щем, изнутри лачуга имела такой же неказистый вид, как и снаружи. И все же находящийся в жилище ощущал некую НЕОБЫЧНОСТЬ. Как и при виде хозяйки лачуги, при весьма заурядной наружности обладавшей до жути странными, насквозь пронизывающими зелеными глазами и пугающей честных людей профессией. Во-первых, комнату озарял багровый свет очага, придававший дому таинственный вид. А поскольку в трубу иногда задувал ветер, пламя начинало трепетать, и очертания предметов ломались и мешались с тенями. Также трудно было сказать наверняка, спит ли сама ведьма, бодрствует ли, скалит зубы в улыбке или беззвучно рыдает. Во-вторых, в лачуге было полным-полно трав. Не только глиняный пол был усыпан мелко нарезанной травой. Во всех углах комнаты, под каждой стеной были свалены охапки трав. Пучки трав, листьев, свежесорванных и сушеных, связки корешков свешивались с потолка и были развешаны по стенам. В очаге вместе со смолистыми поленьями также горели какие-то травы. И все эти разнообразные растения, из которых девушке была знакома едва ли четверть, наполняли комнатушку совершенно непередаваемыми горьковато-сладко-острыми ароматами и смесью очарования девственно-дикой природы, свободы без конца и края и... тайны. Ощущение свободы разбивало последние оковы страха. Таинственность будоражила рассудок, заставляла работать ум, дремлющий в обычные серые будни. Очарование природы будило инстинкты. А поскольку все дыры в стенах лачуги были плотно законопачены мхом, а дверь тщательно подогнана, в комнате было очень тепло, почти жарко, и закоченевшее тело вскоре согрелось. И вот ОТТАЯВ ДУШОЙ И ТЕЛОМ девушка окончательно осмелела, поставила на стол корзинку, которую до тех пор судорожно сжимала в руках, тихо вымолвила: - Да, я пришла не из-за ребенка,- и тут же вновь умолкла, ожидая, что ответит ведьма. - Я слушаю, слушаю,- сказала та, когда молчание сделалось невыносимым.Слушаю внимательно. Говори. - Но хоть я и... не знаю мужчины,- личико и шея девушки вторично сделались пунцовыми.- Я пришла... именно из-за мужчины. - Бедняжка, ты безнадежно влюбилась,- ведьма сочувственно вздохнула.Будучи не в силах смотреть на твои страдания крестная (НАСТОЯЩАЯ крестная!) посоветовала тебе собрать корзинку подарков и наведаться ко мне. Широко раскрыв глаза девушка воззрилась на хозяйку лачуги и дрожащим голосочком спросила: - С чего вы взяли?.. - Ах, брось, все женщины одинаковы,- ведьма презрительно ухмыльнулась.Разве может ДОБРАЯ матушка посоветовать ЛЮБИМОЙ доченьке отправиться в логово проклятой колдуньи?! Да ее нежное сердце прежде разорвется на кусочки! Нет-нет, кто угодно, только не она сама. Вот крестная - дело другое. Впрочем, готова поклясться чем угодно, и эта БЛАГОНАМЕРЕННАЯ женщина знает меня и пользовалась моими услугами. Я ведь, почитай, всей округе известна. Так что кумушки не объяснялись долго. Перемигнулись и поняли, что к чему. Да, безусловно все женщины одинаковы. Девушка часто-часто задышала и понурилась. Если это правда... Крайне неприятно осознавать, что такие близкие и горячо любимые с детства люди давно уже ЗАПЯТНАНЫ общением с нечистой силой... если только это действительно так! Но она-то сама разве лучше матери и крестной?.. К тому же как здорово ведьма угадывает... Просто диву даешься! Увлеченная собственными мыслями она не обратила внимания на следующие слова хозяйки лачуги: - ВСЕ МЫ одинаковы. Все можем безнадежно влюбиться. Настолько безнадежно, что... пытаемся скрыться от проклятой любви... ДАЖЕ В ЧАЩЕ ЛЕСА. Но и это не помогает: от себя не убежишь. Душа... она остается. Израненная на веки вечные, изъязвленная незаживающими язвами. Что делать с ней, со своей болью? Волей-неволей начинаешь помогать другим, учить других. Только себе самой помочь не в силах. Такова ЦЕНА!.. Ведьма то ли сухо кашлянула, то ли отрывисто и горько хохотнула. От этого резкого звука девушка вздрогнула и словно очнувшись после забытья как можно мягче спросила: - Ох, простите меня, я не поняла... Что вы сказали? - Не поняла, и ладно. Вовсе незачем тебе понимать. Не твое это дело,ведьма стремительно вскочила с подстилки, подбежала к столу, уселась на второй табурет и раздраженно произнесла: - Надоела мне твоя нерешительность. Либо выкладывай все начистоту, либо убирайся на все четыре стороны. А не захочешь уйти сама - я тебе ТАКОЕ устрою... Глаза ведьмы хищно сверкнули. Девушка съежилась и слегка отодвинулась от нее. Оказывается, ОПАСНО не доверять ведьме. Это все равно что совать руку в змеиное логово... - Да-да, устрою, не сомневайся. Есть я тебя не буду, но - заколдую! В жабу превращу. Или в рыбу, в скользкую холодную рыбу. В ящерицу. В толстомясую крольчиху. В косулю. Другие сожрут!! Глаза ведьмы налились кровью и устрашающе вращались, губы сжались и вытянулись в сизую линию. - Его зовут Кола!!! - выкрикнула вконец перепуганная девушка. - Ага! Так-то лучше. Продолжай,- в единый миг ведьма переменилась в лице, вновь сделавшись радушной хозяйкой и доброй советчицей. - Кола, сын мельника,- девушка стала понемногу успокаиваться.