атах, — бумажные тарелки и стаканчики.
Ну, это не поможет. Я начинаю долбиться в дверь кабинета во фрустрации и останавливаю себя. В церкви очень тихо. За исключением тихого шума вентиляции и кондиционеров, ничего не слышно. Но в темноте мое дыхание звучит словно драконье.
Я разуваюсь. Очередной урок от моего отца: даже скрип может сдать тебя, и я не хочу рисковать.
К счастью, из окон льется небольшой свет, спасибо фонарям на парковке. Это немного, но достаточно, чтобы Грифф видел, что я делаю. Он сомневается, но потом начинает делать, как я. Мы отставили нашу обувь в сторону и стоим на пороге кухни, как пловцы, готовящиеся к прыжку.
— Дыши мягче, — шепчу я и спрашиваю себя, почему говорю Гриффу быть осторожнее, но глубоко внутри я напоминаю об этом и себе. — И очень осторожно. Сначала идем по ощущениям, чуть позже наши глаза привыкнут.
Я смотрю на Гриффа, ожидая увидеть его профиль, но он смотрит на меня.
— Я пойду первым, Викки. Двигайся за мной.
— Я... да, хорошо.
Сейчас меня сильно трясет. Хуже, чем обычно. Я не уверена, нервы это или давление, но, в любом случае, я не в состоянии вести.
Грифф накрывает своей рукой мою:
— Как только мы заберем Лили, ты убежишь отсюда чертовски быстро.
Я киваю, сжимая его руку:
— Сбежать — не проблема.
— Хорошо, — говорит Грифф и ведет меня в темноту.
Я и забыла, как растягивается время, когда вы в панике. Секунды кажутся минутами. Минуты — часами. Инстинкт подсказывает, что вы скрывались достаточно долго и сейчас самое время бежать, но это самый быстрый способ попасться. Нужно выждать время. Я заставляю себя думать, но все, чего я хочу, — это кричать.
Мы с Гриффом разделились, осматривая нижний этаж тихо и быстро. Никаких признаков Лили и Тода. Ни сопения со стороны скамьи, ни тяжелого дыхания за альковами. Остается только один вариант — второй этаж.
Грифф не согласен со мной:
— Он слишком умен, чтобы подняться, — шепчет он. Дверь, которая ведет на верхний этаж, около нас, и Грифф тянет меня назад. — Здесь только одна эта лестница — единственный путь для спасения. Он бы не стал загонять себя наверх.
— Если только он не планировал сбегать. — Я наступаю вперед, перетягивая Гриффа. — Предположил, что он и Лили не выйдут отсюда живыми. Ему нечего терять, Грифф. Все всё знают.
Грифф сомневается, и я первой иду по лестнице, чувствуя, что он идет за мной, очень близко. Мы выходим в небольшую нишу, где должен сидеть хор, и я жду, пока Грифф обойдет меня, заняв ведущую позицию. В какой-то момент кажется, что это тупик.
Мы замечаем на первом этаже конференц-зал. Ограниченный перилами, он ведет к двери, за которой есть свет.
Вспышка. Они там, в кабинете.
Мое облегчение на вкус как рыдание, и мне хочется кричать от радости.
До тех пор, пока я не слышу рыдания Лили.
Приглушенные панические вскрики и мольбы. Я скорее догадываюсь о словах, чем слышу их, и рядом со мной Грифф вздыхает.
О Боже, Лили!
Если Тод убьет ее сейчас, полиция ничего не сделает. Но как мне поступить? Нас двое, но у Тода все еще может быть нож, а сейчас еще и заложник. Моя сестра.
— Ракеты, — шепчу я, хватая Гриффа. — Брось их на ту сторону.
Мне не видно лица Гриффа, но слышно, как он замялся и задержал дыхание. Он в замешательстве, и я не могу говорить громче, чтобы объяснить, поэтому повторяю:
— Ракеты.
Затем возле нас неожиданно раздается какой-то шум. Еще шорох, и Грифф снимает предохранитель. Вспышка подсвечивает нас. Кажется, мы горим.
Затем Грифф бросает их.
Ракеты медленно зажигаются за сиденьями зала, упав за кафедрой в какие-то занавески.
Грифф бросает вторую, но на этот раз намного дальше, и она загорается в витражах. Искры взрываются, и впереди нас распахивается дверь.
Появляется мужчина. Странно, но он темнее темноты, и когда начинает двигаться, то кажется, что он скользит. Пока что его можно поймать.
Тод. Я и так уже вжалась в стену, но теперь, похоже, могу слиться с ней полностью. Один лишь взгляд на него рождает во мне желание выползти из своей кожи, кричать и никогда не останавливаться.
Тод пробегает мимо нас, и видно только свет фонарика, скачущий по стене. Как только я слышу, что он спустился на первый этаж, я забегаю в кабинет.
Внутри кабинета льется небольшой свет с парковки. Немного, но можно разглядеть некоторые поверхности. Стол, полки, коробки...
Моя сестра!
— Вик!
— Лили!
Мы с Гриффом падаем на нее, протягивая руки и хватая. Мои пальцы нащупывают что-то твердое и притягивают это.
Веревка. Он связал ее. Я засовываю пальцы под узлы на запястьях Лили, пытаясь их распутать. Освободить ее. Сделать это до того как он вернется.
— Вик, — шепчет Лили сквозь слезы. — Прости меня за все, я не знала. Я никогда не думала...
— Ш-ш-ш... все хорошо.
