Я неохотно следую за ним. Это просто поездка домой, мы не женимся. Она ничего не значит. Хотя кажется, что значит. До этого мы редко разговаривали, и сейчас я знаю, каков настоящий Грифф... но продолжаю смотреть на него, как на хорошего парня.
Хонда Гриффа низкая, черная и укороченная. Минимум хрома. Никаких украшений. Даже полоска на байке — просто черная и глянцевая. Это не то, что я представляла для Гриффа.
Но она прекрасно подходит ему.
— Нравится? — Он протягивает мне запасной шлем. Я сомневаюсь, спросить ли, что он всех дурочек так подбирает, но потом решаю не заморачиваться. Это не мое дело, и я не хочу знать.
— Да, крутой байк. — Я надеваю шлем и пряжку ремня на подбородок. В нем даже уютно, и он защитит от черепно-мозговых травм, но очень плохо сказывается на моих волосах. — Хотя он выглядит по-другому, — говорю я. — Я еще не видела таких Хонд вокруг.
Лицо Гриффа озаряется, будто я сказала что-то прекрасное. Отчасти это заставляет меня и съежиться, и засветиться.
— Нет, — объясняет он, — Это винтаж. Все ездят на Харлеях, но это Хонда СВ400 1978 года. Мы с отцом укоротили ее, чтобы байк стал гоночным.
Я не представляю, что это значит, но все равно улыбаюсь. Становится проще и проще улыбаться рядом с ним, но это не то, о чем я собираюсь думать. Грифф улыбается в ответ, но я проскальзываю за него, и его плечи напрягаются.
Прекрасно, мои прикосновения отталкивают его. Я пытаюсь отодвинуться, чтобы между нами было пространство, но правой рукой Грифф обнимает меня, чтобы придвинуть ближе. Неожиданно я прижимаюсь к его спине, мое сердце стучит в груди, как кроссовки при беге.
— Ты в порядке?
— Мм, да. — Правой рукой ищу обычные рукоятки, но на байке нет ни одной. Если я хочу удержаться, мне придется держаться за Гриффа. — Как ты узнал, где я живу? Как ты ночью смог узнать, какое окно мое?
— Я многое знаю о тебе.
Особенно сейчас. Грифф запускает двигатель, и байк рвется вперед, будто желает скинуть нас. Парень быстро оборачивается, снова улыбаясь.
Возможно, мне жарко из-за шлема. Ничто не может вогнать меня в краску.
— Ты «многое» знаешь обо мне? Сталкеришь, Грифф?
Его ухмылка становится шире.
— Мне нравится, что ты имеешь в виду. Не трусь, Вик. Прижмись ко мне.
— Верно. Будто ты можешь испугать меня, — говорю я, заставляя себя обхватить его талию. Не могу сказать, что Грифф супер хорошо сложен. Он не такой как футбольные игроки или борцы, что играют мышцами, как накаченными мячами. Он... худощавый. Жилистый. И когда я дотрагиваюсь рукой, понимаю, что и его пресс невероятно твердый.
Я немного напрягаюсь. Это не та информация, что я планировала узнать. Но я прижимаю руку снова, еще крепче, потому что Грифф дает полный газ, и мы летим по улице, оставляя позади запах шин и выхлопов.
Хорошо. Вообще отлично. Мы поворачиваем за угол, направляясь к автостраде, и мое сердце подпрыгивает. Быстрее, чем я ожидала. Намного быстрее. Видимо, Грифф наслаждается скоростью, и если честно, то я тоже. Чем быстрее я убираюсь от Джо, моего отца и их плана, тем лучше.
Но их тени преследуют меня. Я прижимаюсь щекой к острому плечу Гриффа и слышу, как учащается мой пульс и дыхание. Чем быстрее мы едем, тем быстрее преследуют.
ГЛАВА 21
Он говорит, что я красива, и уже поэтому я чувствую себя уродливой. — 40 страница из дневника Тессы Вэй
Окей, это было во всех смыслах обалденно. Байк Гриффа быстрый, но и он сам также довольно впечатляющий водитель. Как легко и резво мы вписывались в повороты, будто невесомы, как мы скользили в городском движении, будто по маслу... да, это было обалденно во всех смыслах.
Мы останавливаемся на красном светофоре до того, как мои плечи расслабляются. Я выпрямляюсь, запоздало понимая, что двое парней из минивена восхищаются байком Гриффа. Слева стоит коп и тоже смотрит на нас. Я снова перевожу взгляда на Парней из Минивена, пока один из них не машет нам.
— Твои друзья? — Грифф выводит байк вперед, как только меняется свет, и я надеюсь, мы едем достаточно быстро, чтобы он услышал мой смех.
Позор, как только мы подъезжаем к моей дороге, все приподнятое настроение уходит. Я соскальзываю с байка и вижу Гриффа, ощущая себя достаточно тяжелой, чтобы провалиться сквозь асфальт.
— Ну и как ты познакомился с Джо?
— Его остановили в школе.
— Серьезно? — Я снимаю шлем и протягиваю его Грифу. — Он пытался что-нибудь украсть?
— Нет, думаю, он искал тебя.
Меня? Черт. Я обнимаю себя руками, пытаясь выглядеть так, будто это совсем не испугало меня, будто я не думаю, что Джо мог искать и Лили.
Грифф смотрит на меня. Он продолжает крутить шлем в руках, прищурив глаза.
— Брат моей матери подвозил меня. Он знает Джо, и они разговорились. Пол — это мой дядя — сказал ему, что я хорош в компьютерных делах. Одно привело к другому.
