Наконец свет фар ее автомобиля выхватил из темноты кабину фургончика. Машина Дейка стояла так близко к деревьям, что в первую минуту девушка даже испугалась, не врезался ли он в них. Ударив по тормозам, она остановилась и поспешила вылезти.
— Эй, потуши-ка фары, а?
Голос Дейка раздавался откуда-то из тьмы. Потушив фары, девушка помчалась туда.
Она нашла Дейка под раскидистым деревом. Он сидел, прислонившись спиной к корявому стволу, нахлобучив свою поношенную шляпу до самых глаз. В нос Памелы ударил запах виски или бурбона. Она никогда не умела различать сорта.
— Ты пьян!
— Это точно.
— Ну, хорошо, что ты остановился.
Дейк неверным движением руки приподнял краешек шляпы.
— Еще бы. Я слишком пьян, чтобы вести машину, — произнес он и, состроив гримасу, ткнул пальцем в кусты позади себя. — А кроме того, пришлось остановиться. Тошнит, знаешь ли, отвык…
— Замечательно, — язвительно отозвалась Памела, присаживаясь на корточки рядом с ним. Впрочем, безыскусное объяснение обезоружило ее. Дейк явно не привык так много пить. Примечательно, что хотя его голос и срывался, но слова звучали вполне отчетливо. Он выговаривал их с великой тщательностью.
— Эй! А ты что тут делаешь?
— Неважно. Долго объяснять, да ты сейчас все равно не поймешь. Вставай, отвезу тебя домой, — ответила Памела.
Домой. Памела хмуро усмехнулась. Это слово сорвалось у нее с языка само собой.
— Домой? — озадаченно переспросил Дейк. Вдруг голос его сделался напряженным. — Боже, только не говори, что это случилось! Рэнсом? Из-за него ты здесь?
— Что случилось? Ты о чем?
Привстав, Дейк до боли сжал руку девушки.
— Он жив, правда? Господи, Памела, скажи мне, что он жив!
— Рэнсом? — Девушка ничего не понимала. — Ну конечно же! А почему бы нет?
— Потому что я приехал. А не следовало бы. Они всегда умирают, когда я пытаюсь помочь.
— Кто всегда умирает? — спросила Памела, и у нее мороз пробежал по коже.
— Те, кого они любят.
От его непонятных мрачных слов Памелу бросило в дрожь.
— О ком ты?
Дейк привалился к дереву. Луна уже почти зашла, стало совсем темно. Девушка не видела лица Дейка. И, когда он наконец заговорил, в его голосе слышалась глухая тоска.
— Олд. Альберт. Малыш Дэкс. Все они. Потому что женщины, любившие их, обращались ко мне за помощью.
— Дейк…
— Ты была когда-нибудь на детских похоронах, Памела?
— Нет, — прошептала она.
Слова давались ему нелегко, он говорил с трудом, часто запинаясь и останавливаясь. Казалось, он долгие годы копил в себе эту боль.
— Все дело в гробиках, — продолжал он. — Такие чертовски маленькие. И они всегда в белом. Ты замечала? Подразумевают их невинность, понимаешь?..
Памела невольно сжала руки в кулаки. Ногти больно врезались в ладони.
— Мне говорили, что похититель сразу убил его… Но ведь, когда я начинал расследование, он был еще жив… Я знаю, что он был еще жив…
Памела не знала, как успокоить Дейка. А он продолжал:
— Его мать приходилась мне… кузиной. Во всяком случае, более близких родственников у меня не было.
Его голова стукнулась о ствол. Шляпа соскользнула с головы и упала на землю, но Дейк даже не потянулся за ней.
— Маленький мальчик, а я не смог отыскать его. Если бы я был лучше или быстрее… или…
— Дейк, прекрати…
— А знаешь, что хуже всего? Сара, мать Дэкса. Она так грустно посмотрела на меня и сказала, что знает, что я старался… А потом она попросила прийти на службу. — Из горла Дейка вырвался протяжный страдальческий стон. — Меня. Она хотела, чтобы я, тип, который не смог вовремя найти ее сына, пришел на похороны…
— Наверное, она понимала, что это не твоя вина, — с трудом выговорила Памела, потрясенная до глубины души. — Такие вещи случаются, Дейк. Это ужасно, но так бывает…
— Да, — прорычал он. — Бывает. — Голос его сорвался. — Дэкс был… последней соломинкой. Я знал, что нельзя снова рисковать. Он был совсем крошкой, только-только исполнилось пять, и…
В голосе Дейка таилась такая горечь, что Памела даже удивилась, как эта горечь не проела его душу насквозь… Не в этом ли таилась разгадка странного поведения Дейка?
— Что ты имеешь в виду? — спросила она, осторожно подбирая слова.
Дейк снова вскинул голову. Несмотря на темноту, девушка чувствовала, что он смотрит на нее.
— Да что ты не понимаешь? Поэтому-то мне и не хотелось приезжать. Ты и Рэнсом. И я. Комбинация…
— Какая комбинация?
— Олд и Салли. Коулы. Дэкс и его мама. Они и я. А теперь — ты и Рэнсом. Вот так всегда и бывает.
— Дейк, — тихо произнесла Памела. Ей не хотелось его ни о чем расспрашивать, не хотелось ничего слышать, но она понимала, что, если он не выскажется, ему будет труднее, его это будет мучить. — Как всегда бывает?
