4. Сближению с людьми, способными понять и оправдать мое поведение: «Я присоединился к крайне правым потому, что, даже не являясь расистом, не могу принять поведения некоторых иностранцев».
Первым этот феномен изучил американский психолог Леон Фестингер. Он назвал его «когнитивным диссонансом».
71
Хилиес вскоре вернулся в комнату в сильном возбуждении.
— Что это с тобой? Почему ты в такой панике? — забеспокоился Кевин.
— Они еще спрашивают! Да потому что я боюсь! Дело зашло слишком далеко. А я не убийца!
— Почему убийца? Они что… собираются нас убить?
Хилиес весь напрягся.
— Да не знаю я… ничего не знаю, — пробормотал он… Но ведь они…
— Так помоги нам! — воскликнула Лана. — Сейчас или никогда.
— А если я помогу, обещаете взять меня с собой? — умоляющим тоном произнес тот.
— Ну конечно! — подтвердила пленница.
Она внимательно на него посмотрела, стараясь припомнить основы анализа невербальных признаков, которые проходила на курсе синергологии: расширенные зрачки, покусывание губ, спонтанное моргание. Парень переминался с ноги на ногу и все время потирал рот левой рукой. Все признаки того, что он испытывал страх. Почему?
— Раз обещала, так и сделает, — заверил его Кевин.
— Хорошо. Тогда дайте мне телефон или адрес, где я могу найти этих ваших друзей. Живо!
Хилиес достал смартфон.
— Лучше будет, если я сама с ними поговорю, — ответила Лана. — Иначе они просто сбросят звонок.
— Нет времени! Остальные вот-вот зайдут сюда. Дай номер, я выйду и сам поговорю.
Какое-то время Лана колебалась, но все же продиктовала цифры.
— Когда раздастся звонок, нажми на звездочку, потом 2626 и решетку. Тебе ответят. Скажи, что звонишь от моего имени.
Он все записал.
— Потом назовешь пароль.
— Какой? Быстрее!
Лана сказала пароль.
72
Остановившись на обочине, все собрались вокруг планшета, пристроенного на капоте одного из автомобилей.
— Вот черт! В этом месте сигнал пропал, — раздраженно заметил Микаэль.
— Значит, они где-то поблизости, — проговорила Лювна, просматривая карту. — Они съехали с национальной дороги, вышли на департаментскую, а потом на проселочную. То есть прибыли по месту назначения.
— Так-то оно так, но их штаб может находиться как в радиусе нескольких сотен метров, так и многих километров.
— Думаю, периметр не должен превышать пяти километров, взгляни на карту: от этого места равноудалены более скоростные дороги. Поскольку они заинтересованы в том, чтобы как можно быстрее добраться до места, они воспользовались бы ими, если намеревались ехать дальше.
Положив пальцы на экран, Лювна укрупнила изображение, прежде чем продолжить:
— Учитывая, что они вышли вот отсюда, можно с уверенностью сказать, что они прибыли в пункт назначения. Я уверена, что их логово находится в этой зоне, — объявила она, очерчивая пальцем кружок. — В сельской местности — идеальное место, чтобы затаиться.
— Может, ты и права, Лювна. Как бы то ни было, нам только и остается, что следовать твоей логике. Отправь информацию Пьетро и попроси указать нам местоположение всех отдельно стоящих домов в районе. Их не должно быть много.
Минут через десять телефон Микаэля зазвонил.
— Это Пьетро, — сообщил он.
— Как? — воскликнул он. — Когда? Отлично, я записываю.
Пальцы его запрыгали по клавиатуре планшета под пристальными взглядами всех членов команды.
— Не понял. Повтори. Так…
Закончив разговор, он пару секунд размышлял.
— В Институт позвонил один из членов этой банды. Он набрал добавочный номер, предназначенный для воспитанников на случай опасности. Затем сообщил, что звонит по поводу Ланы и Кевина. Якобы он входит в число недавно завербованных, но разошелся с руководством, поскольку те задумали устранить двоих пленников. Он сообщил о месте, где их удерживают.
— Великолепно! — воскликнул Димитрий.
— Даже слишком, на мой взгляд.
— Думаешь, ловушка?
— Не исключено. Возможно, Лана заговорила… под пытками. Но другого варианта нет. Будем настороже. Люв, ты поедешь со мной и по пути подготовишь план операции. Ты, Свен, сядешь за руль.
Колонна двигалась черепашьим шагом, чтобы производить как можно меньше шума. Подъехав к указанному месту, машины укрылись за деревьями. Все члены группы вышли из автомобилей и собрались вокруг Микаэля. Постаравшись забыть об эмоциях, он спокойным голосом обратился к подчиненным:
— Будем исходить из того, что это ловушка. Если так, то они, думая, что их план сработал, спокойно ждут нашего приезда. Но они не предполагают, что мы находимся так близко, и ждут нас гораздо позже. Иными словами, они пока недостаточно внимательны. Мы могли бы на них напасть, используя фактор внезапности. Но есть риск, что они немедленно расправятся с Ланой и Кевином. Так что первыми туда проберемся мы с Лювной, постараясь войти незаметно и найти пленников. Если нам удастся их освободить, мы вызовем полицейских, которые и займутся бандой. Если же не получится, мы прикроем пленников и дадим вам «зеленый свет». Когда вы будете на расстоянии выстрела, мы тоже откроем стрельбу, таким образом, бандиты окажутся меж двух огней. В случае необнаружения нами Ланы и Кевина остается только одно: силовая атака, очень быстрая. Вы должны разделиться на две группы: трое будут подходить с востока, трое — с запада.
