— В наше время никто не хранит деньги в золоте, — пробормотала Вероника.
— И если мы захватим башню, это будет значить, что мы просто захватили башню, — добавил великий магистр. — Денег мы там не найдем.
— Зато наживете массу врагов, — пообещал Михар. — Грабить кредиторов считается неприличным даже во время войны, знаете ли.
Выражение лица гиперборейца показывало, что ему очень хочется вернуться в Глубокий Бестиарий. Вероника зло расхохоталась.
— Мы говорили о страховых компаниях, — напомнил Томба.
— Вы знаете правила, — угрюмо протянул Гюнтер. — Возмещение ущерба во время боевых действий происходит только после тщательной экспертизы, в ходе которой необходимо собрать доказательства, что ущерб нанесен войсками нашего Великого Дома, провести оценку потерь, определить сумму страховых выплат…
— Мы готовы, — радостно воскликнул Юсур. — Доказательства есть! Ваши представители могут немедленно выехать…
— Идет война! — рявкнул Шайне. — Война!! Кто будет заниматься этой ерундой, когда…
— Мы можем обратиться за помощью к независимым оценщикам, — предложил Томба. — У моего дяди по материнской линии есть прекрасное агентство, которое специализируется…
Мастер войны застонал.
— Хорошо, — сдался великий магистр. — Учитывая сложившуюся ситуацию, я принимаю следующее решение:
Орден признает каждый страховой случай, который будет подтвержден надлежащим образом. Для их рассмотрения мы сегодня же сформируем комиссию из числа наших женщин. Они не принимают участия в войне, так что пусть займутся финансами. Все выплаты будут произведены после окончания боевых действий.
— В этом случае нам придется начислять на сумму долга тридцать шесть процентов годовых, — заметил Юсур. — Деньги во время войны необычайно дороги, знаете ли.
Предложение было тем более нахальным, что средняя банковская ставка по стране не превышала шести процентов.
— Это грабеж, — тихо проронил Гюнтер.
— Если вы помните, именно с этих слов мы и начали, свое выступление, — Михар был неумолим.
Леонард скрипнул зубами:
— Хорошо, Орден начнет проводить выплаты немедленно, но не в полном объеме.
— Вашей подписи и печати Великого Дома будет вполне достаточно! — Томба достал из кейса несколько листов бумаги. — Необходимо зафиксировать все достигнутые договоренности, а то беспокойные ныне времена, знаете ли…
Глава Чуди тщательно прочитал контракт и подписал его.
— Замечательно!
— Кстати, совсем забыл предупредить, что с сегодняшнего дня Служба утилизации увеличивает свои расценки на пятнадцать процентов.
— А это еще почему?
— Непредвиденные расходы, — хладнокровно объяснил Михар. — В результате развернутой вами кампании мы вынуждены существенно увеличить штат сотрудников. Кроме того, сверхурочные, доплата за риск, увеличение отчислений в страховую компанию…
— Во время войны риск гибели резко увеличивается, — невинно добавил Юсур.
— В общем, — закончил Турчи, — пока повысим расценки на пятнадцать процентов, а там посмотрим. Если война затянется, то мы будем вынуждены снова пересмотреть нашу финансовую политику.
— Война не затянется, — хмуро пошутил Гюнтер. — Или мы победим, или обанкротимся.
— Надеюсь, это все?
Шасы переглянулись. Юсур кивнул, Михар задумчиво почесал бровь и умильно прищурился:
— С вашего позволения, мастер мастеров, у нас есть еще одна, совсем маленькая просьба.
— Я вас слушаю, — буркнул Леонард.
Турчи извлек из кармана пиджака цифровую фотокамеру.
— Я и досточтимый Юсур хотели бы сфотографироваться с Элигором.
— Времена сейчас непростые, — добавил Томба, — война, знаете ли. Никто не знает, что будет завтра, а так хоть какая-то память останется.
В смехе, который донесся со стороны ведьмы, отчетливо прозвучали истеричные нотки.
— Будет о чем внукам рассказать, — подхватил Михар. — Иерархи Кадаф большая редкость в наши дни. Так вы не против?
Гипербореец недоуменно посмотрел на замолчавшую Веронику:
— Чего они хотят?
— Сфотографироваться с тобой.
— Как это?
— Ну… быстро нарисовать.
— Они сумасшедшие?
— Просто пользуются случаем, — пожала плечами девушка.
Железная корона иерарха Кадаф мелко задрожала.
— Я…
— Это совсем не больно, — пробормотал Юсур. — А нам будет приятно. Мы даже пришлем вам фотографию.
— Поставите в рамочку, — улыбнулся Михар. — В супермаркетах Гильдии можно купить очень красивые рамочки.
Томба впихнул в руки Вероники камеру, и шасы встали по обе стороны от Элигора.
— Нажмите на кнопочку. — Вспышка. — Большое спасибо.
Шасы церемонно поклонились и вышли из зала. Некоторое время все молчали. Затем сфотографированный гипербореец негромко кашлянул:
— Может, вернемся к обсуждению боевых действий?
— Прекрасный снимок, — сообщил Михар, разглядывая изображение на маленьком экране фотокамеры. — Вот только глаза красномордый таращит, как законченный дебил, мог бы скроить физиономию попроще… — Он помолчал. — Я пришлю тебе файл по электронной почте.
