У Конохи также был свой план. Тот что исходил из поражения Ивы. Если Роан победит и двух джинчурики и самого Цучикаге, миссия все равно окажется проваленной. По замыслу Данзо, заложников требовалось ликвидировать, чтобы выставить Роан виноватой в полном свете. Против биджу она просто не сможет не использовать мокутон, появление этой силы создаст фурор в штабе врага и те логично решат ликвидировать заложников из-за нарушения негласных договоренностей. Даже если она победит, из-за нее погибнут около трех десятков людей. Смерть тридцати шиноби гораздо ужеснее, чем смерть одной Роан. В глаза людей она будет эгоистичной тварью, что поставила свою жизнь выше других и из-за нее все погибли. С такой репутацией она не сможет подняться в должности и заслужить уважение всего личного состава.
Муу превозмогая боль, одолевавшую сознание и странное чувство бессилия, поднялся на ноги, чтобы встретить приближающегося врага. Подняв замыленный взгляд, Муу увидел, как елые локоноыколышатся на легком ветру, сливаясь с белым плащом, украшенным черными магатамами. Ее окружали дрейфующие черные шары, которыми она покрывала руки и использовала как оружие, трансформируя в шест. На ней не было и следа прошедшего взрыва, одежда белая, чистая, без единой пылинки, на белой коже нет и следа покраснения. Но больше всго Муу поразило два аккуратных рога, растущих изо лба. Небольшие отростки загнутые назад имели темно-серый оттенок кости
— Демон. Чертов демон.
Мужчина сплюнул скопившуюся во рту вязкую слюну со вкусом крови. Бланш, видя поверженного врага усмехалась. Полученный результат порадовал ее в том смысле, что она нашла еще одну интересную формул у для создания оружия. Произошедший взрыв накрыл радиус в триста метров, сила атамарного расщепления воздействвовала на окружающую среду поразному, ибо не имела ограниченного поля действия.Эа сила зацеила даже Роан, ибо она находилась практически в эпицентре. Защищенные гудодамами руки не смогли в полной мере нивелировать воздействие разрушающей силы. Черный покров был уничтожен, а слой кожи попросту растворился. Если бы Роан не обладала сверхускоренной регенерацией и не могла восстанавливать потерянные части тела также просто, как дышать, то возможно ее судьба после этой битвы была бы не столь радостна.
— Удивлена. Ты еще жив. Действительно занимательное зрелище. Твои сосуды живы, но ударной волной их отбросило за пределы этой территории. Но твоим солдатам повезло меньше. Джинчурики крайне прочны и выносливы, чего не сказать об обычных людях. Могла бы выказать свое сочувствие, но… нет.
Роан говорила милым голосом, ее низкий стиль подачи и некое распевание гласные звуков создавало ощущение, что девушка была не то что спокойна, а в состоянии дзен. Но это была игра, крайне коварная, злостная и циничная. Как только дошло до дела, ее красивый лик ожесточился. Тонкие белые брови высокомерно вздёрнуты, будучи сведенными к переносице в приступе приглушенной злобы. Ее широкая улыбка исчезла, бледный лик разгладился и стал еще более угрожающим.
— Кто заказал меня?
Низкий холодный голос звучал звоном удара молота о наковальню. В этом голосе не было рычания и не было открытой угрозы. Муу растянул губы в окровавленной улыбке. Мужчина поднял голову, показывая свою широкую ухмылку.
— Пошла нахуй.
Ответ Цучикаге нисколько не удивил ее, Бланш ожидала, что реакция главы вражеской деревни будет именной такой. Но это нисколько не успокаивало. Роан наоборот начинала только сильнее злиться. Убивать Муу было нельзя, не потому, что он был важен для мира или потому, что ей жалко, нет, если она убьет Каге, то о ней пойдет гораздо более жуткая молва, нежели сейчас. Убийство сильнейшего ниндзя элементальной страны доказательство не просто силы, а могущества. Всем ясно, что подле Каге ходит свита сильных телохранителей и чтобы добраться до самого властителя, нужно убить его воинов.
Роан резко подскочила к обессиленному мужчине, сдавив тому горло. Стальная хватка черной руки была слишком болезненной, казалось даже неестественной.
— Убить тебя дело секунды, но я могу растянуть твои страдания на долгие дни, а то и недели до прихода Хокаге.
Упавшие бинты обнажали обожжённую кожу Муу. На исхудалом лике показалась злорадная, обреченная ухмылка. Цучикаге понимал, что ему не сбежать и не спастись от этого чудовища, но он твердо решил, что уйдет с честью.
— Облегчи свои муки и вернись в деревню. Отвечай!
Девушка старалась говорить мягко, но не смогла удержать эмоции. Последнее слово она буквально рявкнула, выплескивая в окружающую среду свою ЯКИ. Муу с ухмылкой взирал на нее сверху вниз. В его глазах читалось, что он готов терпеть боль до конца, лишь бы напакостить врагу и уйти с честью.
— Пошла нахуй!
Более одушевленного проговорил осипшим голосом мужчина из-за жестокой хватки на его шее. Роан ощутимо сдавила ему горло, заставляя дергаться от боли. Ее злоба накатывала словно прилив, был способ моментально достать из него всю информацию, но это привело бы к неизбежной смерти Цучикаге.
