— О, это существенно меняет дело, — Эльба снова посмотрел на Дика. — Признаюсь, я ожидал увидеть здесь юного Анибале.
— Они не были близки, — сказал Дик. — Анибале не захотел прилететь.
— Понятно. Мои соболезнования, фрей.
— Благодарю, — Шана блеснула влажными ресницами.
— Если церемония частная, то я, возможно, лишний здесь, — господин Эльба огляделся. — Но мне так просто и искренне дали приглашение…
— Вы коллега, которого бабушка уважала, — сказала девушка. — Я не представляю, кто мог бы вам отказать.
— Приятно это слышать, — сказал адмирал.
— Так же, как и видеть вас здесь, — Детонатор слегка наклонил голову набок. — Клянусь, усопшая высоко бы оценила такой жест.
— Я польщен. Но очень печально, что подобные инциденты случаются в такой близости от имперского домена. Я чувствую себя ответственным.
— Не стоит. Обычно синоби не умирают своей смертью.
— Но это был, насколько я понимаю, не несчастный случай. И потому мы занялись расследованием.
— Понятно.
— Давайте я выскажусь еще понятнее: территория Картаго, где действуют законы и обычаи Картаго, заканчивается на этом корабле. За его пределами не допустимы никакие вендетты, частные расследования и тому подобное. Синоби не имеют полномочий в имперском домене. Тем более экологическая полиция Картаго.
— А причем здесь мы? — невинно поинтересовался Дик.
— Вы лучше меня ориентируетесь в здешней компании и можете донести мои слова до нужных ушей.
— Да вы и сами можете, — Ройе повел рукой по направлению к группе их двух женщин и одного мужчины. — Вот госпожа Сильвестри, полномочный представитель тайсё в имперском домене.
— Со всем уважением, господин Ройе, но я не стоил бы своего кислорода, если бы не знал, что фрей Сильвестри ваш человек.
— Она человек тайсё, — возразил Ройе. — Она представляет Картаго в имперском домене. Я тут просто гощу.
— Ясно. Итак, я должен поговорить с представительницей тайсё. А вам, господа кадеты, советую не тратить время. Если вы сядете на ближайший катер до Эрин, то утром успеете на первую лекцию.
— Нет, — сказала Шана. У Эльбы поднялись брови.
— Ближайший катер приземляется в порту Кумал, оттуда до Айфе девять часов субатмосферного полета. Мы не успеем на первую пару. Мы вообще не успеем на пары. Но через четыре часа отходит катер в Нью-Галвей, оттуда до Айфе лететь только два с половиной часа. На первую пару не успеваем всё равно, но попадаем на вторую.
— Браво. Я не изучал расписание так подробно.
Шана выглядела польщенной.
— О, супер, — сказал Ройе, когда он отошел. — За нами будут присматривать.
— Ну, тогда не идите со мной, — пожал плечами Дик. — Оставайтесь в отеле. Сабатон!
— Капитан, — прошелестело в ухе.
— Скажи, ты за полгода скуки влез в транспортную систему Мэб?
— У меня не было такого приказа.
— Я не спрашиваю, был ли у тебя такой приказ. Ты влез в нее или нет?
— Да, капитан.
— Тогда возьми мне быстренько билетик к Пристани Надежды примерно к полуночи. И посмотрим, что из этого выйдет.
— Почему это ты должен ехать один? — спросила Шана.
— Я еду с тобой, это не обсуждается, — сказал Ройе.
— Вы всегда, когда заряжаете мышеловку, сажаете рядом большого и гавкучего пса?
Ройе слегка перекосило от этой метафоры.
— Ты слишком ценен, чтоб использовать тебя как кусок сыра.
— Но ни вам, ни Шане Сабатон не выдаст эти данные, точка. К тому же, по дороге туда мне ничто не угрожает.
— А назад?
— Мне нужна будет поддержка. Потому я немного пошляюсь тут, а потом тихонько уберусь. А вы ждите меня в Ступице.
Ступицей называлась центральная станция монорельса.
— Ты уверен, что доберешься до Ступицы?
— О, да, — искренне сказал Дик.
— Мне это не нравится. Почему хотя бы она не может проводить тебя к докам?
— Потому что в доках ничего не случится. Там слишком просторно, есть куда убежать. Ну вот почему я должен объяснять вам элементарные вещи?
— У меня впечатление, что ты хочешь отделаться от меня так, что готов рискнуть всем делом.
Это было верное впечатление. Дик не доверял Ройе и чувствовал, что, возможно, Ли ему тоже не доверяла. Да и вообще он нуждался во времени, чтобы провести его наедине с этой загадкой, и возможно, Сабатоном, без рыжей горгульи, нависающей над головой. И даже без Шаны.
— У меня впечатление, что вы слишком настаиваете.
— У меня впечатление, что ты истосковался по наемным убийцам.
— Да, Картаго сформировала у меня покушениезависимость. Тихо, сюда идет Сильвестри.
Посол подошла к ним и поздоровалась, вежливо поклонившись, они ответили на приветствие таким же учтивым поклоном, и довольно долго никто не поднимал голову первым, наконец Дик пробормотал:
— Хорошо, невежей буду я, — и выпрямился.