— Здоровенный парень этот Элигор, — промямлил Юсур, пристально глядя на гиперборейца. — Такие экземпляры в наши дни встречаются нечасто.
— Не чаще, чем Ктулху.
Шасы помолчали.
— И кожа у него достаточно плотная…
— Корона смотрится красиво…
— Жаль, что не продается отдельно, а растет прямо из головы.
— Можно будет делать копии…
Досточтимые господа снова предались размышлениям.
— Думаешь о том же, о чем и я? — спросил, наконец, Михар.
Томба кивнул:
— На этом можно заработать немножко денег.
Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь.
Москва, Ленинградский проспект, 4 августа, суббота, 16:17
— Превосходная комбинация, Кортес, превосходная, — пробормотал Сантьяга, разглядывая стоящие на шахматном столике фигуры. — Я всегда говорил, что вы один из лучших игроков в Тайном Городе.
— Тем не менее, — улыбнулся наемник, — из двадцати трех наших партий я выиграл всего девять.
— Вполне возможно, что сейчас будет десятая, — признал комиссар. — Вы здорово прижали мой правый фланг.
— Вы недооценили мою пехоту.
— Согласен.
Пешки, самые слабые участники шахматных сражений, сумели надежно запереть тяжелые и средние фигуры Сантьяги, лишая его каких-либо внятных перспектив.
— Я слышал новости, — Кортес задумчиво взял в руку бокал с соком. — Тощие Всадники разнесли Павильон Обманщиц.
— Я знаю, — отозвался комиссар.
— Потери большие?
— До геноцида, к счастью, дело не дошло. — Сантьяга помолчал. — Остатки морян были блокированы на третьем этаже, но им удалось прорваться в парк. — Нав наконец-то решился и неуверенно передвинул слона. — Кажется, я делаю ошибку.
— Вы сегодня несколько рассеянны, — подтвердил наемник.
Его следующий ход поставил под удар ладью соперника. Комиссар вздохнул.
— А еще я слышал, что Франца де Гира хотели убить, когда он встречался с Каримом Томбой.
— Францу удалось укрыться у Горностаев.
Сантьяга пожертвовал коня.
— Это была ваша интрига? — осведомился Кортес. Наемник давно и очень хорошо знал нава и мог рассчитывать на правдивый ответ. Так и вышло.
— Да.
— Экспромт?
— Практически, — улыбнулся комиссар. — Узнав о том, что Франц ушел со своего поста, и ожидая атаки гиперборейцев на Зеленый Дом, я решил, что у великого магистра все складывается чересчур хорошо. И решил внести небольшие коррективы в ход событий.
— Вам это удалось.
— Благодарю. — Теперь в опасности оказался ферзь Сантьяги. — Гюнтер Шайне полностью подтвердил наше представление о нем и начал действовать именно так, как мы ожидали.
— Теперь Франц ждет, чем закончится вся эта заварушка, — протянул Кортес. — Я тоже. Честно говоря — незавидная участь.
— Если он будет просто ждать, — мягко произнес комиссар, — эта участь и вправду будет незавидной: при любом исходе великий магистр не забудет его поведения.
— Вы хотите посадить Франца на трон, — понял Кортес.
— Де Гир единственный, кто сможет объединить чудов после катастрофы, которая их ожидает, — спокойно ответил Сантьяга. — Он не допустит междоусобиц и прекратит бессмысленные боевые действия. Темный Двор не заинтересован в длительном течении конфликта.
— Не слишком ли он опасен?
— Он был опасен, — объяснил комиссар. — Но в ближайшие тридцать-сорок лет все усилия Франца будут направлены исключительно на преодоление последствий катастрофы. Затем Орден начнет наращивать жирок, на это потребуется еще лет двадцать, а затем Франц станет слишком старым, и ему придется уйти.
— А он мог стать величайшим магистром в истории Чуди, — грустно улыбнулся наемник.
— Мы тоже так думали, — согласно кивнул нав.
— И позаботились о нем.
— По-соседски. — В черных глазах комиссара заиграли веселые огоньки. — Франц нашел в себе силы выступить против решения совета, потому что видел то же, что и мы: он знал, что через несколько лет Чудь могла бы занять главенствующее положение в Тайном Городе. Но остальные рыцари захотели все и сразу.
— Вы так планировали?
Сантьяга выдержал паузу:
— Я на это надеялся.
— Застарелые обиды и неудовлетворенные амбиции — самые ценные качества у лидеров враждебных домов, — потянулся Кортес. — Кстати, вам шах.
— Подобные слабости делают их предсказуемыми. — Комиссар изучил положение на доске и положил своего короля: — Вы победили, Кортес, поздравляю.
— Благодарю.
Сантьяга откинулся на спинку кресла и поправил украшенную черным бриллиантом заколку галстука:
— В настоящее время меня несколько беспокоят хваны.
— Маршалы хамелеоны призваны в гвардию? — Четырехрукие убийцы формировали одно из самых боеспособных подразделений чудов, и в том, что нава это «беспокоило», не было ничего странного.
— Почти, — улыбнулся комиссар. — Великий магистр повелел им явиться в Замок, но наши друзья пока не спешат выполнить этот приказ. Те немногие маршалы хамелеоны, которые были в городе, отозваны, а новые в расположение гвардии не прибыли.