‒ Послушай, это последний момент, когда мы можем передумать.
‒ Передумать что?
Шана прижала его за плечи к стене.
‒ Ты не обязан затыкать грудью каждую дыру в этой вселенной. У тебя есть другие обязанности — перед Бет, перед Майлзом, и как вы там назовете своего второго — перед ним тоже. Спрячься в посольстве до рейса, а там полетим на Айфе. Ройе здоровенный мужик, он съел собаку на политике, он сумеет в этом разобраться, а мы будем учиться, и черт с ним. Нет, не смей мне говорить, что Ли доверила эту тайну именно тебе. Ли доверила ее Сабатону, потому что с Сабатона хрен ее кто возьмет, кроме хозяина. Может, она и не рассчитывала на тебя, ей нужно было лишь надежное хранилище для этих данных…
«Не верь никому. Будь собой».
‒ Нет, ‒ вздохнул он. ‒ К сожалению.
‒ Ну тогда просто наплюй на нее! Ты ей ничем не обязан. Она втянула тебя в смертельные неприятности, на тебе нет живого места, и это еще были любители! Профи превратят тебя в пригоршню пепла, и что я скажу Бет? Как я посмотрю ей в глаза? Отдай эти данные Ройе, и пусть делает, что знает.
‒ Это звучит очень разумно, ‒ сказал Дик. ‒ И я благодарен за заботу. Но есть одна вещь. Я тебе сейчас скажу, а ты имеешь право дать мне в морду…
‒ Что? ‒ спросила Шана. И сразу поняла сама. ‒ Нет. Ох, нет, ты не можешь такое про меня думать…
‒ Ты знала, куда я поеду и что буду делать. Ройе тоже знал.
‒ Дик…
‒ Ройе приехал за нами на Айфе. И хочет получить эти данные, аж приплясывает. И я таки был готов отдать ему эти данные… минутку или две. Потому что я таки испугался, таки растерялся, и таки меня хорошенько отлупили.
‒ Дик…
‒ Я не думаю на тебя. Девять против одного, что ты и вправду желаешь меня видеть в безопасности, потому что, в конце концов, я — твое задание…
Она тряхнула его так, что аж зубы клацнули.
‒ Задание? Задание?! Ах ты мудила!
Если бы я не видел, как ты плачешь на «похоронах» своей бабушки, тоскливо подумал Дик. Если бы я не знал, какая ты мастерица перевоплощений. Как бы мне хотелось искренне называть тебя…
‒ Твой друг, ‒‒ сказал он, удерживая ее руки. ‒ Хорошо. Я верю, что ты относишься ко мне как к другу. Но как синоби ты понимаешь, что я сейчас не могу доверять безоглядно никому, даже тебе, тем более Ройе. И если ты в самом деле друг… ты должна меня оставить и как-то отвлечь Ройе. Если что… Скажешь Бет, что…
‒ Ни черта я ей не скажу, ‒ отрезала Шана. ‒ И если ты только попробуешь сдохнуть, я откопаю тебя из любой могилы, достану из рая или ада и пинками буду гнать до Картаго впереди корабля, понял?
‒ Да, — улыбнулся он.
‒ Ну тогда чмок, ‒ она показала пальцем на щеку и Дик поцеловал указанное место. ‒ Удачи тебе. Как держим связь?
‒ Через сантор-линк, я тебя найду, ‒ Дик попятился к выходу. ‒ Бай!
Развернулся и побежал по ступенькам вверх, к остановке общественного транспорта.
Дик через Сабатона взял два билета на первый рейс до Эрин — тот самый челнок до Нью-Галвея, о котором говорила Шана. Немного погодя он заказал от чужого имени — и получил — разрешение на старт из безвоздушного дока возле хребта Фроэха для частной яхты «Саргон», порт приписки Ванахейм. То была очень мало загруженная пристань, поэтому даже конкретный временной коридор не дали, взлет в любое время в течение суток.
Ему крайне было необходимо время в уединении и тишине, чтобы подумать. Желательно недели две, потому что иначе даже с помощью Сабатона терабайт данных не переварить.
«А еще лучше год, чтоб получить достаточное образование для понимания всей этой премудрости…»
Но ни года, ни двух недель, ни даже нескольких часов у него не было.
«Все как в старые поганые времена, когда ты болтался в Пещерах Диса, разве нет?»
Но благодаря этим старым поганым временам Дик знал, где в чужом городе можно пристать ненадолго, не привлекая внимания и не оставляя следов.
Кстати, в Серенити было на несколько таких мест больше, чем в Пещерах Диса. И они были открыты круглосуточно, как того требовали условия жизни на неспящей планетарной станции.
На полдороге Сабатон получил сообщение от Ройе.
‒ Передавай.