— Говорю же тебе. Они погибли. — Голова Дейка вновь откинулась на ствол дерева. — Олд. Альберт. Дэкс. А теперь и Рэнсом, если только я не уберусь отсюда ко всем чертям. Поэтому-то мне и не хотелось приезжать. Ты и Рэнсом. И я. Комбинация… Они погибли… А теперь и Рэнсом…
Комбинация? Как Памела ни старалась, она не могла найти объяснения этим бессвязным фразам, но вывод напрашивался только один.
— Ты хочешь сказать… Что, если к тебе обращается женщина, потому что тому, кого она любит, грозит беда, то…
Памела замялась, и Дейк докончил за нее фразу. Докончил буднично и просто.
— …Он погибает…
Глава 14
Памела ошеломленно отшатнулась. Неужели Дейк и в самом деле верит, будто он приносит несчастье? Но список имен, названных им, до глубины души потряс ее. Возможно ли, чтобы с ним три раза происходил подобный кошмар?
— Олд, — припомнила она первое имя.
— Мой лучший друг, еще по армии. Мы вместе служили в войсках особого назначения. — Дейк с трудом сглотнул. — Бок о бок мы прошли с ним через огонь и воду. Ну, а когда уволились, он малость свихнулся. Связался с каким-то типом, который обещал обогатить его в два счета на махинациях с землей. А когда Олд выяснил, что это сплошное надувательство, то просто пришел в ярость и бросился в погоню. Салли прибежала ко мне, умоляя остановить его.
— И ты опоздал? — тихо спросила Памела.
Дейк судорожно вздохнул.
— Как было бы хорошо, если бы я опоздал тогда… Он остался бы жив. Тот парень хотел только одного — поскорее унести ноги и полмиллиона долларов в придачу. Но когда появился я, он запаниковал. И Олд погиб.
— Это была, наверное, не твоя вина, — пыталась успокоить его Памела.
— Ну да, и я так решил. А потом, уже когда начал работать у Пэриша, объявились Коулы. Альберт и Айрис. А я все еще ничего не усвоил. В смысле, комбинацию. Ведь в других-то случаях все было отлично, я не подводил. — Дейк снова тяжело вздохнул: — Боже, и зачем я тебе все это рассказываю?
— Потому что тебе надо кому-то все рассказать, — тихо произнесла она.
А высказаться он мог только так, как сейчас, — в кромешной тьме, не видя лица собеседника. Только так он мог наконец излить накопившуюся у него на душе тяжесть и боль. Дейк Дальтон уже судил и обвинял сам себя, он долго носил в душе этот тяжкий приговор, и теперь уже ничто не могло остановить его отчаянную исповедь.
— А что случилось с Айрис Коул?
Дейк невесело хмыкнул.
— Ничего… Если не считать того, что ей пришлось хоронить мужа. Точнее, то, что от него осталось.
— Что? — задохнулась Памела.
— Автомобильная бомба.
— О Боже!
«И моя внешность вовсе не остановила ту бомбу». Теперь Памела знала, что означали эти слова.
— Но почему?
— Альберт издавал маленькую газетенку и порой прищемлял кому-нибудь хвост. В том числе и нескольким бандитам, которым это пришлось весьма не по вкусу.
Глаза Памелы расширились. Кажется, она что-то об этом слышала. Как раз перед тем, как переехала к Рэнсому. У нее остались смутные воспоминания о репортажах по телевидению, о фотографиях искореженной машины и распростертого перед ней изувеченного тела. Но нет, было и что-то еще! Что-то о человеке, пытавшемся спасти Альберта Коула.
— Твоя спина… — прошептала она. — Так вот, в чем дело, да?
Дейк не ответил. Но теперь девушка вспомнила и сама — картины трагедии навсегда запечатлеваются в памяти. Взрыв, убивший газетчика, тяжело ранил еще кого-то, и им оказался человек, пытавшийся спасти его.
— Он не слушал меня, — вырвалось у Дейка со стоном. — Напрочь игнорировал все угрозы и продолжал делать свое дело. Он не верил, что кто-то и в самом деле убьет его за призывы к миру.
— Зато его жена верила, — наконец поняла Памела. — И обратилась к тебе, чтобы ты защитил его.
— И у меня это славно получилось. Точь-в-точь как с Олдом. — Дейк выругался себе под нос. — Я велел ему не садиться в машину, пока ее не проверю, а он не послушался меня. Айрис была страшно встревожена, потому что прочла очередную угрозу на парадной двери. Вот я и остановился, чтобы приободрить ее. — Он на мгновение примолк. — А очнулся в госпитале спустя неделю.
— Господи, Дейк! — невольно вскрикнула девушка. — Но что же ты мог сделать, если он не послушался тебя?
— Я должен был заставить его подождать, — ровным голосом отозвался он. — Мне нельзя было останавливаться и говорить с Айрис.
— Но она же была так напугана, как ты мог не попытаться ее успокоить?
— Это не входило в мои обязанности. Я должен был защищать Олда, а не успокаивать его жену. И вот результат — я отвлекся, и он погиб…
— Не мог же ты думать, что…
— Потом я только и делал, что думал. Много недель подряд, валяясь в этой распроклятой больнице. И приходил к одному и тому же выводу. Она доверилась мне, и он погиб.
— Но ведь ты и сам едва не умер, так ведь? — Памела и не нуждалась в ответе. Несколько недель, которые провел Дейк в больнице, свидетельствовали о том, как тяжело он пострадал. — Разве это малая плата за то, что не было твоей ошибкой?
Дейк долго молчал, а когда заговорил, Памела с трудом могла разобрать его слова.