о направления. Встретившись взглядом с уже проснувшейся Кенирой, я указал на спящего Рахара. Она кивнула.
Быстро натянув ботинки, я тихо встал и начал собираться. Сунул за пояс оба ножа, проверил мешочек с «заряжёнными» камнями для пращи, поднял и намотал на руку болас. Затем наклонился и разъединил половинки обогревательного артефакта. Кенира подхватила топор, подошла к Рахару и несколько раз пнула его ногою в бок. Тот, проснувшись, недовольно всхрапнул.
Стояла полная тишина, где-то вдалеке раздавался истошный крик ночной птицы, порывы прохладного ветра отдавались свистом в окрестных скалах. Ничего, абсолютно ничего не свидетельствовало о неладном. Может, конечно, мне показалось, может я воспринял собственную накопившуюся нервозность за признак настоящей опасности. В этом случае наибольшее, чем мы рискуем — сокращением ночной тренировки. Так что я не стал поступать как герои многочисленных фильмов ужасов, которые, услышав странный звук или отдалённый вскрик, решали, что им послышалось, и продолжали заниматься своими делами. Я безгранично доверял Ирулин и её силе, к тому же подобное предупреждение однажды уже спасло нам жизнь, поэтому отнёсся к ситуации самым серьёзным образом.
— Собираем вещи, оставляем всё, без чего можно обойтись, — сказал я тихо. — Сейчас главное — скорость.
Кенира кивнула, подхватила котелок и начала пристраивать его на седле Рахара.
— Удивительное дело! — раздался новый незнакомый голос. — Мы-то надеялись застать тебя врасплох.
Кенира дёрнулась повернула голову. Я тоже вздрогнул от неожиданности. У входа в расщелину, где секунду назад никого не было, возвышались две тёмные фигуры. Незнакомцы с какой-то противоестественной синхронностью сделали шаг вперёд и вышли из тени. Теперь яркий свет двух лун позволил хорошо рассмотреть их обоих.
Оба были одеты в похожие кожаные одежды, количеством заклёпок напоминающие то ли костюмы металлистов, то ли прикиды байкеров. Усиленные кожаные вставки покрывали плечи, локти и колени, высокие ботинки поднимались до середины голени. К широким ремням на груди крепились ножны нескольких клинков, из-за плеч каждого виднелись рукояти какого-то оружия. Я бы решил, что это мечи — но на поясе у обоих среди подсумков и прочей экипировки висело по короткому мечу и кинжалу. Один из был высок и худощав, а второй — пониже ростом и покрепче телосложением.
Незнакомцы выглядели очень серьёзно и очень опасно. Тот факт, что они умудрились нас выследить на таком расстоянии и, если бы не сила богини, застать врасплох, многое говорил об их профессионализме. У ног одного из них низко пропало к земле животное, похожее на длинноногую крысу размером с сенбернара.
— Как вы меня нашли? — спросила Кенира.
Я готов был аплодировать вопросу. Во-первых, она отвлекала внимание разговором, а во-вторых, использовала слово «меня», а не «нас», тем самым дистанцируясь от моего участия.
— О, это было нелегко! — рассмеялся тонкий. — Все считали, что ты либо попытаешься где-то затаиться, либо направишься к границе. Остальные где-то до сих пор толкутся в приграничных городках и их окрестностях. Но не мы.
— Мы просто умнее, — криво усмехнулся коренастый. — Если бы ты поступила, как все ожидают, у нас не было бы ни шанса. Так что хочу высказать благодарность. Ты сделала неожиданный ход, отправившись на север, и это могло сбить с толку кого угодно. Но не нас.
Совершенно неожиданно я почувствовал раздражение от ощущения, что эту речь они репетировали заранее, согласовав даже окончания фраз.
— Как и сказал мой друг, — продолжил тонкий, — мы просто умнее. Так что хорошо подготовились. Его Высочество Одари Раэ одиннадцатый не отказал в маленькой просьбе снабдить нас вещью с твоим запахом, а с остальным справился вот этот красавец!
Тонкий чуть склонился и похлопал крысу по голове. Та в ответ радостно запищала и совершенно по-собачьи вильнула длинным хвостом.
— То есть шансов у меня не было? — спросила Кенира.
— Нет, почему? — осклабился Коренастый. — В первый день ты неплохо постаралась, сбивая следы. Да и позже… Несколько попыток вышли вполне удачными. Ты правильно сделала, что прибегла к помощи сообщника.
— Какого сообщника? — удивилась Кенира.
— Не притворяйся! Вот этого толстяка. Могла бы, кстати, подобрать кого-нибудь получше и помоложе. Мы расспросили торговца и всё узнали!
— Я не знаю никакого торговца, — поджала губы Кенира.
— Он тебя тоже. Зато знает жирдяя. Жирдяй проработал у него всё лето, на вырученные деньги купил тигилаша и направился куда-то на родину. Мы сначала не обратили на это внимания, но тигилаша — не та тварь, которую можно не заметить. И ни в городе, ни на пограничной заставе толстяка на шестиногой ящерице никто не видел. Нам пришлось хорошенько пошарить по округе, а потом Носач уловил твой запах.
Я стиснул зубы. Убедительная ложь, сочинённая Жорефом чтобы объяснить моё отсутствие, не помогла. Против чувствительного носа ищейки у нас не было ни шанса.
