Когда Алина, переодевшись, вышла из-за ширмы, в аудитории оставался один Глеб.
— Как ты? — сочувственно заглянул он ей в глаза.
— Ужасно, — призналась Алина.
— У меня сегодня занятий больше нет. Хочешь, сходим куда-нибудь? — предложил Глеб.
— Скорее слетаем, — усмехнулась Алина. — Правую ногу я до сих пор почти не чувствую.
— Придется нести тебя на руках, — улыбнулся Глеб. — Меня сегодня один денежный любитель искусства к себе в кафе пригласил. Хочет оформить его внутри с помощью моих картин. Пойдем?
— Пойдем, — сразу же согласилась Алина и оглядела себя с ног до головы. — Я достаточно прилично одета для этого кафе?
— Да ты на меня посмотри! — рассмеялся Глеб, указывая на свои видавшие виды джинсы. — Богема должна быть богемой. Богема никогда не ходит во фраках. Хотя нет, положение иногда обязывает...
— Далеко ехать? — спросила Алина, когда они спускались по лестнице.
— А ехать никуда не надо. Тут буквально в двух шагах.
Идти действительно было недалеко. Довольно крутая узкая лестница вела вниз, в подвал старинного дома. Над входом красовалась аляповатая вывеска «Кафе Лира».
— Да... Дизайнер тот еще... — задумчиво протянул Глеб. — Где ж он такого художника отыскал от слова «худо»? Ну, прошу!
Он пропустил Алину вперед. Сразу за дверью их встретил коротко стриженный мордоворот с квадратной челюстью и золотой цепью на бычьей шее.
— Вы к кому? — подозрительно оглядел он Глеба в потертых джинсах. Потом взгляд его скользнул по фигуре Алины и немного подобрел.
— Евгений Измаилович здесь? — нисколько не смущаясь, спросил Глеб.
Качок продолжал маслено пялиться на Алину, и только через несколько секунд до него дошло.
— Вы к Евгению Измаиловичу? — Голос его подобострастно изменился. — Пожалуйста, пройдемте, я вас провожу.
И, чуть ли не расшаркиваясь по дороге, бритоголовый вышибала повел их за собой.
Перед дверью с золотой надписью «Директор» охранник застыл, потом осторожно коснулся дерева полусогнутым пальцем. И, лишь услышав за дверью недовольное: «Ну, кто там еще?» — приоткрыл ее.
— Евгений Измаилович, это к вам.
— Какого черта! — приподнялся из огромного кожаного кресла невысокий, желтолицый человек, во рту которого торчала сигара такого размера, что казалось, что не он курит ее, а, наоборот, она вытягивает из него все жизненные силы. — Я же сказал, я занят!!!
— Женька, кончай понтоваться! — шагнул в кабинет Глеб. — Это я.
Лицо человека моментально изменилось.
— Глеб! Ну наконец-то соизволил, нашел время! А ты чего здесь торчишь? — накинулся он на охранника. — На кого вход бросил?!
Вышибалу как ветром сдуло.
— Видишь, с кем приходиться работать, — развел руками Евгений Измаилович.
— Ладно, не прибедняйся! — отмахнулся Глеб.
— Да ты проходи... То есть проходите. Какая у тебя очаровательная спутница!
— Алина, познакомься. Это — мой бывший сокурсник. А ныне — великий коммерсант от кулинарии: Женька Штыковский по кличке Штырь. Или тебя давно уже так никто не зовет?
— Обижаешь, Разумов! — надулся Евгений Измаилович. — Ты бы еще детский сад вспомнил!
Человек выбрался из-за огромного стола и галантно приложился к ручке Алины.
— Евгений Измаилович. Но для вас можно просто Евгений.
— Алина, — представилась Алина, которую все происходящее очень забавляло. Только очень хотелось куда-нибудь присесть.
— Ну что, художник, за работу берешься? Деньгами не обижу — ты меня знаешь, — повернулся Евгений Измаилович к Глебу.
— Нужно сначала зал посмотреть. И вообще, ты сначала накорми, напои, а уж потом разговоры разговаривать будем.
— Нет проблем, — вскинул руки Евгений Измаилович. — Все будет по первому разряду. Прошу!
Алину с Глебом усадили за столик, украшенный то ли икебаной, то ли полвека назад засохшим букетом дешевых цветов. На красной скатерти темнели разводы пятен. Официантка в короткой до неприличия юбке возникла рядом в мгновение ока.
— Леся, наше фирменное, — царственно приказал Евгений Измаилович. — Что пить будете?
Глеб вопросительно взглянул на Алину.
— Вино, — сказала она.
— Красное полусладкое, — пояснил Глеб.
— А я с вашего разрешения тяпну водочки. — Евгений Измаилович кивком отпустил официантку и откинулся на стуле. — Ну, как тебе здесь нравится?
— Третий сорт не брак, — сказал Глеб, рассматривая плохо вымытые столовые приборы и разводы на скатерти.
Евгений Измаилович пожелтел еще больше.
— Лера!!! — гаркнул он так, что Алина вздрогнула от неожиданности.
Пока официантка меняла скатерть и приборы, Алина огляделась по сторонам.
Само помещение кафе было стандартным — небольшой зал, несколько закрытых кабинок для желающих уединиться, округлая стойка бара, маленькая, почти импровизированная сцена в углу. На плохо побеленных стенах висели натюрморты, все до одного изображающие торжество фруктового и мясного изобилия.
— Где ты взял эту мазню? — поморщился Глеб. — Кто тебе вообще дизайн делал?
