— Блять, да не крутись ты, сучка драная!
Здоровяк швырнул живой сверток о землю и практически замахнулся ногой, чтобы ударить ее в живот, но его резкую вспышку гнева осадил начальник. Взгляд старшего практически метал молнии, но здоровяк оказался непрошибаемым, он понимал, что нарушал установленные требования, но его злоба была сильнее.
— Эй-эй, поосторожнее с ней! Она нам нужна живой и невредимой!
Схватив главу за грудки, амбал встряхнул его, приблизившись лицом к лицу.
— Да похуй мне на эту пизденку. Не нравится - неси сам!
Вопиющее неподчинение необусловленное ничем. Лишь жалким всплеском эмоций, к сожалению для людей их деревни это была нередкость, а даже константа. Под влиянием своих чувство они творили несусветную жуть против своих же правил, своих норм, не говоря о чужих и тем более чуждых. Размашистый удар кулаком по наглому квадратному лицу здоровяка, отрезвляющая вспышка боли и последовавший за ним вкус крови немного осадил мужика, но только на время.
— Соберись, сукин сын, если нас нагонят - подохнем все, как собаки. Бери девчонки и беги дальше.
Глава группы указал пальцем на вяло ползущий в сторону куда-то полусверток с девочкой, что могла только немного дрыгать ногами из-за того, что была связана по всем конечностям. Амбал гневно бросил взгляд на нее, сплюнул кровавую слюну и подошел, закинув к ней, закинув на плечо.
— Как только вернемся в деревню, я тебе ебало в кровь размозжу.
Угроза и неподчинение начальству на спецоперации высшего уровня сложности незамедлительно каралась смертью, ибо такое поведение могло привести всю команду к краху. Младшие незамедлительно обнажили катаны, видя как ведет себя здоровяк. Они были единодушны в данном порыве, но их остановил глава группы.
— Как только вернемся, ты ответишь сполна. Теперь вперед, продолжаем путь.
Низкий вибрирующий голос главы группы был полон силы. Он прекрасно держал себя в руках и не позволял своим чувствам завладеть здравомыслием, именно поэтому его и назначили главой оперативной группы. Но не успели его подчиненные ответить, как их группу атаковали. Трех младших, следовавших за ними в хвосте, насадили на черные пики, словно мясо на шпажки. Молодые спецы успели издать только низкие стоны, как из их рук выпало оружие, а их души покинули тело.
— Вот сука!
Без видимости противника было ясно кто стал их врагом. Амбал заозирался по сторонам, но его незамедлительно сшиб с ног рой летучих мышей. Мелкие твари покрыли все тело, начав кусать и царапать когтями, высасывая кровь. Сверток с девочкой выпал из его рук сразу же. Начальник группы немедленно ринулся к джинчурики, но не успел, пред ним, молние спустившись с небес, возник белый стан Советницы Хокаге, Небесного Демона. Он отпрыгнул назад, ощетинившись оружием. Мужчина оскалился в ухмылке, скрывая за этим леденящий душу страх.
— А в жизни ты красивее, чем когда тебя рисуют очевидцы…
Бланш смотрела на темнокожего мужчину с тусклой смесью раздражения и презрения, но убивать не торопилась. На ее гладком лице не было ни одной вызывающей гримасы, она спокойна, как змея и от того ужаса, ибо не знаешь, что может выкинуть.
— Ты должен понимать, что посягательство на ребенка клана Узумаки, а также на джинчурики Конохагакуре равно объявлению войны деревням Листа и Водоворота. Не думаю, что у Облака есть такие ресурсы, чтобы воевать на два фронта.
— Ты слишком нас недооцениваешь. Эта война закончится быстро!
— Уверена. Очень быстро, я постараюсь.
Бланш сделала короткий взмах прямой ладонью, выпуская сжатую энергию стихии ветра. В одно мгновение в воздухе образовалось мириада тонких ветряных клинков, что превратили главу спецгруппы шиноби в сплошное кровавое месиво. А души их пожала Роан, дабы на досуге вытащить информацию из них.
Эй. А блондинчик с минуты на минуту будет здесь! Что будем делать?
В голове вампирши звучал крайний интерес, смешанный с азартом. Бланш обернулась из-за плеча, одаривая кровопийцу строгим взглядом.
Меня их любовные игрища не интересуют.
Жестокий ответ Бланш говорил сам за себя, вампирша побрела запечатывать трупы, дабы доставить вещественные доказательства в деревню, а Роан освобождать девочку.
Глава 139
Инцидент с джинчурики вызвал жестокий резонанс в властных структурах деревни, а также в клановом управлении. Инициатором подобного бедлама была сама Роан, после возвращения девочки в деревню, Бланш стремительно двинулась в колыбель беспорядков деревни - канцелярию. Несмотря на то, что была глубокая ночь, она разослала своих клонов ко всем высшим чинам. Хокаге, советники, с которыми, какое счастье, ей доводилось встречаться довольно редко, главные лица управления обеспечения, а также главу Военной Полиции Конохи, коим являлся Вулкан. Полицией заведовал гражданский человек, подчиненный Вулкана. А Военную Полицию Учиха Роан попросту проигнорировала, так как их «важность» в данном вопросе была крайне условна.
