В брошюре «Изучение вопроса о сахаре» Луи Наполеон горячо защищал производство сахара из свеклы на континентальной территории страны. Он доказывал, что решения императора французов были правильными, поскольку эти меры содействовали развитию местной промышленности (и не только в связи с чрезвычайной ситуацией военного времени и блокадой), а также делали сахар дешевле и более доступным для широких слоев населения[485]. При этом Луи Наполеон был возмущен притеснениями Англией французских торговцев «живым товаром» и проблемами плантаторов. Этот упрек он адресовал правительству Луи Филиппа, которое, по его мнению, разоряло французов в угоду британцам и позволило свободно досматривать и арестовывать французские суда[486].
В этой части критики правительства можно рассмотреть и черты личного отношения авт. к вопросу об использовании негров в качестве рабов, поскольку Бонапарты были всегда последовательными сторонниками негритянского рабства. Наполеон I презирал аболиционистов Французской революции как сентиментальных добродетелей и отправил армию в Санто-Доминго в безуспешной попытке снова захватить колонию, чтобы восстановить рабство. Семейству Жозефины де Пажери на Мартинике всегда принадлежали рабы. И будучи уже во Франции, Жозефина де Богарне также использовала рабов в своем домашнем хозяйстве.
Это хорошо запомнил Луи Наполеон, который проводил много времени у бабушки. Впоследствии Наполеон III оказывал влияние на рабство своими идеями авторитарного и патерналистского правления. По сути, он никогда не отрицал рабство как форму хозяйствования. И хотя Наполеон III не восстановил рабство, которое было окончательно упразднено республиканским правительством в 1848 году, его симпатия к рабовладельцам была одним из факторов, который повлиял на его отношение в пользу Юга в ходе Гражданской войны в США.
Луи Наполеон считал, что низкооплачиваемый белый фабричный рабочий в Великобритании и Франции был более угнетен и заслуживает гораздо большего сочувствия, чем ленивый негритянский раб в Вест-Индии. Но с той же жестокой откровенностью, которая всегда была более заметной во французской, чем в британской политической полемике, Луи Наполеон оправдывал сохранение рабства в своей брошюре по вопросу о сахарной свекле только по соображениям французских личных интересов. Отменить рабство было бы равнозначно упразднению французской колониальной сахарной промышленности, что поставило бы крест на дешевом продукте для бедных во Франции и сделало бы интересы 90 тысяч негритянских рабов превалировавшими над интересами 100 тысяч свободных рабочих во Франции. Если бы Франция последовала примеру Великобритании и компенсировала работорговцам издержки за отмену рабства, это стало бы налогом на французов в пользу колонистов. Однако «колонии были созданы ради метрополии, а не метрополия ради колоний»[487].
Луи Наполеон вернулся к вопросу об обращении с неграми и праве на обыск кораблей в статье в Le Progrès du Pas-de-Calais от 4 февраля 1843 года. Он подверг нападкам тех гуманитариев, которые «были невосприимчивы к нищете французского пролетария, страданиям рабочего, живущего под собственной крышей, но как только некоторые несправедливости совершаются на наших антиподах (острова Антиподов — группа островов в Тихом океане. — Прим. авт.), то тогда они поднимают несусветный крик»[488]. Луи Наполеон указал на то, что попытки британского флота пресечь работорговлю сильно ухудшили условия содержания негров на кораблях, которые их перевозили, поскольку теперь они загружались в гораздо большем количестве, чем раньше. Более того, теперь рабовладельцы просто выбрасывали «живой товар» в море перед тем, как судно должно было попасть на досмотр британским военным кораблям. Он утверждал, что англичане использовали подавление работорговли как предлог для отмщения Франции[489].
Твердые позиции Луи Наполеона, высказанные в его статьях по вопросам защиты национальных интересов Франции, не остались незамеченными и нашли отклик в широких слоях французского общества. Это наложилось на общее недовольство, связанное с тем, что Франция не пошла на дальнейшую конфронтацию с великими державами (Австрией, Великобританией, Пруссией и Россией) по вопросу Восточного Средиземноморья.
Австрия, Великобритания и Пруссия при поддержке России активно вмешались на стороне турок в войну между Османской империей и Египтом. Франция не стала оказывать военную помощь своему союзнику, правителю Египта Мухаммеду Али. Сторонник твердой позиции по данному вопросу, премьер-министр Франции Тьер и его кабинет подали в отставку, и новое французское правительство Н. Сульта — Ф. Гизо пошло на уступки, утратив, по мнению многих, тем самым свое влияние в Египте и Средиземноморье.
Большое внимание Луи Наполеон в своих публикациях уделил вопросам положения рабочих и бедноты, усилению роли государства в экономических процессах, стимулированию национальной промышленности. Эта позиция заключенного обратила на себя внимание социалистов, рабочих лидеров и интеллектуалов.
