— Я! Это же я! Ну, и так понятно, что я — это я, но это я такая, какой была когда-то давным-давно! Откуда ты знаешь, как я выглядела маленькой?
Я поморщился от этого водопада слов, вздохнул и поднял руку. Малышка несколько раз раскрыла рот, чтобы задать град новых вопросов, но сдержалась.
— Да, это сон! — пояснил я. — Да, я повелеваю этим сном именем госпожи Ирулин. Но этот сон — не только мой. Мы спим вместе, а значит, и вместе его создаём. Я не знаю, как ты выглядела десяток лет назад…
— Э-э-эй! — не выдержала Кенира. — Десять лет назад я…
— Да-да, знаю. Ты совсем взрослая и десять лет назад была намного старше. Продолжать или ты всё знаешь и без меня?
Кенира комично надулась, но кивнула.
— Я не знаю, как ты выглядела в детстве. Зато прекрасно знаешь ты сама. Этого достаточно.
— А почему я маленькая? — спросила она и, не дав мне времени на язвительный ответ, поправилась. — Ну не в том смысле «почему», я имею в виду, для чего ты меня сделал маленькой? То есть это я сама себя сделала маленькой, ты же не знал, как я выгляжу, но ты как-то к этому тоже причастен!
В очередной раз вздохнув, я решил, что «совсем взрослая Кенира» мне нравится гораздо больше, чем эта непрерывно тараторящая соплячка. Очевидно, что следовало сначала объясниться, а потом делать её маленькой — а я наступил на собственноручно положенные в траву грабли.
— Это связано с твоим обучением магии.
— У-и-и-и-и-и-и! — радостно заверещала Кенира, высоко подпрыгнула вверх и повисла у меня на шее. — Мы будем изучать магию! Спасибо-спасибо-спасибо! Ули, ты самый-самый лучший!
Не в силах противостоять такому энтузиазму, я осторожно её обнял одной рукой, прижимая к себе, и погладил по огненно-рыжей головке. После чего осторожно поставил на землю.
— Не спеши благодарить, — предупредил я. — Обучение будет трудным.
— Но ты же меня научишь, правда? Правда-правда-правда?
Я вздохнул. Ответ мог ей не понравиться, но лгать и приукрашивать правду я не собирался.
— Я сделаю всё, что возможно. Но мои средства ограничены. Ничего того, что узнал у ауф Каапо, как видишь, я рассказать не могу. Мне придётся учить тебя методами, которые придумал я сам. А учитель из меня так себе.
— Да не беспокойся, ты справишься! — беззаботно прощебетала она. — Но почему девочка? И почему во сне? Ты мог бы меня учить днём, ведь когда едем на Рахаре все равно нечем заняться! То есть чем заняться есть, особенно когда он лазит по горам, тогда нужно крепко держаться и не свалиться, но мы же часто едем просто…
— Стоп! — перебил я этот словесный поток. — Давай по порядку. Постарайся ограничить вопросы одним предложением.
— Но…
— Ты хочешь, чтобы я попытался помочь тебе с магией?
— Ну ла-а-адно! — совершенно по-детски надулась Кенира. — Почему девочка? Ой, стоп, а что если тебе снова нельзя говорить и я…
— Остановись! — приказал я. — Ты превратилась в девочку, потому что в этом возрасте хоть как-то могла контролировать магию. Или не могла?
— Ну, старый пердун Крафзур сказал, что я никогда не стану магом, когда мне исполнилось девять, но…
— Значит, всё-таки могла. И этот возраст — в нём ты уже вполне сознательна, чтобы понимать мои слова, но ещё достаточно юна, чтобы магия тебе пока что хоть как-то подчинялась. Не имеет значения, каково текущее положение дел, все ощущения навсегда остались в твоей памяти. Понятно? Можешь сказанное мною повторить?
— Да, конечно могу! Значит так, раз я снова стала маленькой, то вспомнила, как управлять магией. Я тогда не могла управлять, но чуть-чуть, самую малость, всё-таки могла, а значит, ты меня будешь тренировать меня маленькую, я научусь управлять магией лучше, а когда проснусь — смогу вспомнить сон и стану управлять магией в реальности! Ули, ты гений! Ура, спасибо!
— Не торопись, всё не так уж просто. Проснувшись, ты получишь контроль маленькой девочки с относительно небольшим количеством элир. Если приводить аналогии, ты научишься управлять водой из-под крана, но в реальности тебя ждёт пожарный брандспойт.
— Я буду лучше стараться, так что когда-нибудь управлюсь и с этим брандспойтом! Правда?
— Конечно, — улыбнулся я. — Иначе я бы за эту затею и не брался.
— Ху-ху-ху! — потешно крикнула Кенира и вскинула в воздух кулак. — Тогда понятно, почему во сне! В реальности я взрослая!
— Да, да! Совсем-совсем взрослая, — не смог сдержать я смех. — Но это не главная причина.
Кенира пропустила насмешку мимо ушей, лишь округлила яркие зелёные глаза на смуглой мордашке.
— А какая главная? Ну, которая самая-самая!
Я — паладин Владычицы Сновидений, прямой проводник её силы. Но связь с госпожой не давала мне ответа, так что полной уверенности я не испытывал. Там, где правит вера — нет места сомнениям. Но я сомневался и ничего с собой поделать не мог. К счастью, у Ирулин теперь два последователя. И пусть надежда и энтузиазм второго не только дополнят мои логические построения, но и утопят в мощном потоке чистой веры. К сожалению, оставались вещи, которые я не мог сказать напрямую. Надеюсь, Кенира достаточно сообразительна, чтобы ухватить намёки.