— Что со мной будет? — спросила Кенира, громко сглотнув.
— Ты поедешь к Его Высочеству, мы заберём свои деньги, может даже выйдет получить что-то сверху. Надеюсь, ни ты ни толстяк не наделаете глупостей. У вас ничего не получится, будет только больнее.
— Пожалуйста, не надо! — взмолилась Кенира. — Вы не знаете, что со мной сделает принц!
Коренастый рассмеялся.
— Может и не знаем, но догадываемся. Мы всегда наводим справки о работодателе. Так что в курсе, какой Одари больной ублюдок. Извини, ничего личного. Хотя…
— Что, «хотя»? — насторожилась девушка.
— Мой друг хочет сказать, что мы можем перевести всё в личную плоскость, — рассмеялся Тонкий. — Ты очень красива, даже красивее, чем на люксографии. Будет очень печально, если такая красота пропадёт зря. В нашем контракте сказано, что тебя следует доставить живой и без увечий. Но, в отличие от стерженька Одари, наши жезлы становятся твёрдыми и без пыток с мучениями.
Поразительно, насколько свободно противники выбалтывали свои планы. Они действовали, как киношные злодеи, к их обещаниям «повеселиться» не хватало лишь зловещего хохота. Увы, смысл их действий я прекрасно понимал. Они пытались максимально запугать жертву, чтобы она впала в ступор и оказала как можно меньше сопротивления. Меня они словно не замечали, но впечатление было обманчивым — я несколько раз ловил косой взгляд Коренастого, который контролировал каждое моё движение.
— Я здесь ни при чём! — закричал я, привлекая внимание. — Эта сучка мне заплатила, но не сказала, что за ней охотятся!
Голова Кениры дёрнулась, словно от оплеухи и она уставилась на меня во все глаза.
— Пожалуйста, пожалуйста, — кланяясь так низко, как позволял живот, я незаметно приближался к противникам. — Пожалуйста! Я ни при чём! Мне не нужна никакая награда! Просто отпустите меня!
Тонкий глянул на меня с презрением.
— Прости, приятель, — скривился Коренастый, — но нет. Мы не особо скрытные парни, но и сюрпризов тоже не хотим. Так что отпустить тебя не можем. Вини во всём её.
Я повернулся лицом к Кенире и подмигнул. Не зная, поняла она знак или нет, усиленно заморгал глазами. Она опустила веки в знак подтверждения, что поняла мою пантомиму.
— Сучка! Ты мне ничего не сказала! Я не хочу умирать! — повернувшись к противникам лицом, я продолжил. — А что, если я вам помогу?
— Поможешь? Ты? — рассмеялся Тонкий. — Чем? Присунешь девчонке вместо нас?
— Погоди, дай ему сказать, — остановил его Коренастый.
— Она может сопротивляться! — пояснил я. — А я могу её связать. У меня даже есть верёвка.
Я поднял предплечье показывая обёрнутый вокруг него болас.
— Пусть попробует, — кивнул Коренастый. — Но не вздумай отколоть какую-то глупость.
— Даже дадим тебе побаловаться с девчонкой, — усмехнулся Тонкий. — Но только после нас. Если, конечно, в этом возрасте у тебя что-то получится.
— И вы оставите меня в живых?
— Оставим, — пообещал Коренастый. — Но зверя заберём. Твоё выживание будет зависеть только от твоих навыков и удачи. Ты же отдашь Поводок тигилаша своим новым лучшим друзьям?
Я усиленно закивал.
— Ну тогда давай, прекращай теребить свой стручок и приступай, — прикрикнул Тонкий.
Я развернулся и сделал несколько шагов в сторону Кениры, по пути раскручивая с руки болас и одновременно беззвучно артикулируя слово «зверь». Кенира меня поняла и кивнула, не забывая сохранять испуганное выражение лица.
Форсированный режим мозга расцветил мир россыпями векторов, формул и чисел. Я рассчитал траекторию движения, мгновенно развернулся и метнул болас. Одна моя рука нырнула в мешочек, выхватывая камушек, а вторая вытащила из-за пояса нож.
Противники были хороши — врасплох их застать не удалось. Они среагировали мгновенно, выхватывая мечи и бросаясь в атаку. Вот только в этом мире метательное оружие воспринимать всерьёз было не принято, так что увернуться Тонкий даже не попытался. Крепкая кожаная полоса опутала его плечи и притянула руки к телу всё быстрее и быстрее вращающимися камнями. Огромная крыса бросилась на меня в длинном прыжке, целясь в горло, но щёлкнули челюсти Рахара, перехватывая её за середину туловища.
Коренастый вытянул свободную руку и я, почуяв опасность, метнул камушек. Камень ударил ему в тело, и, как и положено всем метательным снарядам при столкновении с человеком, отскочил. Я изо всех сил зажмурил глаза. Простейшая структура, которую я внедрил в голыш с помощью самодельного артефакта, при столкновении с невидимым барьером разрушилась, высвобождая запасённую энергию в виде света. Предельная неэффективность плетения сослужила хорошую службу — мощный выброс элир дестабилизировал заклятие противника, что бы оно ни должно было сделать. Вспышка больно ударила по глазам даже через закрытые веки.
Коренастый закричал от неожиданности, по его руке со скрюченными в судороге пальцами пробежали яркие зелёный молнии. Напрягая до предела мышцы, я подбежал к нему, выхватывая следующий камень.