В 1844 году в Париже выходит новая брошюра «принца Наполеона Луи Бонапарта» под названием «Преодоление пауперизма». В этой работе принц яростно выступил за «право на труд», которое провозглашали социалистические и радикальные круги и их лидеры. Это был смелый ход, поскольку «право на труд» осуждалось ортодоксальными либеральными экономистами как катастрофическая и опасная доктрина, которая разрушила бы национальную экономику, вмешиваясь в законы спроса и предложения, а также ликвидировала бы безработицу, обеспечивавшую работодателя дешевой рабочей силой.
Более того, принц Наполеон предложил принять законодательство, дающее право создавать ассоциации рабочих, которые имели бы возможность приобретать пустующие земли (речь шла о 9 миллионах гектаров земель) во Франции. Государство предоставило бы деньги этим ассоциациям, чтобы они могли заплатить землевладельцам текущую рыночную арендную плату за землю, а ассоциации в свою очередь должны были бы вернуть деньги государству в виде четырех ежегодных платежей. Безработные горожане, по мысли Луи Наполеона, смогли бы получить работу на земле в качестве сельскохозяйственных работников и были бы обеспечены трудом и разумной заработной платой, а также возможностью наслаждаться здоровой жизнью на земле, пока они снова не найдут работу в промышленности. Ассоциации посредством продажи своей сельскохозяйственной продукции станут платить заработную плату рабочим и погашать кредит государству[490].
Когда критики возражали, что расходы на создание подобных ассоциаций станут обузой для налогоплательщика, то Луи Наполеон отмечал, что это будет стоить государству около 300 миллионов франков по сравнению с «300 миллионами франков, расходуемыми ежегодно на военные цели, 120 миллионами франков на строительство новых тюрем, 300 миллионами франков на укрепление Парижа, миллиардом в качестве компенсации эмигрантам, которые бежали от революции 1789 года, и двумя миллиардами в качестве контрибуции союзникам в соответствии с мирным договором 1815 года»[491].
«Идеи, выдвинутые Луи Наполеоном, — по словам Ридли, — не были оригинальными, поскольку они являлись переработанными мыслями Ипполита Мансьо, высказанными в книге, опубликованной в 1829 году. Но работа „Преодоление пауперизма“ обрадовала социалистов, они впервые нашли национального деятеля, лидера мощной политической фракции, которая была готова серьезно относиться к их идеям вместо того, чтобы отвергать их как глупые и утопические.
Лидер социалистов Луи Блан посетил Луи Наполеона в Аме, и ему было разрешено провести с ним три дня. Жорж Санд также посетила его. Как Блан, так и Санд сказали ему, что согласны с тем, что он написал в брошюре „Преодоление пауперизма“, но при этом они не могли примириться с его бонапартизмом, что означало неравенство и королевские привилегии, а также подчинение народа воле самодержца-императора. Жорж Санд писала, что была огорчена, что некоторые из ее друзей-социалистов считали Луи Наполеона их самым опасным противником, потому что он выдвинул привлекательную социалистическую программу, которая могла ввести в заблуждение рабочих и лишить их поддержки. Луи Наполеон отреагировал на их критику своим обычным аргументом: если бы они жили в идеальном, спокойном мире, он был бы республиканцем, но поскольку делу народа угрожают армии иностранных деспотов, они нуждаются в имперском диктаторе, наподобие Наполеона I, кто должен ими руководить и охранять»[492].
К словам блестящего британского историка добавим, что Луи Наполеон умел слушать и слышать. Он предоставлял собеседнику возможность высказаться и при этом мог изложить свою точку зрения таким образом, что у слушателей оставалось неизменно приятное впечатление от общения с принцем. Казалось, что просто не оставалось места для нерешаемых вопросов. Это было сильной стороной Луи Наполеона в обыденной жизни, при этом в политике данное качество приобретало особое значение.
В качестве примера скажем, что после общения с заключенным Санд была просто очарована им. Поздравляя Луи Наполеона в мае 1844 года, она отметила, что «Ваши заботы и литературные труды доказывают, что у нас будет в Вашем лице замечательный гражданин», а в своем дневнике писательница записала, что «в настоящее время принц… являет собой благородный пример для всех могущественных людей в мире»[493].
В период отбывания наказания в Аме Луи Наполеон оказался в центре европейского и американского общественного мнения и газет в связи с планами по сооружению в Центральной Америке межокеанского канала. Начиная с XVI века возникали различные проекты по прокладке канала между Атлантическим и Тихим океанами, который позволил бы значительно сократить путь между двумя океанами, сделать короче дорогу из Европы в Австралию, Новую Зеландию, Восточную Азию.