— Да я за них столько бабок отвалил! — вскинулся Евгений Измаилович.
— Ну и дурак! — беззлобно сказал Глеб. — Ты же на худграфе почти три года отучился, неужели ничего в голове не осталось? Этим картинам самое место на городской свалке. И чем быстрее ты их туда отнесешь, тем лучше.
— Ну не понимаю я в этом ни черта, как оказалось, я бизнесмен, а не художник, — сник Евгений Измаилович. — Времени и так ни на что не хватает, за всем глаз да глаз нужен, все норовят лишний кусок хапнуть. От официанток до оформителей. Помоги по старой дружбе, а?
— Кухня у тебя какая?
— Что? — не понял Евгений Измаилович.
— Кухня, говорю, какая? Ну, японская, китайская, русская, итальянская?
— Да я месяц как открылся! Какая, к черту, кухня?!
— Ну ты даешь... Меню-то есть?
Евгений Измаилович взял с соседнего стола темно-коричневую папку с меню и протянул Глебу.
Глеб несколько минут сосредоточенно изучал его.
— Да... В общем, сборная солянка... Кроме крутизны цен ничего особенного я здесь не вижу.
Официантка поставила на стол запотевший графинчик с водкой и открыла бутылку с красным вином.
— Не нужно, — остановил ее руку Глеб. — Спасибо, я сам налью.
Евгений Измаилович милостиво позволил Лере обслужить себя. Прозрачная жидкость частично перекочевала из графинчика в его рюмку.
— Давай выпьем за продолжение старой дружбы! — задушевно предложил Евгений Измаилович.
— Давай, — согласился Глеб.
Алина пригубила вино из своего бокала. Боль в ноге уже совсем прошла, было приятно просто сидеть, расслабленно наблюдая за встречей двух приятелей.
— Ну что, возьмешься? — снова взял быка за рога Евгений Измаилович.
— Ты что из этого кафе сделать хочешь? Элитное место или третьесортную забегаловку, как сейчас?
— На хрена мне третьесортная?! Я не за тем сюда столько бабок впалил!
— Хорошо, — кивнул Глеб. — Тогда так. Я через пару дней занесу тебе эскизы. Если тебя устроит — поговорим о сроках и оплате. Но учти: если я за это возьмусь — ты свой нос никуда не суешь. Только сметы подписываешь. Ты меня много лет знаешь, я лишнего не возьму.
— Знаю, — удовлетворенно улыбнулся Евгений Измаилович. — Ты еще в институте отличался излишней правильностью. С таким подходом к жизни у тебя никогда денег не будет.
— Вряд ли бы я поменялся с тобой местами, — серьезно сказал Глеб.
— Давай выпьем за наш успех! — снова поднял свою рюмку Евгений Измаилович.
— За успех еще рано. — Глеб налил себе и Алине вина. — Я хочу выпить за эту очаровательную девушку, которую мы, по-моему, уже утомили своими разговорами и воспоминаниями.
— С превеликим удовольствием! За вас, Алиночка!
Из угла зала донеслись какие-то скрипучие звуки.
— Господи, это еще что? — поморщился Глеб.
— Это у меня музыканты живьем играют, — с гордостью в голосе произнес Евгений Измаилович. — Не самые последние в городе, между прочим!
— У тебя все не самое последнее, — сказал Глеб. — То ли с помойки, где еще осталось, то ли с распродажи ненужных вещей. — И рассмеялся, глядя на вытянувшееся лицо бывшего сокурсника. — Да ладно, шучу я, шучу!
— Ну и шуточки у тебя, — обиженно протянул Евгений Измаилович.
— Кормить нас в твоем заведении собираются? А то мы с работы, животы уже подводит.
— Лера!!! — снова гаркнул Евгений Измаилович.
Официантка, словно этого и дожидалась, тут же возникла рядом и стала выставлять на стол причудливо украшенные зеленью блюда.
— Повар у меня профессионал! — горделиво похвастался Евгений Измаилович. — Что не отнять, то не отнять. Я его из ресторана «Центральный» сманил.
— Это еще ни о чем не говорит, — скептически заметил Глеб и подмигнул Алине. — Надеюсь, не отравишь старого приятеля?
Алина взяла в руку вилку и только тут поняла, что очень голодна. В одном Евгений Измаилович не соврал: готовили в его кафе отменно.
Со стороны сцены снова донесся протяжный гитарный стон. Алина чуть повернула голову, чтобы рассмотреть, что именно там происходит. Вокруг немногочисленной, тесно расставленной аппаратуры разгуливал Илья с дымящейся сигаретой в зубах. Алина поежилась: ей была неприятна эта встреча.
Глеб моментально среагировал на едва уловимое изменение ее лица и тоже повернулся.
— А... Илюха... Это он, что ли, не последний музыкант в городе?
— Он, — кивнул Евгений Измаилович. — На музыку, как и на кухню, еще никто не жаловался.
— Таланта Илюхе не занимать, — согласился Глеб. — Еще бы пил поменьше...
— А кто из нас не пьет? — философски заметил Евгений Измаилович и налил себе еще водки. — Жизнь такая сволочная... Наорешься за день, намаешься, надо же как-то расслабляться...
— Ага, — понимающе кивнул Глеб. — А вечером мордой в салат.
Алина краем глаза увидела, как Илья погасил окурок и направился к их столику.
— Привет всей честной компании! — Не спрашивая разрешения, он привычным движением налил себе водки в пустой бокал. — Ваше здоровье!