‒ Слушай, сопляк, ‒ раздался под черепом голос Детонатора. ‒ Полиция передает тебе пожелание чесотки и геморроя, от себя хочу добавить еще и лихорадку. Но кое-что ты должен знать. Шестеро, которые напали на тебя, — это синдэн-сэнси, которые сейчас несут службу в командории на Мэб. Звукозапись в вагоне почему-то испортилась, как и видеокамеры с противоположной дверям стороны, поэтому полиция не знает, что ты им говорил, но знает, о чем они тебя допрашивали, и офицер Айдан Сиван очень хочет с тобой пообщаться. Самое смешное, что эти идиоты считают, что у тебя была связь со мной, и указывают на меня как на виновника манипуляций с поездом, а это намного серьезнее нападения с легкими телесными повреждениями. Это такое идиотское обвинение, что не стоит и гроша, но они упрямо за него держатся. Почему ты так хотел пристать к Синдэну? Они же придурки. Полиция может объявить тебя в розыск в любой момент, и я искренне советую тебе прийти к ним добровольно. Мы с Шаной очень растроганы, что ты взял билеты, но придется их вернуть, потому что нам приказано задержаться в посольстве, и я этот приказ с радостью исполню. Офицер Сиван также говорит, что у тебя могут быть жирные неприятности в Академии. И еще тут нарезает круги господин Эльба, визжит, что он предупреждал, что никакой вендетты не допустит, и опять-таки очень хочет с тобой пообщаться. Пока что я отгавкиваюсь ото всех, мол, ты еще под действием наркотика и слегка чудишь, но этого объяснения надолго не хватит.
Дик дослушивал сообщение, уже найдя место, которое ему было нужно: небольшую уличную часовню. Сел на молитвенный коврик, склонился, упершись на кулаки, поднялся, закрыл глаза, уперев руки в бедра и расслабив тело. Раскрыл глаза. Вышел из режима. Молиться в режиме было нельзя… то есть, невозможно, в режиме он становился не совсем человеком.
Он начал с «Верую», прочитал «Ангела» и литанию к Святым Брайану и Ааррину. Рассказывать Богу про свои неприятности не было смысла, Бог и так всё видел. Сколько людей покалечилось в поезде, Дик точно не знал, но видел в больнице окровавленных и потерявших сознание. Идея вызвать огонь на себя уже не казалась такой классной. Противник оказался умнее Дика, он подсунул вместо настоящего следа болванов из Синдэна.
Синдэн… Дик сжал пальцы. Ну… можно было, наверное, ожидать такого от командории в имперском домене. Некомпетентные военные оседают в штабах, таков уж закон природы.
Но…
Синдэн и Рива?
Да, это казалось странным — сотрудничество между Синдэном и Рива. Во время войны вражда была столь непримиримая, что и в плен друг друга не брали. Кажется, только три года прошло…
Но именно Синдэн активнее всего контактировал с Рива с начала мира — потому что через Синдэн проходил обмен военнопленными. Дик, как носитель «красной карты», несколько раз встречался с генералом Камалой Хан в рабочей обстановке, несколько раз — в неформальной, и вроде бы они понравились друг другу, но потом довольно громко поругались по поводу того, что Синдэн выступил против Статуса. Но к тому времени о Статусе еще не упоминалось, Дик активно интересовался поисками «Льва» и коммандера Сагары, пока не сообразил, что они, скорее всего, все-таки погибли — но Рива помогали в этих поисках. Итак, смертельные враги вынуждены были сотрудничать с первых дней мира, и на самом деле юноша не удивлялся, что корабли Рива и Синдэна принимали участие в одном эксперименте.
Ему что-то не давало покоя, он что-то знал, но не мог вспомнить это «что-то». Ну же…
— Сабатон…
— Да, капитан?
— Пространство Дурги и Сатори… Пошурши в инфосфере, что там случилось важного за последние три месяца.
Сабатону понадобилось меньше двух секунд.
— Восемьдесят два суточных цикла тому назад в поясе Сатори пропал корабль, барка «Ангарад», порт приписки Анзуд. На нем был Директор Бэйл с семьей, следовал к Калисто.
Дик не мог в Божьем храме высказать всё, что думает. Да, о гибели «Ангарад» пошел шум даже в имперской инфосфере: Директор Бэйл, фактически нынешний диктатор Вавилона, глава оппозиции Керету, погиб в очень подозрительных обстоятельствах. Обвиняли Рива, но это уже было как привычка: даже в том, что в носу чешется, обвиняют Рива. Да, в Доме Рива ненавидели Бэйла: это он в свое время поставил Шнайдера перед ультиматумом «Или восстание на Сунагиси будет показательно подавлено, или фракция не поддержит Шнайдера против Бин Гаала». Таким образом, и у Дика были причины люто ненавидеть Бэйла, и он таки ненавидел, а более всего потому, что Бэйл по окончании войны вышел из воды сухим: Анзуд подписал с Империей сепаратный мир. Бэйл и его фракция Дома Адевайль сыграли очень выгодную партию, уничтожив Дом Кенан руками Рива, а Рива слив Империи. А что до обугленных костей в черных развалинах Минато — ну что ж, их похоронили в песке, да и всё.
Итак, Рива имели причину хотеть головы Бэйла. Но Рива очень легко отбились от этих обвинений: ни один их корабль не находился в секторе Сатори, корабль Бэйла взорвался на выходе из дискрета — скорее всего, это был несчастный случай, накрылся кав-двигатель. Или это было взрывное устройство внутри корабля, сработавшее по таймеру. В таком случае ищите убийц где угодно. Есть доказательства причастности Рива? Нет? Поцелуйте нас в задницу.
От Рива отстали. Потому Дик, немного порадовавшись в душе, не придал значения этому делу — у него и из-за учебы голова шла кругом.
Но эти исследования в секторе Сатори в то же самое время — они всё меняли. Если допустить, что на самом деле к гибели Бэйла причастен Синдэн… Ой, матерь Божия! В секторе Сатори находился еще и «Торнадо», который принадлежал Рива… или уже не находился?
— Сабатон, сверь время гибели «Ангарад» со временем прыжков «Торнадо» в сектор Сатори.
— Сделано. К моменту гибели «Ангарад» «Торнадо» уже пятьдесят часов как был планово уничтожен.