Мысль Роан вызвала короткий смешок у вампира. Беловолосая королева прикрыла уста ладонью, бросая под короткий саркастический взгляд на безмятежную мину Роан.
Вулкан – техник, для него фуиндзюцу один из инструментов, а не искусство достойное восхваления. Помнится, он говорил, что будет использовать барьеры фуин до того, пока не сможет создать стабильное энергетическое поле, способное защищать.
Губы Бланш дернулись в усмешке, вспоминая с каким нечеловеческим рвением рыжеволосый молодой человек собирал роботов.
Подойдя к арке, девушки ожидали прихода сопровождающих. Войти на территорию Великого Клана можно было только по приглашению или приказу и всегда в сопровождении либо представителя клана – поручителя, либо одного из дежурных стражей. Роан и Левиафан должен был встречать сам Вулкан. Но возле их никто не ждал, а поблизости не ощущалось его чакры. Пришлось подождать порядка десяти минут, прежде чем Вулкан все же объявился. Не сказать, что данная задержка сильно разозлила Роан и Левиафан, но недовольство вызвало.
— У нас проблемы.
Подоспевший Вулкан обратился к своему непосредственному начальству без приветствий, переходя сразу к делу. Всякое недовольство сразу же исчезло с лиц двух девушек, они были внимательны и готовы слушать. Как-то вся безмятежная атмосфера после победы в Мировой Войне резко исчезла. Казалось, что в воздухе витает преддверие нового конфликта.
Старейшины клана решили, что ребенок Лизы будет отправлен в Узушиогакуре.
Мысленный голос Вулкана был низким, а в постоянно спокойных зеленых глазах сейчас был гнев. Сильный и неумолимый. Под красным кимоно с символикой клана прятались стальные мышцы, пропитанные чакрой, все его тело было готово ринуться в бой по одному маленькому приказу. Роан тоже напряглась, сжав челюсть до скрипа, лишь Левиафан сделала весьма непринужденное выражение лица, сложив руки на груди.
— И в чем проблема? Если его заберут, то он будет сразу окажется в застенках деревни Водоворота, а поскольку будет расти там, то получит картбланш на вход в их библиотеку.
Мысли Левиафан текли сквозь ее словесную речь, вызывая некий дискомфорт в восприятии информации. Роан поморщилась от сдвоенного голоса в голове.
— Я тоже не хочу, чтобы Лизу разлучали с ребенком. Не думаю, что из этого выйдет что-то путное…
Поддержка Бланш в этой теме казалась решающей, да только Левиафан не стала молчать на решение главы.
Черт. Я тебя не понимаю, вот выпала карта, удачная, практически выигрышная. Сарех отправится в Узу, будет расти среди них, получит там образование, а ты против.
Мысленный возглас вампирши заставил поморщиться. Вулкан воспрепятствовал ее решению.
Если ты забыла, то это ребенок. Пока он войдет в пригодный для работы возраст пройдут десятилетия, да к тому же «туда» не пускают кого попало. И не надо говорить про «временную проблему». Мы также не знаем, какие манипуляции будут с ним проделывать. Возможно они возьмут его ДНК, хотя невозможно, а точно. А если им в руки попадет образец Роан? Ты думаешь они не смогут установить родство?
Пылкое высказывание Вулкана было встречено надменным хмыком со стороны вампира. Бланш задумалась, у обоих были весомые причины так думать. Но все же ее кое-что гложило и это отнюдь не родственные чувства, это то, что в ребенке течет ее кровь до возвышения. В каком эквиваленте и как это можно будет распознать на тесте – никто не знал. Также ей самой хотелось провести кое-какие опыты над его биоматериалом.
— Вулкан, передай старейшинам мое требование аудиенции.
Они откажут.
Вампирша самоуверенно бросила взгляд на двух товарищей. Вулкан в несвойственной ему манере ответил плевком вампирше под ноги. Бланш скривилась от такого «радушия» в их общении.
Если будет так, то им придется исчезнуть.
Холодный ответ Роан немного озадачил двух слушателей. Левиафан нахмурилась, не понимая вектора мыслей начальница, а вот Вулкан был шокирован такой категоричностью.
Ты хочешь их убить?
Роан удивленно распахнула глаза, бросая на аловолосого взгляд полный непонимания, ее правая бровь была вздернута, а глаза нахмурены.
О чем ты? Я не собираюсь воевать с Узушио.
Тогда о чем была та речь?
О том, что в ближайшее десятилетие Узу исчезнет с географии мира шиноби. Забыл? Если я раньше хотела им помочь, то сейчас испытываю некоторые сомнения. Возможно нам будет выгоднее под акомпонимент осады пробраться в их закрома.
Узумаки облегченно вздохнул, опустив плечи. Левиафан нисколько не изменилась в выражении лица.
Лично я не против устроить хорошую бойню.
На губах вампирши заиграла весьма пошлая ухмылка.
Вот этого я и боялась. Видимо вампирская натура полностью пробудилась.
Роан недовольно цокнула языком, смотря на покрасневшее лицо мертвенно бледной Левиафан. Еще чуть-чуть и с ее губ потечет слюна.
Успокойся, в ближайшее время начнется Третья Мировая, сможешь вновь наслаждаться кровавой жатвой.
