Однажды Алфред безо всякого предупреждения сделал выставку, целиком посвященную обнаженным и интимным фотографиям О’Киф. Джорджия была в шоке и в бешенстве. Но Алфред опять ее убедил, что это сделано для ее же блага, и что теперь ее картины подскочат в цене. Так и случилось.
Но страсть к О’Киф бушевала в его жилах недолго. Он уже сделал на ней себе имя, выжал из нее все, что можно. Очень скоро он нашел другую натурщицу, с которой он стал изменять Джорджии. Самой Джорджии, которая застала Алфреда с натурщицей, он сказал, что это лишь для фотографии, а девица – нужный человек, спонсор, которая дает деньги на организацию выставки О’Киф (последнее, кстати, было правдой, но только ее половиной). И вообще, сказал Алфред, где бы ты была без меня! Как ты смеешь меня упрекать! Джорджия была потрясена, и уже решила уйти от него, но Алфред вдруг оказался очень больным и страдающим… и Джорджия его простила.
Как-то вечером они сидели дома, и у него начались спазматические боли в животе. О’Киф была взволнована, пыталась облегчить ему боль, а Алфред ей искренне признался, что его любовница (та самая натурщица-спонсор) рожает, и, наверно, он чувствует ее боль. Во какая эмпатия!
Джорджия была просто раздавлена. Она была моложе Алфреда на двадцать лет, она сама мечтала о ребенке, но Алфред не дал ей родить: «Зачем тебе ребенок? Я сам буду твоим ребенком», – говорил он. И вдруг, как оказалось, он не только изменял ей с другой, но и решил завести с ней ребенка!
Художница попала в больницу на месяц, силы ее покидали, она чуть не умерла. Она не хотела ни видеть, ни слышать Алфреда, но тот исправно наведывался в больницу, бередя ее рану. Джорджии повезло – после этих событий подруга увезла ее в Нью-Мексико. Там, среди великолепных пустынь и скал, под необыкновенным южным небом, Джорджия постепенно стала приходить в себя и обретать новое вдохновение. Но, как только Джорджия восстанавливалась и набиралась новой энергии, объявлялся Алфред и начинал болеть и страдать. Он звал ее обратно. Так Джорджия и бегала то к нему, то от него. Она не могла долго оставаться с ним, и не могла без него. Она не могла выносить его упреков, но потом умирала от жалости. Он постоянно обвинял ее в неблагодарности, напоминал, что она ему обязана всем, что она известна лишь потому, что он ее продвигает. Видимо, в порядке компенсации за ее неблагодарность он считал своим долгом изменять ей.
Джорджия пыталась отстоять себя, доказать, что она и сама что-то стоит, и дело не только в его протекции. А Алфред все так же постоянно вызывал ее к себе, прикидываясь бедным и несчастным, и она каждый раз вновь летела к нему, и каждый раз, когда они оказывались вместе, он по-прежнему издевался над ней.
Когда Алфред Стиглиц умер, Джорджия О’Киф стала жить в Нью-Мексико, где обрела покой и независимость. И все же до конца жизни она вспоминала об Алфреде и не могла забыть его. Он был в ее мыслях постоянно. Она слышала его голос. Она пыталась оправдаться перед ним. Она без конца благодарила его за все, что он для нее сделал…
Это к вопросу о том, как нарциссы управляют своими жертвами даже после смерти.
Так что же это было? Действительно ли Алфред Стиглиц помог Джорджии О’Киф развить свой талант и стать великой?
Нельзя отрицать, что для Джорджии знакомство с Алфредом принесло немало пользы, особенно на первых порах, когда она была еще никому не известна. Да, он организовывал ей выставки, и для художника это очень важно. Но чем она за это расплатилась? Своим здоровьем.
Алфред ни на йоту не был альтруистом. Он заработал хорошие деньги уже на первой ее выставке, и продолжал на ней зарабатывать всю жизнь. Да, он поднял молодую художницу своими похвалами, он вдохновил ее на дальнейшее творчество, но это была выгодная инвестиция. В дальнейшем она для него стала источником и денег, и энергии. Ее интимными фото он продвигал не ее картины, а себя. Она расплатилась за это отсутствием нормальной личной жизни, семьи, детей. Он ее использовал. Цена, которую она заплатила, очень высока.
Но ведь возможен и другой путь развития, и развития вместе с другим человеком! Давайте вспомним наших Елену и Николая Рерихов – это были два необыкновенно творческих человека, но в то же время здоровые личности, которые находились в нормальных, по-настоящему близких отношениях. Они развивались вместе, Елена была эзотериком, а Николай – художником. Они помогали друг другу, вдохновляли и усиливали друг друга. Они создали семью, в которой родились и воспитывались счастливые дети. Они вместе путешествовали, вместе делали открытия, вместе шли вперед в своем развитии. Без страдания, без болезней, на фоне личного счастья.
Разве талант Джорджии не был при ней еще до появления в ее жизни Алфреда? Разве он раскрывался не тогда, когда она уходила от Алфреда? Все свои лучшие работы Джорджия создала тогда, когда была НЕ с ним. Например, серию цветов, которая на аукционе в 2014 году ушла за 44 миллиона долларов, она сделала вдали от него, будучи на Гавайях. Другая большая знаменитая серия работ была сделана в период ее жизни в Нью-Мексико. Кто знает, возможно, она создала бы больше шедевров, если бы прожила жизнь, не встретив нарцисса Алфреда, если бы прожила ее в любви и счастье со своей семьей, детьми, по-настоящему любящим ее человеком.
