Несколько долгих гудков, щелчок, и тоненький девичий голосок шелестит в трубку:
— Алло!
— Здравствуйте, — стараясь говорить спокойно, чтобы не вспугнуть собеседницу, откликается Диана. — Меня зовут Диана. Я по поручению Дениса Звенигородского.
— Почему он не приходит? — жалобно спрашивает голосок. — Он оставил меня одну. Мне здесь так страшно! И совсем нечего есть. Выходить на улицу я боюсь… И совсем нет денег. Вы заберете меня отсюда? Отвезете к нему? Я так соскучилась…
Шургин и Алекс, которые, презрев условности, приникли к Диане с двух сторон, наставив уши, сделали изумленные глаза. Шургин отстранился и шепотом сказал, адресуясь к своим напарникам:
— Это ребенок!
— Конечно, я приеду. И заберу тебя оттуда, — ласково сказала Диана в трубку. — А ты знаешь адрес?
— Сейчас я прочитаю по бумажке, — прошелестела девочка. — Денис мне написал…
Она продиктовала адрес и спросила:
— А вы скоро приедете? Прямо сейчас? Или когда уже будет темно?
— Скоро, дорогая, — со слезами на глазах ответила Диана. — Только ты никого к себе не пускай. Как услышишь мой голос, так и открывай, поняла?
— Ладно… Диана, — согласилась девочка и положила трубку.
— Фу-ух, — пробормотал Алекс. — Я даже вспотел от напряжения. А мне уже нельзя так волноваться — мужчины после тридцати подвержены приступам стенокардии.
— Ты не похож на сердечника, — пробормотал Шургин. — Успокойся и дай сюда бумажку с адресом.
— Это дочка Дениса! — дрожа от возбуждения, сказала Диана. — Конечно, иначе и быть не может.
— Нет, — покачал головой Шургин. — Ты ошибаешься. Во-первых, она не называла его папой. А во-вторых, вспомни, что написал твой муж в письме.
Он достал из записной книжки тот самый листок, который обнаружил в словаре, и процитировал:
— «Из Тихорецка я вывез то, что мне не принадлежало. Спрятал в надежном месте. Надеюсь, ты сможешь понять ценность найденного. И правильно поступить. Полностью полагаюсь на тебя, Денис». Это не его ребенок. Не знаю, зачем он его похитил.
— Может быть, девочка сама нам расскажет? — предположил Алекс.
— Поехали скорее! — воскликнула Диана. — Она ужасно перепугана.
В этот момент у Шургина в кармане зазвонил мобильный телефон.
— Подождите минутку, — попросил он, посмотрев на дисплей. — Это Клара.
Голос у Клары был звонким, чистым и веселым. Если судить по нему, то в больнице она помолодела лет на пятнадцать.
— Олег, я выписалась, — сообщила она. — С этой угонщицей все абсолютно ясно. Страшная случайность и больше ничего. Мне совершенно нечего делать на больничной койке. И у меня столько планов…
— Клара, — перебил ее Шургин. — Просто здорово, что ты позвонила именно сейчас. Возьми карандаш и запиши адрес. — Он продиктовал те данные, которые они получили от девочки, и пояснил: — Мы все втроем отправляемся туда. И нам нужна подстраховка.
— А я?! — воскликнула Клара, оскорбившись до глубины души. — Я разве с вами не поеду?
Шургин закатил глаза и терпеливо повторил:
— Мы не можем рисковать и ехать все вместе. Слышишь? Ты будешь нашей подстраховкой. В случае чего сообщишь в милицию, куда мы подавались.
Алекс с неудовольствием посмотрел на Шургина. До сих пор он и не предполагал, что поездка может оказаться опасной.
— Вы едете прямо сейчас? — переспросила Клара. — А далеко это от того места, где вы находитесь?
— Не говори ей, — зашипел Алекс, который тоже приник ухом к трубке, — а то она примчится. С нее станется. У меня снова будет стресс, и это повлияет на исход… нашей операции.
— Близко, — соврал Шургин. — Мы рядом. — На самом деле это был другой конец Москвы. — Если пробки нас не задержат, мы мигом домчимся.
— Вы можете попасть в пробку? — переспросила Клара, и в телефоне что-то затрещало.
— Только Бэтмену пробки нипочем, всем остальным героям приходится с ними мириться, — крикнул Шургин и отключился.
— Так она не приедет? — уточнил Алекс. — Не помню, я спрашивал у тебя по поводу пистолета? Ты отобрал у нее оружие?
— Ты давно уже ведешь себя примерно, — похвалила Диана. — И ей незачем в тебя стрелять.
— Женщины коварные существа… — пробормотал тот. — У каждой Золушки под кринолином может оказаться оружие.
Они расплатились за кофе, и Алекс проворчал:
— Такая сумма! Все-таки я выпил не бочку рома, а пару глотков. Нужно прислать сюда проверку из общества потребителей.
Они сели в машину, которую уже зажали с двух сторон другие автомобили, и Шургин повернул ключ в замке зажигания. Мотор тихо заурчал, не предполагая, что через некоторое время его вынудят реветь во всю глотку.
— Я ничего не понимаю, — Диана сжала виски пальцами. — Если Денис вывез-этого ребенка из Тихорецка и именно про него писал в записке, то где тогда алмаз?
— На дне Сены, мисс Мортон! — хриплым голосом ответил Шургин и добавил: — Ха-ха-ха!