Все члены группы согласились с планом.
— Бегом до места около двадцати минут. Так что остальные пока должны оставаться в засаде.
— Я позвонил, — произнес Хилиес.
— Что они ответили? — спросил Кевин, в красных, распухших глазах которого засветилась надежда.
— Да ничего. Сказали, чтобы мы сохраняли спокойствие.
— Они приедут, — прошептала Лана.
К постоянной боли от ран у нее добавилось ощущение, что она вот-вот потеряет сознание, словно ее разум готов отключиться. Усталость и слишком сильное волнение подорвали ее способность к сопротивлению.
— Через сколько времени они здесь будут, как ты думаешь? — поинтересовался Хилиес.
— Понятия не имею. Когда меня сюда везли, я была в отключке и не могла видеть, где мы.
— А твои друзья, где они находятся?
— Тоже не знаю. Наверное, они сейчас возле того места, где я исчезла.
— Но ты же знаешь, где они обычно собираются?
— Нет. Они сами выходили со мной на контакт.
— Это полицейские?
— Нет. Думаю, это одна из ассоциаций правоверных католиков.
— Откуда ты их знаешь?
— Они узнали о моих проблемах с бандитами… из нашего квартала. Обещали мне помочь при условии, что я найду Кевина. Но почему ты задаешь столько вопросов?
— Беспокоюсь. Хочу знать, с кем предстоит иметь дело. Ведь я играю по-крупному… — сказал Хилиес, стиснув челюсти.
— Ладно, ладно тебе, не переживай.
Обстановка осталась напряженной. Впереди, скорее всего, их ждала нелегкая борьба. Лана безраздельно верила Микаэлю и его сотрудникам, но пройдет какое-то время, прежде чем они прибудут на место. А их мучители, безжалостные и опасные, очень спешили. Кто знает, будет ли им отпущено это самое время?
Вскоре послышался какой-то шум. Он доносился снаружи. Лана была накрепко привязана к стулу и не могла подойти к заколоченному окну. Кевин забылся — боль и усталость взяли верх, а Хилиес вернулся к своим сообщникам, чтобы отслеживать развитие ситуации, как сказал он пленникам. Дом погрузился в странную тишину, давящую и тяжелую, предвестницу неизбежной трагедии. Так, по меньшей мере, воспринимала Лана это напряженное затишье, которое неожиданно было нарушено непонятным звуком.
Доносившееся снаружи легкое поскрипывание послышалось снова.
— Кевин! — позвала она глухим от страха голосом.
Юноша вздрогнул, открыл глаза и, вспомнив, где он находится, быстро приподнялся.
— Там кто-то есть, — сказала девушка, показывая на окно.
С постели, к которой он был привязан, Кевин мог видеть лишь кусочек внешней стены дома.
Одна из деревянных планок, которыми было заколочено окно, сдвинулась.
— Кто-то пытается снять доски, — прокомментировал он.
— Уверена, что это они, — прошептала Лана, которой это сообщение сразу придало сил.
— Вижу какую-то женщину, — обрадованно возвестил Кевин минутой позже.
С другой стороны окна Лювна знаком дала понять, чтобы он молчал. Из кармана штормовки она достала тюбик и, надев на него насадку, обработала его содержимым металлические багеты форточки. Подождав, пока коррозионное средство подействует, она осторожно, без шума, вынула стекло. Затем, просунув в отверстие руку, открыла оконный запор.
Легкий прыжок, и она очутилась в комнате, сопровождаемая Микаэлем.
— Лювна! Микаэль! — беззвучно проговорила счастливая Лана, когда те оказались рядом. На ее глазах тут же выступили слезы.
— Боже мой! — воскликнула Лювна, увидев раны ученицы.
Лицо Микаэля изменилось: челюсти сжались, а в глазах засверкала трудно сдерживаемая ненависть. Они тут же отвязали пленников и внимательно осмотрели раны Ланы и Кевина.
— Сколько их в доме?
— Было шестеро, но не знаю, все ли сейчас на месте.
— Кто нам позвонил?
— Один из завербованных — Хилиес. Удалось перетянуть его на нашу сторону.
— Почему он согласился?
— Ему не понравилось то, что они… творили. Мы пообещали, что вы ему поможете, когда все будет кончено.
— Почему они вас били?
— От меня хотели добиться, кто вы такие и где находитесь. А Кевина потому, что тот попробовал сбежать.
Микаэль еще сильнее стиснул челюсти.
— Кевин, постарайся точно описать расположение помещений в доме.
Пока тот передавал все, что ему было известно о ферме, в коридоре послышались шаги. Микаэль и Лювна, мгновенно отреагировав, встали за дверью с оружием в руках.