Командующие переминались с ноги на ногу, люди, поставленные Сарутоби понимали, что сейчас теряют авторитет, но они буквально побывали на подступе к плахе. Роан могла смахнуть их головы, как пыль с плеч. Даже приставленная шпионка Данзо, обученная и выдрессированная, но также дрожала, когда Роан взирала на них с настоящим желанием убивать. Лишь Орочимару держал себя в руках после этого инцидента. Он понимал, что девушка не посмеет напасть или убить его на людях и пока к ней сосредоточено внимание, а это ближайший месяц - не меньше.
— Что здесь проис-с-сходит?
Низкий шипящий голос Змея заставил всех струхнуть и замолкнуть. Его липкое, подавляющее КИ заставляло людей цепенеть от страха. Младший состав практически разбежался из-за инстинктивной опасности. Люди затихли, присутствие змея было подавляющим не только из-за ауры шиноби, но и из-за репутации полученной в ходе работы и бытия учеником Хокаге.
— Орочимару-сама, захваченных шиноби Ивы отравили, ситуация была критической, их внутренние органы отказывали, мы пытались помочь, но появились две беловолосых девушки и вышвырнули нас из тюрьмы.
Появившийся перед змеем ирьенин быстро и четко отчитался о происходящем. Орочимару недолго думая, сверкнув змеиными глазами, широким шагом направился в закрытое помещение. Пройдя сквозь большую толстую деревянную дверь, Змей оказался внутри большой каменной коробки с множеством клеток и прикованных к стенам цепями людей. Большинство из которых просто сидели на полу без чувств.
Среди этой тлетворной обстановки ярко выделялась Роан. Ее черный костюм сливался с темнотой помещения, а белые волосы выделялись на контрасте. Сбоку от него, привалившись к стене, стояла другая беловолосая - Левиафан. Орочимару знал об этой персоне еще меньше, чем об Роан и это его раздражало. Девушка со странными способностями ни с кем не говорила, постоянно ошивалась вокруг Роан или исполняла её приказы. Каждый раз когда Орочимару пытался за ней проследить с помощью своих змей, вампирша исчезала из виду.
— А вы не унимаетесь. Сначала устроили скандал перед своим начальством, а теперь творите черт знает что. Роан-сан, вы ходите по очень тонкому льду.
За закрытой дверью было сложно что-либо услышать, да к тому же снаружи стояли его люди, что воспрепятствовали бы любым желающим подслушать. Змей говорил спокойно, словно недавно произошедшее в шатре было небольшой сложностью, но также он выделял свое вышестоящее положение, что было ясно Роан, как день и ночь.
— Можешь засунуть в свою пасть все свои претензии. Я весьма лояльно отнеслась к вашим игрищам и махинациям. Мне с самого начала было ясно, что с этой «миссией» было что-то не так. Но я молча согласилась на этот заведомый провал, рассчитывая, что на войне люди будут более рационально мыслить и преследовать только одну цель. Ошиблась и была права в своих изначальных суждениях.
— О чем вы? Я не понимаю вас.
Роан раздраженно фыркнула, выпрямляя спину. Она закончила лечение последнего и теперь могла говорить, не отвлекаясь.
— Как говориться, один раз - это случайность. Я допускаю, что сие мерзкое происшествие может быть лишь «случайностью», вот только вы спихиваете ответственность на меня. Что из-за меня погибли все заложники, что я виновата в провале операции. Давайте говорить честно, проблема этого плана в его корне. Отвлечение внимания, ударом с тыла малого количества и следом удар в противоположном направлении большим - банальщина. Был ли запасной план на случай провала? Нет. Были учтены возможности провала? Нет. Орочимару, ты и твои помощники - бездари и посредственности. Ради своих амбиций вы погубили десятки жизней и прощения за это ни тебе, ни другим не найти. Как только эти оклемаются, я вытащу всю информацию из них, а после найду каждого предателя и раздавлю его, как таракана.
Голубые глаза девушки сверкнула яростным Яки. Орочимару ощутил, как в животе завязывается узел, но у него были и свои козыри.
— У вас нет таких полномочий. Проводить допрос должен человек, назначенный на эту работу. А не дилетант, пришедший черт знает откуда.
— Оу!? Вот как ты заговорил. Забавно, забавно.
Роан растянула губы в весьма мерзком, внушительном оскале.
— Не дрейф, Орочи, твоя голова повесит на плечах немногим дольше, чем я того бы хотела. А вот твоих подчиненных, скорее всего, ждет плаха.
— Ты блефуешь.
— Да?
Мужчина и женщина бросали друг на друга пронзительные взгляды, стараясь подавить противников. Многозначительные гляделки продолжались около двух минут, после же этого Роан в весьма небрежно хмыкнула. Повернувшись лицом к языку, девушка схватила того за лицо, сжимая его подбородок в своей ладони.
— Что ты делаешь?
Змей резко зашипел, ощущая странную опасность. Его интуиция чувствовала неприятности весьма тонко и сейчас она кричала в агонии, когда Бланш склонилась над заложником.
— Пф! Вот оно как. Я ожидала чего-то более значительного.