— Нет, это не правильное следствие. — Я смотрю на него и теряюсь между грустью и злостью. — Мы обманываем людей. Черт, как угораздило такого хорошего ребенка, как ты, оказаться втянутым в аферу с кредитными картами?
— Прежде всего, я не ребенок. — Насупившись, Грифф разворачивается к байку. Он кладет мой шлем на сиденье и в мгновение ока берет меня за руку. — Во-вторых, я не такой хороший.
Ох, верно. Потому что совершил очень хреновый поступок, подвезя меня, а не отправил домой пешком. Я посылаю ему свой лучший «Мне все равно» взгляд. Обычно после этого парни отваливают. Вообще-то они убегают, но этот просто подходит ближе.
— Я не хороший, — повторяет Грифф. — Будь я хорошим, то не был бы здесь, а ты бы продолжала избегать меня. — Он ждет от меня согласия или опровержения и, не дождавшись ничего, вздыхает. — Слушай, мне очень нужны деньги.
Признание расслабляет меня больше, чем должно. Я знала Гриффа три года и, до этого момента, никогда так обстоятельно с ним не разговаривала, но сейчас мне понятно, что он как я... Иисусе, Норкут бы это понравилось.
Я легонько указываю на байк.
— Кажется, будто у тебя все в порядке.
— Это от моего отца. Единственная вещь, оставшаяся после его отъезда в Калифорнию... от меня, моей мамы, всех, кто думал, что он спасет нас. Она больше никогда не вылезала из постели из-за гребанной депрессии. Она потеряла работу, потому что перестала появляться там, а талоны на еду только начали приходить.
— Прости, я не хотела...
— Я знаю. Ты тоже прости. Я не должен был огрызаться на тебя. Я просто устал. — Он немного наклоняет голову, и я впервые замечаю, как залегли тени под его глазами, какая бледная и тонкая кожа вокруг рта.
И он все еще держит мою руку, как будто хочет, чтобы я чувствовала себя лучше.
— Даже после того, что сказал Джо, я ни за что не ожидал увидеть тебя там, — заявляет он немного погодя.
Я вздыхаю, будто это ничего не значит.
— Жизнь полна сюрпризов.
— Нихрена.
Мы смотрим друг на друга, и никто из нас не говорит ни слова... и еще... и еще.
— Ты должен уйти, пока можешь, Грифф. Это не для тебя. Я не подхожу тебе. Я благодарна за поездку и все такое, но это ничего не меняет. Тебе правда следует держаться от меня подальше.
Я пытаюсь отнять руку, но он не отпускает. С кем-то другим это свело бы меня с ума, и ладно, может, и сейчас потихоньку сводит. Вот знакомое чувство паники приближается к горлу, но есть и что-то еще. Что-то внутри переворачивается, когда его пальцы двигаются дальше, обхватывая мое запястье.
Все, где он прикасался и прикасается, охватывает огнем. Я чувствую себя так, будто проглотила солнце. Его прикосновения оставляют свет на моей коже.
— Уверена, что не подходишь мне? — Голос Гриффа становится глубже, но он удерживает меня, будто я могу разбиться.
Он может быть прав. Из-за Гриффа я чувствую себя забавно... счастливой, и это ужасно. Все потому, что я знаю, кто он на самом деле? Или потому, что он знает, кто я?
— Я вполне уверена, что недостаточно хороша для тебя, — говорю я снова, сильно надавливая ему на грудь, хотя уходить не хочу. Он позволяет мне уйти. На секунду я сожалею об этом. Ноги трясутся. — И не думаю, что и ты хорош для меня.
Я шагаю по тротуару, ожидая в любой момент услышать звук его мотора. Но нет. Грифф смотрит на меня. Часть меня хочет убежать, но другая хочет вернуться и заставить его прекратить смотреть на меня.
Я почти дохожу до парадной двери, когда он отвечает:
— Думаю, ты не права, Викки. Уверен, ты отлично мне подходишь.
ГЛАВА 22
Строить из себя нормальную становится все труднее и труднее. — 62 страница из дневника Тессы Вэй
— Кто это был? — Не успеваю я даже разуться, как справа от меня материализуется Брен. — Это был мальчик Гриффинов?
Мальчик Гриффинов? Я намереваюсь протиснуться мимо, но ее вопрос делает эту попытку неудачной.
— Откуда ты знаешь Гриффа?
— Я видела его маму на родительском собрании. Она опоздала и выглядела очень потерянной. Мы немного поговорили, и она сказала, что скоро вернется, но с тех пор я ее не видела. — Брен сдвигает занавески на одну сторону, изучая Гриффа тем же прищуренным взглядом, который она хранит для проверки рабочих бумаг. — Женщину зовут Карен? Келли?
— Ким.
Я не подозревала, что Лорен здесь, пока она не подает голоса. Я поворачиваюсь и встречаюсь с ее глазами. Отлично. Мне никак не отвертеться от объяснений. Лорен выглядит так, будто сейчас взорвется заливистым смехом.
— Точно! — Брен бросает благодарный взгляд на Лорен. — Ким. Ким Гриффин. Ее сын очень хороший мальчик. Очень вежливый. А его глаза — они такие пронзительные.
Хороший мальчик. Очень вежливый. С пронзительными глазами. Я смотрю на Брен и пытаюсь согласовать слова, вылетевшие из ее рта. Не этого я ожидала. Ей сейчас стоило бы ругаться на меня. Ну ради бога, это же парень. Мы никогда не разговаривали о мальчиках, но я уверена, у нее есть правила и о них. Плюс, я приехала на мотоцикле. Мы никогда не разговаривали и об этом, но я