Тяжело вздохнув, Роан развернулась на пятках, делая шаг вперед от ворот Узумаки.
— Вулкан, передай им, что я не потерплю такого отношения к ребенку моей ученицы, ставшей почти что родной дочерью. Если они смеют так вольно распоряжаться человеческими жизнями, то должны иметь большую смелость, дабы противостоять мне.
— Я передам.
Молодой человек склонился в уважительном поклоне, провожая взглядом уходящую девушку. Люди, что краем глаза видели их недолгую беседу удивленно вздергивали брови. Те кто хотел послушать не смогли ничего услышать, а те кто читал по губам не могли составить воедино их диалог.
Роан прошла порядка двухсот метров спокойным шагом, размышляя о сложившейся ситуации. Ей не хотелось отпускать Сареха от себя, все же он был ее сыном, да пусть и не этой ипостаси, не этого тела. Бланш не хотела признавать этого, потому что такие чувства, пусть естественны, но будут мешать. Она стала мягче, человечнее, но если сейчас даст слабину, то весь план пойдет по всем известному маршруту.
Что будешь делать?
В голове появилась мысль Левиафан. Девушка покачала головой. Она не знала, вообще.
Если оставить Сареха здесь, это удовлетворит мои чувства, но тогда мы потеряем доступ к архиву Узумаки. Ты права, что этот ход будет самым выгодным для нас. В будущем. Но что если его используют в качестве экспериментального материала, несмотря на родовитую породу. Я волнуюсь.
Вампирша от таких откровений сконфуженно почесала затылок. Вот ей, как единственному ДС, сохранившему абсолютное беспристрастие ко всем мирским суетам, чувствам и эмоциям было откровенно все равно. Все равно настолько, что ноль не равен нулю так, как ей безразлично на этого ребенка.
— Роан-сама, вас вызывает Хокаге-сама.
Перед девушками приземлился молодой человек в фарфоровой расписной маске и черной странной форме, состоящей из устаревшего на вид доспеха, закрывающего плечи, грудь, боковые стороны ребер.
Блять, еще этот мне что-то решил сказать.
Бланш ничего не ответила, лишь повернулась в сторону башни Хокаге и прыгнула на ближайшую крышу, откуда быстро поспешила в сторону главной канцелярии деревни.
Глава 125
Несмотря на триумфальную победу на всех фронтах и праздник во всей деревне, люди в канцелярии Хокаге все также продолжали усиленно трудиться. Роан бросила короткий взгляд на снующих туда-сюда клерков. Вид у них был хуже, чем и у троекратного ветерана войны Кланов, Первой и Второй мировой. Исхудалые, сгорбленные, бледные.
Окинув всю собравшуюся в приемном зале свору торговцев, горожан и даже представителей мелкой аристократии, Бланш искривила свои губы в надменной усмешке.
— Время идет, а здесь ничего не меняется.
Бюрократический аппарат продолжал функционировать несмотря ни на что. Роан быстро прошмыгнула в коридор, ведущий к лестнице на верхний этаж, где находились покои Хокаге и кабинет.
Роан остановилась на втором этаже, в ее поле зрение попала одна очень знакомая иссиня-черная шевелюра длинных волос, молодой человек ростом сто девяносто три сантиметра с висящим на поясе двустороннезаточенным черным клинком. Кеншин, первый мужчина с которым она стала настолько близка. Бланш ощутила странное чувство тепла внутри, на губах появилась тонкая улыбка.
Так. Стоп. Сейчас есть дела важнее его.
Качнув головой из стороны в сторону, Роан двинулась вверх по лестнице. Остановившаяся позади Левиафан проследила за движением головы и взглядом начальника. Увиденный молодой человек вызвал только презрительный оскал вампира. Левиафан не обладала собственным мнением на счет любовных похождений создателя, но ей было очевидно, что именно эта особь человеческой расы была слишком низка. Не обладала мощной чакрой, сильным телом, долголетием и даже стальным характером. Вампирша задержала взгляд холодных малиновых глаз с вертикальным зрачком на этом парне.
— Левиафан, не задерживай меня.
Приказ обыденно холодного голоса Роан нисколько не поколебал вампира. Мертвое сердце не отзывалось ни холодом, ни беспокойством, вообще ничем. Девушка отвернула голову, переведя взгляд на Роан. Если всматриваться в малиновые глаза, то ты не увидишь ни души, ни радости, ни печали или гнева, даже безумного блеска неутолимого голода. Если всматриваться, то там только пустота. Не манящая, не влекущая, это пустота абсолютного хищника, она вызывает только страх. Даже глаза Орочимару, глаза сумасшедшей змеи выглядят живее и привлекательней.
— Иду-иду. Будто без меня Хокаге не сможет наградить тебя похвалой.
Бланш, повернув к ней голову, одарила подчиненную насмешливым взглядом без злобы, скривив губы в ухмылке.
— Кровавый эмиссар.
— Вообще-то «Кровавый Мессир»!
Бланш скрыла улыбку ладонью, в то время когда вампирша вызывающе оскалила белые клыки. После они довольно быстро направились в сторону кабинета Хокаге. В коридоре, как и прежде, как и в будущем, была тишина. Третий этаж отличался покоем и умиротворенностью.