***
Диверсионный отряд, в котором была Роан, ушел на свое задание, а группа спасения из пятидесяти шиноби, включая Левиафан, двигались к точке сбора. Группы выходили в разное время. Когда пришла пора действовать, вампирша была готова как никогда. Левиафан была самой особенной среди вовсе небольшого количества Теневых Рук. ДС не имели эмоций, чувств, мечтаний, амбиций и привычек. Они копировали своего создателя, были воплощением его воли и являлись абсолютными инструментами. Возможно, было бы хорошо, если Роан использовала их по назначению, как оружие, как инструмент, а не как человеческий ресурс. Наделив тела двух Узумаки сознаниями, она создала двух новых слуг. Слуг, имевших свои чувства и привычки, копирующие Роан. У Лизы было повышенное либидо, как в первую пору Роан, а Вулкан был таким же техно-маньяком, как и создатель, лишь Левиафан не имели никаких черт личности.
В мертвом теле нежити ДС не имел возможности развиваться как личность, лишь играть поставленную роль. Исполнять приказы и быть идеальным оружием. Так думала Левиафан и так предполагала Роан. Но как позже выяснилось, и чаяния были ложными. Вампирша раскрылась в самое ненастное время. Ничего не чувствующая, безэмоциональная, холодная вампирша играла свой Марш Смерти, не переставая сечь врагов своими клинками. В моменты, когда кровь покрывала ее целиком, вампирша испытывала настоящую эйфорию и телом, и разумом.
Война была ей в радость, битвы насмерть, сражения до потери пульсов, картины того, как люди в припадке рубят друг друга, тыкают короткими ножами, пускают кровь и выпускают кишки. Левиафан становилось хорошо на душе от вида этого зверства. Поэтому, когда Левиафан участвовала в боевых операция, она чувствовала себя на своем месте. Жестокая сущность вампира показывала свои клыки.
Когда настал час и была дана команда, группы «спасения» начали форсированную атаку на укрепленный дом, где содержали заложников. В отличии от Роан, что размышляла насчет целесообразности и скрытого замысла данных действий, вампирше было все равно, как только была дана отмашка, она бросилась в яростную атаку. Используя трансформацию, она превратилась в рой летучих мышей и быстро проникла в здание, где обнажив когти, превратившиеся в клинки, начала резать и жестоко убивать всякого врага, что попадался ей на пути. Кровь лилась рекой. Девушка не брезгала вгрызаться в глотки врагов. Иной раз в кровавом безумии Левиафан ступала по трупам, держа в зубах обессиленное тело врага. Страшная картина, сделавшая ее бешенной собакой на цепи белого демона. Все видели, что Левиафан постоянно вьется вокруг Бланш и слушает ее команды. Шиноби сразу же поняли кто является авторитетом для этого чудовища. Несмотря на красивую внешность, за ширмой скрывалась редкостная кровожадная тварь.
Благодаря бешенной атаки Левиафан и ее стремительному сокращению поголовья врагов, остальная часть группы вошла в здание без особых проблем. Другие группы начали отцеплять территорию и подготавливать пути отхода для заложников.
— Благодать-то какая!
Восторженным тонким голосом тихо прошептала вампирша, слизывая с длинных лезвий строящуюся кровь. Видящих эту картину шиноби бросало в дрожь от струящегося ужаса. Заваленный трупами деревянный пол, залитый кровью. И девушка, с покрытая алой жидкостью с ног до головы.
— Она сумасшедшая.
Тихо прошептала куноичи главе отряда. Мужчина, руководящий операцией по зачистке врага недовольно, косился на вампиршу, скрывая страх. Его точеное лицо было хмурым, пряча его беспокойство. Руководителя предупреждали об этой «особенности» беловолосой, ставя в противовес феноменальную силу, выносливость и бесстрашие, граничащее с безумием. Он понимал, что границы там не было. И это было далеко не бесстрашие.
— Продолжайте операцию.
Низким голосом сказал он. Шиноби продолжили исполнять свои обязанности, зачищая периметр от ловушек и взрывных печатей. Но следом их сотрясло от жуткого взрыва. На мгновение белый луч рассек темное ненастное небо, а в следующее мгновение все залило белым сиянием. Свет продолжал слепить порядка десяти секунд, пока не стал стихать. Никто не знал, что это могло быть, лишь руководство понимало, что там происходила жестокая битва, где их главный козырь сражался со всеми стянувшимися силами Ивагакуре. Некоторые подозревали, что здесь мог быть джинчурики.
— Не отвлекаться! Вперед! Выводите наших!
Начальники не переставали отдавать приказы, когда стих свет. Левиафан отвлеклась от кровавого пиршества, вспоминая свое задание. Используя чутье вампира и летучих мышей, как глаза и уши, девушка быстро нашла спрятанный подземный ход к тюрьме, где держали заключенных.
Сообщив о своей находке, девушка взяла с десяток шиноби с собой. Никто особо не сопротивлялся, ибо говорить что-то против куноичи, на чьих руках литры крови и чьи когти превращаются в полуметровые лезвия за долю секунды чревато страшными последствиями. Коноховцы быстро достиг