— Какой Сены? — удивился Алекс с заднего сиденья. — Что ты такое говоришь?
— Он пошутил, — успокоила его Диана. — Он не знает, где алмаз.
— Алекс, — предупредил Шургин строгим голосом воспитателя детского сада, поймав его невинный взгляд в зеркальце заднего вида. — Не вздумай раскурочить шкатулку.
Как и договаривались, они возили ее с собой. Старинная вещица преспокойно лежала в матерчатой сумке и теперь грела бедро Душкина. Он погладил ее через ткань с вожделением Кисы Воробьянинова, оглаживающего очередной стул.
— Твой муж привел нас именно к этой девочке, — обратился Шургин к Диане. — Давай сначала вытащим ее из пустой квартиры, а потом будем думать о фамильных драгоценностях.
— А вдруг алмаз у нее? — предположил Алекс, бегая жадными глазами по сторонам.
— Я даже не спросила, как ее зовут! — встрепенулась Диана. — Совсем потеряла голову?
— Неудивительно.
Именно сейчас Шургину особенно хотелось успокоить свою спутницу. И не только словами. Он испытывал страшную потребность обнять ее и прижать к сердцу. Объяснение — это оттого, что она такая маленькая! — его уже не устраивало. Все было хуже, гораздо хуже. И прозаичнее. «Кажется, ты влюбился, старый пес, — с грустью подумал Шургин. — Все твои холостяцкие заповеди больше ничего не стоят». Ему было грустно и весело одновременно. Грустно потому, что приходилось прощаться с прежней жизнью. А весело — потому что предстояло еще побороться за свои чувства. Карьеристочка так просто не сдастся.
Впрочем, сейчас не время расслабляться. Еще неизвестно, что ждет их в квартире номер двадцать семь, в большом панельном доме, за крепкой дверью, которую снаружи не открыть, потому что она напоминает крепость.
Оказавшись перед этой дверью в светлом, чисто убранном подъезде, компаньоны на несколько секунд замерли без движения. Диана ожила первой. Потопталась на лохматом коврике, связанном из цветных лоскутов, и шепотом объявила:
— Я звоню.
Протянула руку и утопила кнопку звонка, похожего на большой пластмассовый глаз. Они услышали дзиньканье внутри квартиры — и наступила тишина.
— Ну, пожалуйста, — прошептал Шургин себе под нос. — Пожалуйста! Скажи, что ты никуда не делась.
Она и в самом деле никуда не делась. Шагов они не услышали, но тоненький голосок неожиданно проник через дверь и спросил:
— Кто там?
Диана подалась вперед и даже положила ладони на обивку, чтобы быть ближе к этому ребенку.
— Это Диана, дорогая! Я тебе звонила. Меня прислал Денис, ты ведь помнишь? Ты меня ждешь?
— Открывай, маленькая дурочка, — пробормотал Алекс и немедленно получил от Дианы тычок локтем под ребра.
Щелкнул замок, потом еще один, и дверь медленно поползла внутрь. Наконец она распахнулась достаточно, чтобы они могли увидеть того, кто стоял на пороге. У всей троицы «спасателей» одновременно вытянулись физиономии.
Это был вовсе никакой не ребенок. Это была девушка — высокая, тоненькая и красивая, как принцесса Персии. Буйная грива темных волос падала до самого пояса, глаза сверкали ярче, чем все алмазы мира, точеный носик и бесподобный рот заставляли при взгляде на нее прищуриваться — чтобы не ослепнуть.
— Боже мой, — прошептал Алекс. — Это еще кто такое?
Диана первой пришла в себя:
— Это мои друзья, — приветливо сказала она девушке. — Можно нам войти?
— Конечно, входите, — прошелестела принцесса и отступила в сторону.
Как и положено особе королевской крови, она была одета в невероятно красивое платье и атласные туфельки. Пока компаньоны гуськом проникали в квартиру, у Шургина в кармане зазвонил телефон.
— Да! — шепотом сказал он в трубку. — Коля, это ты?
Это действительно был Коля, тот, что организовывал наблюдение. Их ангел-хранитель. Только благодаря его содействию можно было позволить себе шататься по городу, не шарахаясь от каждой тени. Да, это был тот самый Коля. И голос у него оказался встревоженным.
— Олег, мои люди не вышли на связь.
— Что?!
— Мои люди…
Шургин не успел дослушать до конца, потому что кто-то аккуратно вытащил телефон у него из ладони.
Он молниеносно обернулся… Но — поздно. В дверь вслед за ними уже втискивались две темные личности. То, что они вооружены и очень опасны, было написано у них на лицах. Третьим же незваным гостем, тем самым, который отобрал у него телефон, оказался их общий знакомый.
— Виктор! — воскликнула потрясенная Диана. — Что ты здесь делаешь?!
— То же, что и ты, лапочка моя, — вкрадчивым голосом ответил тот, игнорируя Алекса, которого его охранники прижали к вешалке, и красавицу, которая отступила в глубину холла и смотрела на них глазами загнанного в угол животного. — То же, что и ты. Спасаю Северину.
Принцесса, оказавшаяся Севериной, прижала руки к груди и голоском, похожим на дрожание колокольчика, спросила:
— Дядя, ты же не заберешь меня обратно? Ты же добрый, правда?
— Дядя? — пробормотал Шургин, не в силах отвести от нее взгляда. Она гипнотизировала, как настоящее сокровище, выставленное для всеобщего обозрения.