Левиафан доставила трупы шиноби Кумо в специализированный морг и побудила всех дознавателей поработать над расшифровкой секретов данных особ, чтобы после эта информация из первых рук попала на столы Хокаге и Советника.
Престарелые, но еще не старые «старейшины», кои до этого времени назывались «советниками», заспанные, раздраженные и весьма условно собранные. Мирная будничная жизнь канцелярских крыс их сильно расслабила из-за чего былой резвости в их движениях, а также методах сбора было не найти. Это никоим образом не было оскорбительным замечанием, ведь даже сам Хирузен оказался не таким расторопным. Бумажная волокита, что грозила только бессонными ночами, да порченной репутацией, но отнюдь не смертельной опасностью, не способствовала развитию навыков ниндзя. Бланш может быть, и сама стала бы такой, если бы не регулярные прыжки в пространстве и проверки ее проектов. Хотя с ней была другая ситуация, сила Роан трансцендентна и не поддается «норме» обычного шиноби.
Единственный, кто среагировал настолько быстро, насколько это было возможно, при всем ее презрении к этой личности, отдать дань уважения не могла. Данзо явился максимально быстро и в крайне собранном состоянии. Это можно было понять по внимательному взгляду черного глаза. Сарутоби же активно моргал, пытаясь нормализовать зрение.
Роан сжато и очень быстро донесла причину данного созыва, чем немедленно ввергла до этого тихую напряженную обстановку в хаос «скулежа», как она это назвала. Казалось бы, что здесь были практически «все свои» и нужно было преступать к планированию первого удара, коим должна была начаться Третья Мировая, ибо ни у кого сомнений не было, что стоит Конохе и Кумо сцепиться, как тут же подключатся все остальные. И даже невольный мирный договор между Песком и Листом может быть аннулирован. Хоть юный Раса не был вспыльчив, никогда не знаешь, что могут на уши надуть старейшины деревни.
Кохару активно повторяла заученную фразу с фальшивой экспрессией: «Как они могли!?», «Ах эти псы позорные!». Митокадо более спокойно вторил: «Как можно», «Нарушение мирного договора», «Плохо, очень плохо». Сарутоби и Шимура в свою очередь спокойно сидели, бросая скрытый взгляды на фигуру Роан. Никто из здесь присутствующих не не сомневался, а не мог оспорить тот факт, что в ее руках сосредоточилось весомая часть власти над военизированными органами, а также подле нее было достаточно сильных подчиненных и лояльных могущественных шиноби. Тот же Белый Клык или же вьющийся подле нее Змей. Мужчины ждали ее реакции.
— Хватит.
Бланш не в силах ждать, пока две старые актрисы отыграют свою роли, хлопнула ладонью по деревянному паркету из положения сидя, чем привлекла всеобщее внимание.
— Отложите свою никудышную актерскую игру на потом…
— Как вы можете!? Что за хамство!?
— Что за грубость. Как может главный советник так себя вести?
Несмотря на мнимую враждебность со стороны мтврейшин, они соблюдали некоторые правила этикета, связанные со обращением к старшим. Возраст и сила Роан перевешивали их авторитет и происхождение, поэтому даже нехотя, но они обязаны были обращаться к ней уважительно. Бланш проигнорировала выпад в свою сторону и эти фальшивые выкрики.
— Мы этого долго ждали, но первый удар был нанесен по больному месту. Принцесса Узумаки и джинчурики Конохи. Двоякая ситуация и весьма нехорошая для нас.
Закончив последнее предложение, Бланш не заметила, как ловко и безукоризненно советник Хомура вклинился в ее повествование, не давая другим рта открыть.
— Извольте меня извинить, госпожа Советник. Ваше суждение ошибочно. Атаковав дочь Узумаки, они наслали гнев великого клана. Узушиогакуре вступит в войну на нашей стороне.
Лаконичные слова мужчины, не лишенные формальной вежливости были смешны по содержанию, но крайне убедительно сказаны, без толики сомнения в голосе. Роан приподняла края губ, воздержавшись от насмешливого взгляда. На их «круглом столе» была большая карта мира с полностью расписанной географией. Острова, заливы, полуострова, страны, деревни, порты и так далее. Бланш незамедлительно ответила, указывая пальцем на Узушиогакуре.
— Митокадо, ваши суждения не просто ошибочны, они крайне наивны. Военной помощи от Водоворота можно не ждать, как и кадровой. Максимум на что стоит рассчитывать - это благосклонность и подачки островитян. Свитки, взрывные печати, но не более и то для «своих». А в финале, если победа будет за нами, они выставят претензию на часть добычи. Если же проиграем, то Узумаки просто отвернутся, сказав, что они непричастны.
Ее вотум недоверия к Узумаки был встречен хладно. Сарутоби молчал, ожидая дальнейших слов своих советников, Кохару также соблюдала тишину, Митокадо решил сыграть с Бланш и битву взглядов, пытаясь перебороть ее уверенность в своих словах собственной стойкостью и выдержкой. Но их поединку было суждено закончиться, только начавшись. Поразмыслив с минутку, третий советник взял слово.
— Госпожа Советник, нет причин не доверять вашим словам, разве что Узушиогакуре наш самый верный и самый надёжный союзник, с которым мы связаны кровью.