- Статный такой парень, красавец прямо. - Младший сын? Старший? - переспросила ведьма со скучающим видом, точно заранее знала ответ. Девушка отважилась наконец взглянуть на нее - и неожиданно прочла в по-кошачьи ярко загоревшихся глазах действительно неподдельный интерес к своей истории. Ведьма поспешила отвернуться, хотя отлично понимала, что оплошность уже допущена. - Средний вообще-то... То есть БЫЛ средним. Младшие брат и сестра умерли от поветрия еще в младенчестве, старший брат утонул года два назад, купаясь в пруду. И теперь Кола единственный. Девушка неотрывно следила за хозяйкой лачуги, ожидая, что она вот-вот вновь обернется. - Единственный, значит. Так-так... Ведьме явно не понравилось, что собеседница пытается заглянуть ей в глаза. Поэтому она предпочла вернуться на подстилку и уже оттуда ободряюще проговорила: - Хорошо, просто умница. Дальше. - Ну вот. Мы с Кола были помолвлены. С детства. Еще до смерти старшего брата. Наши родители сговорились... Ну, как водится. Трудностей не было никаких. Кола конечно получал свою долю наследства, но мельница должна была отойти со временем к старшему брату, вот ему-то невесту надо было выбирать тщательно, а младшему... - Ну да, ну да, как в сказке: старшему - мельницу, среднему - осла, младшему - кота. До чего же люди суетны. Смотришь - нет уже главного наследника, зато остается неглавный,- ведьма сокрушенно вздохнула. - Да, теперь мой жених получал все,- подтвердила девушка, но тут же поспешила добавить: - Но вы не думайте, я не за это его любила, я за просто так... - Любила! - ведьма энергично тряхнула головой и причмокнула. - Мы вместе росли, вместе играли,- продолжала девушка мечтательно.- И вся деревушка знала, что когда я вырасту, то обязательно выйду за него. А он непременно женится... Девушка замялась, как-то разом погрустнела и добавила уже совсем неуверенно: - Непременно на мне... - Так, ясно, он тебя обманул,- быстро вымолвила ведьма, которой уже порядком надоела нерешительность гостьи.- Кола, сын и единственный наследник мельника, взял в жены другую. - Да, Ивонн...- начала было девушка, однако хозяйка лачуги вновь перебила ее и резко сказала: - Ивонн с детства БЫЛА твоей ЛУЧШЕЙ подругой. А тебя зовут Нанерль. - Как, вы И ЭТО знаете?! - изумлению девушки не было границ. Ведьма как-то странно посмотрела на нее и ответила уклончиво: - Смотря что иметь в виду. Имя твое я... вспомнила. Да, Жаклин как-то забегала ко мне и делилась радостной вестью: мол, представляешь, какую прекрасную девочку я родила - просто загляденье! Нанерлью назвала. Отлично помню. Если бы гостья хорошенько поразмыслила над словами хозяйки, то возможно нашла бы их не слишком убедительными. Или даже подозрительными. Но ее гораздо больше волновало, откуда ведьма знает про Ивонн. Так и не догадавшись соединить эти две странности она кивнула. - А насчет подруги и вовсе просто,- продолжила ведьма.- Старая как мир история! Все устроено заранее. Твои родители обещали выдать тебя за Кола, его родители согласились. Добрые матушки и добрые батюшки заранее обстряпали дельце - и все успокоились. Включая В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ тебя! Играла ли ты с куклами - то были словно ТВОИ И ЕГО дети. Помогала матери по хозяйству - знала, что повзрослев станешь хлопотать ДЛЯ НЕГО. Танцевали вы на сельском празднике - никто не претендовал на тебя всерьез, потому что вся деревня знала: Кола и Нанерль - ЖЕНИХ И НЕВЕСТА. С САМОГО ДЕТСТВА привыкла ты РАЗЫГРЫВАТЬ хозяйку ЕГО дома. Он был твоей ЗАКОННОЙ собственностью!!! КАК ПРЯЛКА, ПОСТЕЛЬ И СУНДУКНо рядом неприметно для тебя подрастала подруга, сделавшаяся со временем соперницей, тихо завидовавшей тебе. Никто не принимал ее в расчет. Никому и в голову прийти не могло, что маленькая Ивонн способна на такое предательство. Вы же выросли вместе, вы ВТРОЕМ! Ты же так доверяла Ивонн! Она наверняка была наперсницей и поверенной во всех твоих сердечных делах. И вдруг совершить ТАКОЕ... - Вот именно: ВДРУГ! - с жаром подхватила девушка.- Кола очень быстро переменился ко мне, переменился совершенно. Всего за каких-то два с половиной месяца, представляете?! - Отчего же не представить,- поддакнула ведьма. - Его точно околдовали... - Может и околдовали. Очень даже может быть,- спокойно подтвердила хозяйка лачуги. - Да, наверно так и есть,- гостья окончательно утвердилась в своем мнении и нетерпеливо затараторила: - Кола точно уснул с открытыми глазами, а глаза его оказались прошитыми суровой ниткой и привязанными к Ивонн. Он потерял всякий стыд! Ко мне и не подойдет, и словом не обмолвится, а все торчит под ее окнами или подкарауливает где-нибудь вне дома. Побледнел даже, похудел. Хозяйство и то забросил, на мельнице один старик-отец управлялся. Тот и грозил сыну, даже сильно поколотил его - ничего не помогало. Что же до Ивонн... Поначалу она вроде бы отвергала его ухаживания, неудобно ей передо мной было, что ли. Но потом не устояла и... и... Губы девушки исказились, затряслись, из глаз медленно покатились крупные слезы. - Кола вернул свое обещание жениться на мне