— За рыцарей Ордена, — высокомерно ответил гипербореец. — Или я ошибаюсь?
— Капитан гвардии подозревает, что ты обманываешь нас, называя завышенные нормы потребления Золотого Корня, — пояснил великий магистр выражение Гюнтера.
— С какой целью? — удивился Элигор. — Я не сомневаюсь, что вы не доверите мне «стим», и колоть его будут ваши рыцари.
— Это так.
— Тогда к чему мне врать?
Чуды переглянулись.
— Я совершенно отчетливо помню, что в старинных рукописях речь шла о меньших дозах Золотого Корня, — упрямо повторил Шайне.
— Уважаемый мастер войны, — устало возразил гипербореец, — припомните заодно: в этих рукописях речь шла о мирном времени или о войне? — Гюнтер нахмурился. — А еще подумайте, в каком состоянии должны пребывать солдаты, которые последние несколько тысяч лет провели в виде праха? Если вы хотите, чтобы зеленые шутя разгромили наши штурмовые отряды, то нет проблем, давайте рядовым обычные дозы по нормам мирного времени.
— А иерархам? — прищурился Леонард.
— А на иерархов можете не рассчитывать, — жестко отрезал Элигор. — Я не собираюсь идти на самоубийство из-за нескольких перевранных строк в старой писанине.
— Никто не собирается отправлять тебя на смерть, — примирительно произнес Шайне и посмотрел на де Сент-Каре. — Мне кажется, в словах нашего союзника есть смысл.
— Будем вкалывать Золотой Корень в тех количествах, на которых настаивает Элигор, — согласился великий магистр. — Расход «стима» увеличится, но это подстегнет наших союзников и заставит их приложить максимум усилий к захвату лаборатории.
— Величие мудрости в том, чтобы всегда видеть свою выгоду, — склонил голову гипербореец.
— Это сказал Азаг-Тот? — поинтересовался Гюнтер.
— Нет, кто-то из древних.
— Бирдык Кумар, — пробурчал себе под нос Леонард, — основатель семьи Шась.
— Давайте все-таки вернемся к планам боевых действий, — подала голос Вероника.
Мужчины недовольно поморщились, но спорить никто не стал. На взгляд великого магистра, в присутствии ведьмы на военном совете не было необходимости, но она обеспечивала лояльность тварей Кадаф, и с этим приходилось считаться.
— Для начала необходимо сковать все силы зеленых, — быстро проговорил Гюнтер. — Ведьмы и дружинники не будут путаться под ногами, и гвардия получит оперативный простор.
— Разумно, — согласился Леонард.
— Где будем сковывать? — осведомился Элигор.
— Наблюдатели доносят, что, получив ультиматум, королева Всеслава принялась стягивать войска в Зеленый Дом, — пояснил Шайне.
— Это обычная тактика?
— В настоящее время — да, — подтвердил Гюнтер. — Великие Дома не могут рисковать потерей штаб-квартиры. В преддверии войны мы концентрируем силы вокруг Источников, а затем действуем по обстановке.
— То есть люды могут перегруппировать свои войска?
— Вполне.
— Мы не можем этого позволить, — заявил де Сент-Каре.
— Значит, нам придется нанести удар до окончания срока действия ультиматума, — спокойно произнесла Вероника.
— Чудь никогда…
— Вы видите другой вариант?
Леонард жестко посмотрел на ведьму, но Вероника выдержала взгляд великого магистра и повторила:
— Вы видите другой вариант?
Шайне покачал головой:
— Нам нужна победа, повелитель.
— Хорошо, — буркнул де Сент-Каре. — Что дальше?
— Поскольку нам предстоит осада, — взял слово Элигор, — я предлагаю задействовать в основном мертвых демонов и птиц Лэнга: покойники плохо умирают и хороши в ближнем бою, а крылатые обеспечат поддержку с воздуха. Зеленые располагают аналогичными силами?
— Нет. — Гюнтер усмехнулся. — Боевые драконы сохранились только у нас, а задействовать вертолеты они не смогут.
— Вот и отлично.
— Но они прекрасно сражаются против атак с воздуха, — продолжил капитан гвардии, припоминая последнюю войну между Великими Домами: тогда жрицам удалось изрядно потрепать «зоопарк» чудов.
— Это война. — Губы гиперборейца разошлись в жесткой усмешке. — А потом, я не привык считать крылатых.
— Фраза настоящего полководца, — одобрил великий магистр.
Золотые глаза Элигора оставались бесстрастными.
— Итак, мы выведем на ударную позицию два легиона мертвых демонов и три стаи птиц Лэнга. Кроме того, для обеспечения маневренности и решения непредвиденных проблем переместим из Глубокого Бестиария четыре когорты Тощих Всадников. — Гипербореец помолчал. — Теперь иерархи. После смерти Шаб-Ниггурата с мертвыми демонами лучше всех управляется Анабот. К тому же старый урод обожает штурмовать крепости, так что лучшей кандидатуры не сыскать. Птицами Лэнга командуют Алгор, Дурсон или Партас. Мне по душе Дурсон, мы много воевали вместе и понимаем друг друга с полуслова. — Элигор снова выдержал паузу. — Мне будет проще объяснить ему наши договоренности.
— Понимаю, — важно кивнул Леонард.