— Имперцы стоят на ушах, — сказала Сильвестри без предисловий. — Наши тоже. Я выразила обеспокоенность тем, что картагосский корабль мог быть атакован в их локальном пространстве. Пурана пляшет в Совете со своим «Вот видите, я же говорил!». Все клянутся, что были где угодно, кроме пространства Великана. А ты приволок сюда школяров — что, дела вот такое говно?
— Скоро узнаем, — Ройе взглядом подозвал служителя, взял чашку вина, выпил.
— Я пошел шляться, — сказал Дик. — А вы меня прикройте.
Он «шлялся» примерно полчаса — с кем-то перемолвился словечком, с кем-то поднял чарку за упокой погибших хикоси, и, наконец, улизнул через служебный вход в шлюз, а там — к кару, на котором и поехал к Ступице.
От Серенити к Пристани Надежды монорельс шел пятнадцать минут. Еще пятнадцать шел через саму Пристань: там было семь остановок с двухминутным интервалом между ними. Дику нужна была четвертая.
Пристань Надежды находилась в здоровенном кратере и вмещала около тысячи гражданских кораблей. Безопасным считалось посадочное расстояние на километр во все стороны, и то для кораблей размера Сабатона, которые по классу проходили как яхты. Сабатон сидел на двенадцатом километре, потому Дик вскочил на хибан и был на месте через десять минут. На Эрин он летел бы дольше, но в этих туннелях, чтоб сэкономить грузчикам усилия и энергию, отключили искусственную гравитацию.
— Приветствую, капитан, — сказал Сабатон, едва Дик поднялся на борт.
— И тебе не болеть, — Дик почти сразу начал раздеваться. — Ну что там с тем пакетом?
С потолка спустился усик-сенсор, Дик подставил ему губы, дал заглянуть в глаз.
— Ну что, это я или не я?
— Капитан на полтора килограмма тяжелее, чем был.
— Это мышцы, — Дик сбросил панцу, добавил в аккуратно сложенную кучу одежды на полу, и пошел голым дальше в направлении оружейного отсека.
— Нет, мышцы составляют только сорок процентов набранного веса. Остальное — жир.
— Эту информацию я не запрашивал, — проклятая Академия, слишком хорошо там кормят, слишком много времени просиживаешь на лекциях и самостоятельных занятиях…
С потолка на голову полилась вода, приятно теплая, с запахом яблок.
— Этого я тоже не просил!
— Вы не хотите освежиться перед тем, как надевать тэппи?
— Хочу, но сначала туалет и дешифровка.
— Дешифровка займет время.
— Холера, — Дик зашел в туалет. Это было крайне необходимо, потому что защитный поддоспешник, тэппи, должен был быть цельным везде. Конечно, была модификация, раскрывавшаяся в паху, но сегодня Дику нужна была не она.
— Сколько времени?
— Минут десять. Ванну?
— Давай.
Отверстие в полу мгновенно раскрылось именно под ногами, и Дик провалился в подогретую воду с тем самым яблочным ароматом.
Сабатон любил такие шутки. Потому Дик уже привык и не вскрикнул и не попытался ухватиться за края. И когда массажер дотронулся до тела, не подпрыгнул, как подстреленный, а только сказал:
— Убери щупальца.
Сабатон убрал массажер и включил систему интенсивного мытья. Вокруг Дика забурлила вода.
— Капитан соскучился по Сабатону на Айфе?
— Да, — сознался Дик. — По сравнению с некоторыми моими однокашниками у тебя просто ангельский характер.
— Мы могли бы вживить под кожу интерфейс скрытого ношения, — невиннейшим тоном предложил корабль. — И тогда я был бы с вами всё учебное время.
— Это было бы читерством, — сказал Дик. А потом подумал, что в ближайшие сутки ему пригодился бы интерфейс, который невозможно обнаружить при поверхностном осмотре. — Сколько времени это займет?
— Около двадцати минут.
— Давай. Одновременно с тэппи, — он вылез из ванны, она в тот же миг превратилась в мелкое углубление в полу. — Как обычно.
Плотный поток ледяной воды охватил его на пять секунд, даже дыхание перехватило, а потом со всех сторон хлынул теплый воздух. Высыхая на ходу, Дик пошел в оружейную.
— Как расшифровка?
— Готова.
Перед Диком повис… какой-то набор данных. Формулы, графики, статистические таблицы, снова формулы… Он на миг застыл на месте.
— Ты уверен, что это расшифровка?
— О, да, капитан. Алгоритм был не очень сложным.
— Это что? Какое-то личное послание?
— Да.
Дик дотронулся до стены, снова дал усику мазнуть по губам и заглянуть в глаз. Стена раскрылась. Дик вошел в оружейную.
Тэппи, в отличие от более простых и дешевых видов поддоспешника, не надевается, а плетется прямо на теле. Дик задал модификацию и ступил в камеру, растопырился знаком «большой», завис меж силовых полей, подставив тело под распылитель жидкого шелка. Одновременно голову охватил обруч, затылок зазудел — началось подкожное внедрение интерфейса.
— Показывай.
В луче зависла голограмма Аэши Ли. Привидение сидело в командном кресле корабля.
— Если ты это смотришь, я мертва, — сказала старуха. — У тебя в руках данные экспериментов, проводившихся в секторе Дурги экипажем «Торнадо». Не знаю, кто и почему, но ради них кто-то готов убивать. Не верь никому. Будь собой.
Привидение рассеялось. Жидкий шелк на теле высох, настала очередь амортизирующего геля.