— Самая главная — мы находимся в Царстве госпожи Ирулин. Месте её силы. Чем повелевает госпожа?
— Снами? — неуверенно предположила Кенира.
— Снами. Но не всеми, лишь некоторыми аспектами. К примеру, госпожа не имеет отношения к кошмарам, они ей полностью антагонистичны. Ты помнишь, что ощутила, впервые столкнувшись с силою её?
— Да! Я выспалась, словно спала неделю подряд! Словно меня распирает от энергии, словно я голыми руками способна выворачивать из земли деревья! Словно все беды и невзгоды ушли прочь! Словно я…
— …словно ты полностью здорова. Сила госпожи связана с исцелением. Сны — это территория разума и души, и в Царстве госпожи нет места боли и недугам. Пусть речь идёт лишь о недугах нематериальных.
— Ого, вот это да! Госпожа Ирулин — самая лучшая богиня! — обрадовалась Кенира. — Но при чём здесь моя магия?
Я постарался как можно тщательней подбирать слова, чувствуя, что ступаю по минному полю запретов и ограничений.
— Скажи, твоя ситуация с магией… У скольких людей ты её встречала?
— Ну, кроме мамочки и меня… Наверное, ни у кого! Кто угодно может управлять магией! Некоторые это делают хорошо, некоторые похуже, у некоторых есть самые простые заклятия, а некоторые не могут почти ничего, но всё равно больше, чем мы!
— То есть ваша ситуация нормальна?
— Конечно нет! Мы словно какие-то уроды! Словно химеры в королевском зверинце!
— Ещё один вопрос. Как ты считаешь, что такое контроль магии? Какая часть в человеке за него отвечает?
Кенира умильно наморщила лобик и даже старательно высунула язык, словно прилежная ученица. Надеюсь, она догадается сама — подсказки с моей стороны невозможны. К счастью, на наводящие вопросы запреты не распространялись, иначе я бы давно валялся на земле со стеклянными глазами идиота.
— Ну, наверное, ум! Ведь надо учиться и тренироваться! Вон королевские гвардейцы постоянно тренировались — медитировали целыми днями, как дураки! И рыцари тоже! Но что надо делать мне не говорили! Ну может ещё душа — все знают, что магия находится в душе!
Скрипнув зубами из-за того, что не могу даже похвалить её за правильный ответ, я продолжил:
— Ты сказала, что вы с мамой словно уроды. Ответь мне, какой человек считается здоровым?
— Ну тот, у которого всё хорошо и ничего не болит! И когда у него всё на месте! И когда он, как и все…
— Стоп! Но вы с мамой — не такие как все. Можно ли вас назвать здоровыми?
— Наверное, нет… — повесила нос Кенира. — Но только в магии! В остальном мы самые-самые здоровые! И самые красивые! Особенно мама — она самая красивая в мире!
— У всех мама самая красивая! — улыбнулся я. — Но речь не о том. Вы с мамой, получается, нездоровы. И конкретно ты, Кенира Валсар, больна. Причём, как говорил главный маг вашего дворца, неизлечимо. Верно?
— Верно, — едва не плача, ответила Кенира.
— И что именно у тебя болеет? — с занудством, несвойственным даже мне, продолжил я. — Какая область, орган или часть тела?
— Ты что, уже совсем ничего не помнишь? Я же говорила, душа и разум! Но только я не сумасшедшая, ты не подумай!
В который раз поймав себя на мысли, что воспитатели в детских садах — небожители с нервами, толщиной с тросы на Райнбрюке Эммерих[17], и что общаться со взрослой Кенирой мне нравится гораздо больше, чем с её маленькой гиперактивной версией, я тяжело вздохнул и потёр переносицу. К счастью, эта пятилетняя соплюха была смышлёной не по годам и умела излагать свои мысли получше, чем мои племянники, племянницы и дети друзей. Вот только у детей, с которыми я был знаком в прошлой жизни, подобное словесное недержание отсутствовало.
— Теперь я повторю вопрос: чем именно повелевает госпожа Ирулин, Ночной Проводник и Владычица Сновидений?
Малышка набрала в лёгкие воздуха и возмущённо выпалила:
— Не надо со мной как с совсем маленькой! Я помню! Она повелевает снами и исцеляет душу и разу… О!
Почти минуту я простоял с самодовольным видом, позволяя ей переварить полученную информацию. Смотрел, как на милой детской мордашке одно за другим сменяются шок, недоверие и всепоглощающая надежда.
— И госпожа действительно такое может? — наконец, медленно спросила она. — Но ведь выжженным уже не помочь, все так говорили! Ни один маг, даже самый сильный, даже Повелитель Чар, не сможет…
— Госпожа Ирулин не маг. Она богиня. А боги, если это касается их Права, способны на невозможное.
— Ху-ху-ху! — вновь закричала Кенира, вскинув руку в салюте. — Наша богиня — самая лучшая среди всех богов! Это значит, что когда я проснусь, то стану магом?
Я рассмеялся, частично из-за такого рьяного энтузиазма, а частично — от столь милой наивности. Впрочем, разубеждать её я не стал.
— Возможно. А возможно и нет. Может быть, понадобится время. В любом случае, случай у тебя очень запущен и придётся хорошенько потрудиться.