил ее… не знаю во что!
— Я ни во что ее не превращал, она просто сбросила оболочку и стала тем, что она есть. Забудь об этом. Рива внедрили ее в Академию, но, как я уже говорил, там есть недовольные, и от них я получил инструмент, которым уничтожу выродков. Они считали, что достаточно поднять на знамя парня, выжившего на Сунагиси и простившего им всё — и им точно так же всё простят и другие, и они будут заседать в нашем Сенате и шляться по нашему пространству, как будто так и надо. Но нет. Я не простил им ничего, и я их уничтожу, с помощью Бога и Синдэна — по крайней мере тех из Синдэна, кто не спелся с врагом.
Тонио похолодел.
— Папа, это война.
— Нет, Тонио. Теперь это не потребует войны. Когда-то Рива могли нырнуть в свое троваторское пространство, закрыться на Картаго, куда рядовому пилоту невозможно попасть. Но сейчас у нас будет оружие, которое избавит нас от необходимости гоняться за ними в троваторском пространстве. И будем иметь благодаря им. Какая ирония.
— Вы его не имеете, — возразил Тонио. — Вам нужен Дик.
— Мы имеем. Потому что он слил все данные в инфосферу. Но теперь его вскоре получат и вавилонцы. Вопрос только в том, кто первый. Если Рива успеют убить Дика раньше, чем я его перехвачу, они выставят себя героями, а нас с капитаном Рохасом — предателями. Выбирай, сынок.
Тонио молча сел в пилотское кресло и откинул голову, подставляя ее зажимам.
Дик и Шана сейчас ничем не отличались от парочки туристов, выкатившихся на хибанах полюбоваться космическими пейзажами.
Разве что шли на пределе допустимой скорости, держась складок рельефа, избегая открытого пространства.
Мэб была астероидом неправильной формы, приставшим к Эрин где-то в космических странствиях, когда ее безымянный «братик» врезался в Эрин, образовав океан Мэру. Это было до начала всякой жизни на планете, даже атмосфера была без кислорода. Утешительная мысль.
Сейчас Мэру выглядел как зеленый круглый глаз, а одноименный остров внутри — тот самый бывший астероид — как зрачок. Некоторые ученые считали, что именно эта катастрофа послужила толчком к появлению на Эрин жизни: высвобожденный из планетарной коры кислород вступил в реакцию с водородом и образовал воду. Дик не знал, насколько верна эта теория. Мэру служил ориентиром: где-то над ним висел на геостационарной орбите «Сармат».
Идти по поверхности было лучше, чем подземными тоннелями: поверхность не обыскивали. До Сабатона было где-то с полсотни километров, то есть примерно час лёта, если не напрямик. Эфира избегали: если надо было перекинуться словом — останавливались, подходили и разговаривали, прислонив шлем к шлему.
Добрались без приключений.