Голос Роан, лучившийся до этого гневом, злобой, раздражением и напускным холодом стал абсолютно спокойным и безмятежным. Низкие ноты в ее голосе слышались более ясно. Змей ощутил, как на его загривке волосы дыбом встают. Бланш, отбросив обмякшего ивовца, широкими шагами пошла в сторону выхода. Перед самой дверью она картинно остановилась. Орочимару был предельно собран и старался не смотреть ей в след, но что-то очень сильно давило на него. Странное чувство страха.
— Если хочешь сохранить свою голову, убей Гитсу, Ширико, Лиаму и Тонто. На будущее, готовя заговор, не посылай идиотов, эти придурки и дуры в открытую контактировали с шиноби Ивы, их лица я прекрасно увидела в его воспоминаниях. Если не сделаешь это сам, они будут хорошими свидетелями.
В груди Орочимару сперло воздух, он не мог не выдохнуть, не вдохнуть. Все внутри замерло. Скрип двери и быстрый семенящий шаг Левиафан говорили сами за себя. Орочимару остался наедине с заключенными и своими мыслями. Пожалуй это был первый раз, когда на краю самого тонкого льда оказался сам будущий санин, а не его «жертвы». Будь обстоятельства немного другими, он бы рассмеялся, или же хотя бы улыбнулся. Но сейчас ему самому грозила плаха, если люди, чьи имена произнесла Роан, останутся в живых и дадут показания.
Змей злобно скрипнул зубами, в его голове крутились разные мысли, но пожалуй самую ясную можно было сформулировать, как «Кто она вообще такая?». Орочимару не удалось получить должны пояснений от Сарутоби, в документах Роан нет вообще ничего, кроме той информации, что она указала. Подключенные источники молчат в бессильных поисках. А влияние этой женщины растет и все больше и больше она становится непосредственной угрозой Орочимару и его сподвижникам.
Глава 119
После не столь далеких событий в лагерь прибыла группа Яманака, чтобы провести допрос «с особым пристрастием». При нем присутствовали все заинтересованные, высокопоставленные лица, включая Роан. Пусть девушка и не обладала официальным чином, игнорировать такую силу было чревато последствиями.
Как оказалось, либо господа Яманака была не в ладах с Орочимару, либо же были весьма честными специалистами. Из голов участников достали весьма интересную информацию с именами и лицам. Да только предатели странным образом испарились, что немного повеселило Бланш. На собравшемся совете царила жутчайшая тишина, но в особенности было неловко за то, что от всей верхушки фронта в сторону Роан лились безосновательные обвинения, что ставили под сомнение, во-первых, лояльность Бланш, во-вторых, компетентность командования. Ситуация сложилась откровенно паршивая, ибо предатели оказались весьма глубинными, подпущенными к секретной информации планирования. Причем, предатели получили информацию гораздо раньше и смогли передать ее противнику за долго, прежде чем началась операция и враг смог подготовиться.
Инцидент было решено замять, Сарутоби, что больше всех поднимали переполох и пытались сбросить с себя ответственность принесли извинения Роан. Вроде бы это должно было снизить градус напряжения, но… Буча, поднявшаяся после «отравления» и провала миссии не могла так легко успокоиться.
— Бля! Я думала, что, наконец, кто-то подергает Змея за яйца, а н-нет, нашлась одна рогатая дура, что позволит скользкому ублюдку ускользнуть еще раз из-под рук закона.
Левиафан расхаживала по шатру вперед-назад. Из-за невиновности Роан ей позволили переехать в отдельную палатку, где она теперь и проживает. Девушка не стала играть на нервах сослуживцев и строить себе замок из дерева. Но деревянным полом все же не отказалась устелить свои хоромы. Темнота их помещения развеивалась лишь одной горящей свечкой, создающей атмосферу мрака и опасности. Впрочем, одного взбешенного вампира была достаточно для таковой атмосферы.
— Да ладно тебе. Орочимару все еще нужен для хода действий. Возможно я его как-нибудь привлеку к работе, голова у Змея рабочая, да жаль спесь на глазах монументальная.
Роан отмахнулась от претензии вампирши сделав пасс рукой. Беловолосые одновременно закатили глаза, бросив друг на друга многозначительные взгляды.
— Вот всегда ты так.
Левиафан всполохнула руками вверх в жесте раздражения.
— Знаю. Иногда это прогарает, а иногда…
— Палит все наши планы. Блять, вот сколько тебе лет. Знаешь, мы и с его «предшественником» собирались работать, да только ничего не выгорело.
— Не говори об этом.
Роан нахмурилась, когда Левиафан заговорила о прошлом мире и ее неудавшейся «жизни».
— Боже, теперь будем горевать о том. Роан, ты соберись наконец. Что для нас главное? Что главное для тебя? Чего ты хочешь от жизни? Исследования, новые знания? Тогда какого хрена мы делаем здесь, на этой проклятой войне?...
Вампирша шумно вздохнула всматриваясь в опущенные глаза Бланш. Ее начальница сидела на футоне, сложив ноги в позе лотоса, меж ее рук крутился стеклянный бокал с вином. Опущенные плечи, усталый взгляд, тяжелое дыхание.
— Может быть тебя просто это все заебало?