«Он меня вдохновлял, а теперь не рад моим успехам»
(видео 101)
История Александры – еще один материал к размышлению на тему нарциссов и их роли в нашем личностном росте.
«Добрый день, Татьяна! Последние месяцы постоянно смотрю Ваши видео по кругу, они меня просто спасают и возвращают веру в то, что все еще может быть хорошо. Видео про развитие так актуальны, Вы просто не представляете! Если Вы позволите, я поделюсь с Вами своей историей на эту тему.
Мне двадцать пять лет. Пять месяцев назад вышла из пятилетних отношений с нарциссом; он звал меня замуж, но я почувствовала, что нужно бежать, пока дело не дошло до детей.
Поначалу я была для него серой мышью, которая работает менеджером, а он был дизайнером, таким ярким, начитанным. Это был самый яркий и необычный мужчина, которого я встречала! Он начал меня вдохновлять, стимулировать на то, чтобы начать рисовать, делился литературой, советами, поначалу хвалил, говорил, что все получится. Без него я бы точно не решилась, он словно был моим проводником в какой-то другой, более яркий мир. Но как только я действительно начала на каком-то среднем уровне рисовать, и окружающие – мои друзья, его семья – начали удивляться и хвалить, он словно сдулся. Говорил с каменным лицом: «ну, ничего так… но вот тут плохо, там плохо, это не так, и вообще, у тебя нет высшего художественного образования, как у меня». Ему было очень сложно признать мои успехи, он словно боялся похвалить меня, и просто замалчивал либо обесценивал мои успехи – мол, не так уж и хорошо.
Потом он решил, что мне пора менять работу, что я тоже могу быть дизайнером. И опять начались восхваления! У меня, мол, есть вкус, интеллект, и вообще, я рисовать даже умею (во как!). Я опять вдохновилась, и полгода, почти не выходя из дома, учила программы, вроде Фотошопа. Стать дизайнером было моей мечтой. Я довольно-таки целеустремленная и упрямая, и у меня получилось.
Появилась вакансия веб-дизайнера, я успешно прошла собеседование. Учитывая, что я живу в очень маленьком городе, и у меня совсем не было практического опыта, это был успех. Я была на седьмом небе от счастья! Но поведение моего молодого человека меня удивило. Он расстроился! И вообще почти никак не прореагировал, с кислым и каменным лицом говорил: «ну, молодец, да…». Он словно всем видом опять мне хотел показать, что ничего особенного, что вот он-то уже полтора года дизайнер, да еще и в более сложной области, он занимается 3D-графикой, а веб-сайты разрабатывать… ну, это каждый дурак сможет, тебе просто повезло. И я не понимала вообще, что происходит? Вроде он ведь сам меня хвалил, подталкивал к этому, а теперь так себя ведет.
Следующие полгода были тяжелыми, я училась с новой силой, но уже на работе. Сначала получалось, мягко говоря, не очень хорошо, но я старалась, как могла, и много читала. И опять же, мой молодой человек с радостью взял на себя роль такого учителя, который помогает такой несмышленой неумехе. Он давал мне книги, критиковал жестко мои работы – причем он никогда не хвалил, все было только плохо и плохо. Он совершенно связал меня по рукам и ногам, я не имела право высказывать свое мнение; как только я пыталась это сделать, он говорил свою любимую фразу: «Опять ты со мной споришь!». То есть своего мнения у меня быть не могло, несмотря на то, что он, в общем-то, тоже не веб-дизайнер, и не разбирался почти в этой области. Со временем я освоилась, и стало получаться лучше. Он словно соперничал со мной, это была игра «смотри, я лучше тебя». Мне это совсем не было близко, и я не понимала, к чему это? Можно же просто уважать достижения друг друга, принимать, радоваться, и все.
Дальше случилось вот что. Мой начальник попросил меня разобраться в 3D-графике, которой и занимался мой молодой человек. Это действительно другая и достаточно сложная смежная область. Когда я сказала это моему молодому человеку и попросила помочь, он рассмеялся мне в лицо и сказал, что это только для очень умных людей, и вообще для мужчин; что у меня никогда не получится, что я и пытаться не должна, это только у него получилось, потому что он одаренный. Но я его не послушала, мне было очень интересно, да и в работе пригодилось бы.
За полгода выучила на хорошем уровне 3D-редакторы, уже много чего могла, не все, конечно. Но я научилась делать в них визуализацию интерьера, а мой молодой человек этого не умел. Что с ним было… Он просто не мог это пережить! Соревнование ужесточилось. Он тоже начал учиться делать то, что умела я, и его работы были тоже хорошие, но за счет того, что он не знал Фотошопа, он не мог их красиво обработать, и выглядели они чуть слабее. Он понимал это, но не принимал никакой дружеской помощи и советов. Он стал таким гордым, уязвленным, холодным, не показывал мои работы друзьям, только свои. Так и говорил: «вдруг они тебя похвалят, как я буду жить». Так продолжалось какое-то время…