о дороге. Дождь перестал, и сквозь облака проглядывали ярко-желтые солнечные лучи. Дерек, с угрюмым видом, ссутулившись, сидел за рулем.
— Ваше второе имя Энтони? — спросил я в тот момент, когда из дома вышел слуга. Дерек удивился:
— Да, конечно. Почему вы…
Два крыла огромного дома с колоннами вытянулись вдоль покрытой гравием подъездной дороги, огороженной низким белым заборчиком. Аккуратно подстриженные газоны были украшены клумбами с незнакомыми мне цветами.
— Это вы путешественники? — спросил слуга. Я вышел из машины:
— Совершенно верно. Ник Эвинг. — Я протянул слуге руку. На этот раз я не соврал. Почти не соврал. Он заулыбался:
— Фенн Уилни. Гости теперь у нас редко бывают. Босс не любит. Все это знают. Но к молодежи он относится хорошо. Детей-то у него нет, — он махнул рукой в сторону резиденции. — Прошлой весной даже снесли дом для гостей и селят их теперь наверху. А кормить вас будут на кухне. Пойдемте, я представлю вас боссу.
Дом был построен с размахом. Полированные украшения из ценных пород дерева с искусной резьбой на дверных проемах стоили, должно быть, огромных денег. Мебель в прихожей тоже была дорогой, элегантной и очень изящной. Но большой офис между столовой и гостиной, в стиле шведского модерна, буквально набитый антиквариатом с Земли, превзошел все ожидания.
Управляющий смерил нас холодным взглядом и вовсе не собирался приветствовать. Я посмотрел на Дерека и почувствовал, как бурлит в животе. Что, если управляющий задаст мне вопрос, на который я не смогу ответить? Зачем я представил Дерека своим кузеном?
— Мистер Пламвэл, тут приехали два туриста. Ник и…
— Мой кузен Энтони. — Я схватил Дерека за руку и подтолкнул вперед. — Поздоровайся с мистером Пламвэлом, Энтони. — Я сжал его локоть.
Дерек злобно посмотрел на меня и пробормотал:
— Здравствуйте, сэр.
Я доверительно наклонился к Пламвэлу и, так, чтобы меня слышал Дерек, сказал:
— Вы уж простите Энтони. У него замедленная реакция. Я присматриваю за ним. — Рука Дерека дернулась под моими пальцами.
Управляющий понимающе кивнул:
— Добро пожаловать на плантацию Кэрра. Вы только переночуете? — Это был скорее намек, чем вопрос.
— Да, сэр, видимо, да. — Я прикинулся разочарованным. — Вообще-то я надеялся… Ну да ладно, понимаю, это просто глупо…
— В чем дело, молодой человек? — Похоже, управляющий был раздражен.
— У нас осталось всего два дня отпуска, мистер Пламвэл. Я работаю, а Энтони учится в спецшколе. — Дерек издал какой-то неопределенный звук. Я продолжал: — Мы никогда не видели настоящей плантации, и нам хотелось бы посмотреть. Я, конечно, могу заплатить…
Лицо Пламвэла оставалось непроницаемым, и я ринулся в атаку:
— Нам очень хвалили вашу плантацию и еще Хоупвэла. Но Хоупвэл далеко, к тому же неизвестно, когда нам снова удастся отправиться в путешествие вдвоем.
И я обратился к Дереку:
— Энтони, возможно, в следующем году, если мне дадут отпуск, мы съездим к Хоупвэлу. У него, говорят, плантация больше.
Дерек побагровел и стиснул зубы.
Пламвэл нахмурился:
— Видимо, вы городские ребята и не в курсе. Предлагать плату за гостеприимство на плантации — оскорбительно. Тем более что в деньгах здесь никто не нуждается. Но могу вам сказать, что у Хоупвэла нет ничего особенного. Все — здесь. — Он немного помолчал, глядя на нас: — Вообще-то у нас нет времени на туристов, но я выберу часок-другой, учитывая, что ваш брат умственно отсталый. Только не болтайте об этом в Централтауне, иначе нас захлестнет поток дармоедов.
— Клево! — Я толкнул Дерека в бок, — слышал? Он собирается показать нам настоящую плантацию, Энтони. — Дерек пошевелил губами и отвернулся. Я так и не понял, что он сказал. — Мой брат счастлив, сэр. Ведь он только об этом и мечтал с самого Централтауна. — Я сделал Пламвэлу знак глазами.
Он понимающе подмигнул:
— Оставьте-ка ваши вещи, ребята, а я позову Фенна. Он до обеда успеет вам показать центральный комплекс.
— Здорово, сэр! — Я пожал ему руку. — Пожми руку мистеру Пламвэлу. — Дерек как-то странно посмотрел на меня. Я подтолкнул его: — Энтони, веди себя прилично, как тебя учили, — Дерек встрепенулся и протянул управляющему руку, которую тот снисходительно пожал. — Вот и молодец, — сказал я, похлопав Дерека по спине.
Фенн провел нас по широкой лестнице на второй этаж и по более узкой — на третий. Комнаты были чистые, вполне приличные, но не такие широкие, как внизу.
— Я буду ждать вас в холле. — И Фенн, перепрыгивая через две ступеньки, спустился по лестнице.
Я закрыл дверь и бросил на кровать сумку. Дерек был белый как полотно, глаза метали молнии.
— Что-нибудь не так? — спросил я его, роясь в вещах.
Неожиданно он пулей перепрыгнул через кровать, и, когда попытался дотянуться до моей шеи, я сжал его руки. Он навалился на меня, норовя схватить за горло.