— Не хорошо! Никогда не будет нормально. Я думала... думала... — Лили сглатывает, новые слезы падают мне на руки, пока я развязываю один узел. — Я верила ему.
Двумя руками я растягиваю веревку, и в этот момент я рада, что здесь темно, потому что кровь с моей руки смешивается с ее слезами.
— Ты была права, что верила ему, Лили. Не все люди монстры. Может, если бы я меньше времени проводила в подозрениях, я бы смогла заметить зло рядом с нами. — Лили затихла, и пока что ее слезы прекратились. Я продолжаю работать с узлами. — Теперь все это не имеет значения, Лил, потому что мы спасемся.
Только я знаю, что это не так. Ни один узел кроме первого не развязался. Мои пальцы трясутся. Они цепенеют — большая часть тела немеет — я замедляюсь из-за потери крови. Я обязана ее спасти.
— Возьми ее. — Я подталкиваю Лили к Гриффу, сжимая его свободную руку вокруг ее плеча. — Она не может идти. Позаботься о ней. Я не в силах сделать это сама.
Грифф рычит:
— Только с тобой.
— Только с ней, а про меня забудь.
Света очень мало, но я вижу, что на его лице отразилась боль.
— Ты не можешь так поступить, Вик, — шепчет он. — Не можешь просить меня оставить тебя.
— Я и не прошу.
Нечестивый яростный вопль доносится снизу. Тод. Он узнал. Он возвращается.
И отсюда только один путь.
Я пожимаю плечами:
— Я не прошу тебя оставить меня, Грифф. Я прошу спасти мою сестру.
Мы не сможем уйти. Он поймает нас на лестнице.
Грифф смотрит на меня, и даже если я больше его никогда не увижу, даже если Тод порежет меня на кусочки, я буду помнить одно: Грифф не колебался. Он притягивает Лили ближе и шепчет:
— Что мне нужно сделать?
— Спрячься там, где стоит хор. Я отведу Тода подальше. — Я поднимаюсь. — После того как мы уйдем, уводи Лили.
ГЛАВА 50
Никто никогда не предполагал такой конец. — Последние слова в дневнике Тессы Вэй
Я жду Тода в темноте, и, когда он появляется в дверном проеме, а вспышка озаряет его лицо, я поднимаю подбородок и обещаю себе, что Тод больше никому не причинит боль.
— Ты.
— Я, — соглашаюсь.
Тод двигается вперед, не смотря по сторонам, не поднимая ноги достаточно высоко, чтобы перешагнуть коробки, которые я поставила у него на пути. Он спотыкается, раскидывает руки, чтобы удержаться, но падает на колени.
И я бросаю ему в висок пресс-папье размером с грейпфрут.
Он падает на жесткий пол, корчась от боли, давая мне секунду, в которой я так нуждалась. Я прыгаю, задевая его ногами, и все же приземляясь на ковер. Я уже бегу за пределами комнаты, как никогда быстро, и пролетаю мимо ниши, где прячутся Грифф и Лили, пока Тод яростно кричит.
И садится мне на хвост.
Я не могу видеть лестницу под собой, но каким-то образом нахожу ритм.
Сбегаю по ступенькам, пока не попадаю на нижний этаж — и врезаюсь своей здоровой рукой в стену. Сама. И снова надо бежать.
В этой сумасшедшей гонке я спотыкаюсь, и у меня начинает кружиться голова. Мои мозги будто вывернуты наизнанку, и я почти теряю устойчивость. Меня сильно сносит влево, и я погружаюсь в коридор, где располагаются комнаты Воскресной школы.
Мы с Гриффом увидели этот дверной проем, когда осматривали первый этаж. Двери комнат открываются в коридор, но также и соединены друг с другом. Я забегаю в первую комнату справа и, благодаря свету луны из окна, выхожу через внутреннюю дверь в третью комнату.
— Сучка! — орет Тод. Сейчас он прямо за мной. По громкости его голоса я определяю, что он у первого входа, в коридоре. Это хорошо. Он там, где я хочу, чтобы он был.
А теперь мне просто нужно подпустить его ближе.
— Думаете, что выиграли, но полиции все еще нет. — Это снова голос Тода, доносится из главного коридора, так что я придвигаюсь ближе к внутренней двери. Он будет проверять каждую комнату и с этим лунным светом наверняка меня заметит.
— Они будут пытаться спасти вас, и ты правда думаешь, что я им это позволю? Серьезно думаешь, что здесь будет, кого спасать?
Нет, если ты поймаешь меня. Трясущейся рукой я открываю телефон Гриффа — который он мне дал, перед тем как взять Лили — и включаю диктофон, произнося:
— Тогда пойди и возьми меня, Тод. Ты хочешь преследования... я дам тебе его.
Рука Тода змеиной хваткой обвивается вокруг двери, и я убегаю через внутренние двери назад в коридор. Но Тод чуть быстрее и догоняет меня. Его пальцы хватают кончики моих волос, притягивая, и я кричу в панике. Я тянусь двумя руками к ближайшей двери и, заваливаясь налево, толкаю дверь.
Ребро и предплечье Тода встречаются с дверным косяком. Теперь кричит он, а я убегаю. Я бегу вдоль по коридору, замечая синие мигающие огоньки в окнах.
Они почти здесь. Я направляюсь на кухню, расставив руки в стороны для равновесия, потому что ноги скользят по линолеуму. Пожалуйста, пусть Грифф к этому моменту уже запер все двери.
В кухне немного темнее, чем я помню. Я двигаюсь вслепую и не могу позволить себе замедлиться. Слышны приближающиеся шаги Тода.