— Ну, и Гомори, — подытожил гипербореец. — Он сам по себе легион и может пригодиться в непредвиденных ситуациях.
Элигор перечислил самых сильных последователей Азаг-Тота, самых боеспособных. Но чуды промолчали. Великий магистр не вникал в иерархию Кадаф: он доверял Гюнтеру, а Шайне не обратил на список краснокожего особого внимания: ему нужны были войска.
— Два легиона мертвых демонов и три стаи птиц, — с улыбкой повторил капитан гвардии. — Клянусь щитом Спящего, людам это очень не понравится!
— Если мы хотим получить лабораторию, — вновь взяла слово ведьма, — удар должен быть стремительным! Мы должны ворваться в Зеленый Дом!
— В истории войн Тайного Города было немного случаев молниеносного захвата штаб-квартир, — поучительно проворчал Леонард. — Да и те окончились полным провалом.
На самом деле случай был один: науськанные Вестником Красные Шапки сумели овладеть четырьмя этажами центральной башни Замка. Ни люды, ни тем более навы подобного позора не испытывали и никогда не пускали врагов дальше стен своих крепостей.
— Мы прорвемся, — тихо проговорил Элигор. — Великий Господин учит, что пред пожаром ненависти плавится камень.
Чуды никак не отреагировали на упоминание Азаг-Тота в стенах Замка, и уголки губ Вероники самодовольно приподнялись.
— Люды не пустят тебя дальше стен, — задумчиво произнес Гюнтер. — Даже если мы притащим сюда всех демонов Кадаф.
— Тогда к штурмовым отрядам должна присоединиться гвардия, — медленно, но твердо ответил Элигор. — Мы проложим дорогу, а рыцари ворвутся внутрь.
— Есть еще одно обстоятельство, гипербореец, — веско бросил Леонард. — Если мы прорвемся в крепость, то королева Всеслава может пойти на уничтожение Источника. А это грозит катастрофой всему миру.
— Так в чем же смысл ваших войн? — удивленно поинтересовался Элигор.
— Довести Великий Дом Людь до такого состояния, чтобы он соответствовал своему положению лишь наличием Источника, — пояснил де Сент-Каре. — А потом поддерживать это статус-кво.
— Тотального уничтожения не будет? — уточнил гипербореец.
— Тотальное уничтожение невозможно.
— Мир здорово изменился, — пробормотал краснокожий. — А как быть с лабораторией?
— Когда мертвые демоны вырежут большую часть дружинников, королева Всеслава будет рада отдать все, что угодно, ради прекращения агрессии, — рассмеялся Гюнтер.
— А когда они вырежут достаточное количество дружинников? — хмуро спросила Вероника.
— Если мы начнем до истечения срока действия ультиматума, — Шайне посмотрел на часы, — и если мертвые демоны действительно так хороши, как вы пытаетесь это представить, то, я думаю, к завтрашнему утру люды станут покладистыми.
— Насколько я знакома с ситуацией, — холодно и рассудительно произнесла Вероника, — зеленые могут запустить лабораторию в любой момент. И тогда к завтрашнему утру дружины королевы Всеславы могут стоять под стенами Замка.
— Но до сих пор они ее не запустили!
— Замечательный аргумент.
Гюнтер опустил голову. Великий магистр бросил удивленный взгляд на Шайне: старику не понравилось, как легко удалось ведьме заставить замолчать мастера войны. Элигор, спасая положение, громко обратился к Веронике:
— Что ты хочешь предложить?
— Я, возможно, еще не очень хорошо ориентируюсь в Тайном Городе, — язвительно улыбнулась ведьма. — Но я обратила внимание на то, что школы Зеленого Дома находятся за пределами Москвы. Это сделано в целях безопасности?
— Нет, — де Сент-Каре еще не понимал, куда клонит девушка, — просто, людам нравится проводить время в лесу.
В отличие от Ордена, магические школы которого были расположены в Замке и являлись, по сути, первой ступенью обучения будущего гвардейца, с соответствующим уставом и внутренним распорядком, учебные заведения Зеленого Дома были выведены за пределы Тайного Города. Спрятанные в заботливо оберегаемых заповедных уголках, магические школы людов были скорее пансионами, в которых собирались наиболее одаренные девочки-колдуньи. Обучение стремились начать как можно раньше, с четырех-пяти лет, и продолжалось оно долгие годы, во время которых дети видели родителей только во время нечастых каникул: один месяц летом — июль и один месяц зимой — январь. Все остальное время будущие феи и жрицы посвящали магии.
Зеленый Дом никогда не предпринимал особых усилий по защите своих магических школ: старинное соглашение, подписанное тысячи лет назад, категорически запрещало военным не то чтобы врываться, но даже заходить на территорию учебных заведений. В Тайном Городе считалось неприличным воевать против гражданских, а уж против детей — что и говорить.
— Школы эвакуируют во время войн?
— Зачем?
— Это не по правилам, — почти по складам произнес догадавшийся об идее Вероники Гюнтер. — Кодекс запрещает вести боевые действия против гражданского населения. Тем более против детей.
— Школы эвакуируют?
— Капитан гвардии уже ответил тебе, ведьма, — жестко отрезал Леонард. — Мы не воюем с детьми.
— Мы не будем с ними воевать, — пожала плечами девушка.