— Дерек! — Никакой реакции. — Послушай! — Он высвободил наконец руки. — Хватит! Послушай меня! — Ему все же удалось сдавить мне горло.
Задыхаясь и работая бедрами, я извивался, отталкивая его, затем швырнул вверх, изо всех сил ударил коленом в пах. Вскрикнув от боли, он откатился в сторону. Я сел на него верхом и заломил ему руку до самой лопатки.
— Убирайся! Убью! — процедил он сквозь зубы и получил по уху. Он отчаянно сопротивлялся, а я все выше заламывал ему руку. Наконец он угомонился. — Убирайся! — Он осыпал меня градом ругательств.
— Уберусь, только выслушай меня раньше.
— Вали отсюда, ты, дерьмо!
Я снова стукнул его. Он мне нравился, но всему есть предел.
Наконец он затих:
— Ладно, выслушаю, когда слезешь с меня.
Я отпустил его и сел на кровать:
— В чем дело, Дерек? Что-то не так?
Он вскочил на ноги, брызгая слюной:
— Умственно отсталый кузен Энтони? И это вы говорите в моем собственном доме?
— Думаешь, им здесь нужны гости?
Я сказал это так спокойно, что Дерек чуть-чуть поостыл.
— Вряд ли. А что?
— А чего мы добились? Он молчал.
— Экскурсии, — ответил я за него. — Экскурсии по плантации. К тому же двоюродный брат Энтони — твоя идея…
— Я заторможенный? Спецшкола для слаборазвитых? Да как вы смеете!
— Чем орать, лучше подумай, — строго сказал я, — по крайней мере ты можешь спрашивать их о чем угодно, не вызвав никаких подозрений. Они ни за что не догадаются о цели твоего визита. — Видимо, до него дошло, и он сел на кровать, внимательно слушая. — У тебя вообще не хватило бы духу здесь появиться, если бы не я. И плантацию ты осмотришь благодаря мне. Сколько раз Вакс называл тебя умственно отсталым! И ничего, ты терпел. Что же, черт возьми, с тобой происходит сейчас?
— Так то было в кубрике, — пробормотал он.
— Не все ли равно?
— Это могут понять только люди моего круга. Никто из них не потерпит унижения собственного достоинства в своем доме.
Я пожал плечами:
— Ты пока еще только гардемарин. Вот станешь лейтенантом, тогда и будешь говорить о достоинстве.
Видимо, в тот момент Дерек совершенно забыл о том, что служит на флоте. Он бросил взгляд на мою шею и весь сжался.
— Простите, сэр, сожалею, что так получилось.
— Думаешь, у меня нет права на собственное достоинство? Посмотри, что ты с ним сделал!
— Я не должен был, не должен. — Он опустил глаза.
Тут я подумал, что сам предложил ему считать меня временно старшим гардемарином. Как говорится, за что боролся, на то и напоролся.
— Ничего, ты еще не так пожалеешь об этом. Семь штрафных баллов после возвращения на корабль. — Как ни странно, после моего заявления он приободрился. И я тоже, хотя горло все еще болело. Допускаю, что спровоцировал тебя. — Я хихикнул. Потом вспомнил его ярость в офисе Пламвэла, и мне стало смешно.
Я катался по кровати, хохоча как безумный, рискуя снова вызвать гнев Дерека, но, глядя на меня, он тоже разразился смехом, и мы долго не могли успокоиться.
— Простите, сэр, но вы крестьянин, — сказал Дерек, когда приступ смеха прошел. — Вам незнакомо чувство собственного достоинства. — И все пошло по новой. Но в конце концов мир между нами был установлен.
— Пошли осматривать твое имение, аристократ. — Мы покинули комнату и быстро спустились по лестнице.
— Не забывай, как должен вести себя, — шепнул я ему, когда мы подходили к главному входу. В ответ он ткнул меня кулаком.
24
Вертолет летел над густой зеленой изгородью вокруг плантации. В сумеречном утреннем свете видна была легкая дымка от работавших дождевых установок. Центральную часть плантации мы уже видели накануне. И сейчас осматривали более отдаленные участки.
— Сколько вы выращиваете пшеницы? — громко спросил Дерек, стараясь перекрыть шум мотора.
— Много.
— А точнее? — настаивал Дерек. Фенн поджал губы. Я наклонился к нему:
— Назовите любую цифру. А то не отстанет.
Фенна покоробило мое бездушие, и он нахмурился:
— Зачем? Я скажу правду. Миллион двести тысяч бушелей, как всегда.
Дерек сдвинул брови:
— Разве это много? — Похоже, он вошел в роль. Фенн улыбнулся:
— Вообще-то немало. И еще шестьсот тысяч бушелей кукурузы. Кроме того, сорго.
— Очень хочется кукурузы, — сказал Дерек с идиотской улыбкой.
Я ткнул его в бок, опасаясь, как бы он не переиграл.
— В чем дело, Ники, почему ты меня толкаешь? Я надоедаю?
За «Ники» я готов был его убить.
— Да, Энтони! Слишком много вопросов.
— Ничего-ничего, — вмешался тут Фенн. Дерек торжествовал:
— Вот видишь, Ники? — Он повернулся к Фенну. — И все это принадлежит вам и мистеру Пламвэлу?
— Хорошо бы!
Фенн посадил вертолет на бетонную площадку рядом с большим зданием, крытым металлической крышей.
— Я работаю на мистера Пламвэла, а он всего лишь менеджер, — сказал Фенн и уже совсем другим тоном добавил: — Конечно, он прожил здесь почти всю жизнь.
— А где владелец? — поинтересовался я.