Внутри кокона билась Адри, пытаясь стянуть ткань с головы. В прорехи виднелся то ее локоть, то красное, напряженное лицо. Она задыхалась.
Но старая ткань оказалась на удивление крепкой, порвать ее никак не удавалось.
Но я же знаю заклинание «неженка», которое может сделать его тонким, как кисея! Кайрен рассказал мне о нем, когда я пыталась пришить пуговицу к его пальто.
Требуется мягкий, ласковый всплеск магии. Ткань становится тонкая, хлипкая... нужно только это представить.
Но попробуй-ка быть ласковой и мягкой, когда у тебя на глазах задыхается твоя однокурсница, а ее ребра трещат в смертельном захвате.
И все-таки я справилась. Просто отпустила свой страх. Он стал сам по себе, я – сама по себе. Сердце прыгало, но мысли вдруг потекли спокойно и равнодушно. Словно я наблюдала за собой со стороны.
Гобелен на миг слабо засветился, стал полупрозрачным. Адри сильно дернула руками, раздался резкий треск, гобелен сполз на землю двумя грязными тряпками.
Старые тряпки не шевелились. Заклинание рассеялось. Адри вскочила на ноги, отбросила обрывки и кинулась к Ровене.
У той дела обстояли неважно. Полотнище укутало ее с ног до головы, она корчилась, как червяк, но ее движения становились все слабее.
– Сейчас, сейчас! – я провела ладонями над живым свертком, призывая всплеск магии, но Адри оттолкнула меня.
– Некогда возиться! Я сама. Не мешай! – резко бросила она и прочертила рукой в воздухе линию, которая тут же налилась красным.
– Огненное лезвие, – пробормотала она. – Магистр научил меня. Тихо, Ровена, не дергайся!
В ответ на это Ровена задрыгалась еще сильнее. Край гобелена натянулся, плотно облепил тело девушки, последний воздух вышел из легких Ровены со свистом.
Адри смело подвела огненную бритву к тому месту где, судя по очертаниям свертка, у Ровены была шея.
– Осторожнее!
– Не каркай под руку, – бросила Адриана и точным взмахом провела лезвием сверху вниз.
На ткани тут же появилась тлеющая прореха, но ее было недостаточно. Однако Ровена сумела сделать хриплый вдох.
И тут, наконец, я вспомнила главное заклинание, которое и следовало применить с самого начала – заклинание нейтрализации вредоносной магии. Шторм научил нас его простой разновидности, но это уже кое-что.
Я сосредоточилась и попыталась сознанием нащупать магическое плетение, которое оживило гобелен. Когда мысленно коснулась его, мой разум словно оцепенел, мышцы вновь сковало ужасом.
Вот она, магия Хаоса в чистом виде! Сильное, сложное заклинание – и мне с ним ни за что не справится. Все бесполезно!
Но Адри не отступала: на ткани появился второй разрез, она смело сунула в него руки и сильно дернула. Нити разорвались, полотнище обмякло. Адри стянула его и Ровена получила свободу.
Она приподнялась на локтях и тут же бессильно упала. Ей здорово досталось. Лицо покраснело, но губы посинели, их окаймляла белая полоса. Ровена захрипела и прижала руку к боку.
– Девочки… с ней все будет в порядке? – дрожащим голосом вопросила Лиза, которая на протяжении всей схватки с тряпками не отлипала от стены.
– Сюда, магистр, скорее! – зазвенел вдалеке голос Тары.
Помощь задержалась совсем чуть-чуть. Через миг из сумрака вынырнула моя подруга, а следом за ней – магистр Шторм. Его облик в этот миг полностью соответствовал его имени. Он приближался стремительно, как грозовой ураган, суровый, решительный и сердитый, готовый ко всему.
И как же обрадовалась его появлению! И не только потому, что явился взрослый и умный наставник, чтобы нас спасти.
Стыдно признать, но при появлении Кайрена Шторма меня окатило волной жаркого удовольствия. Так случалось всегда, когда он заходил в класс. И сейчас мои щеки вспыхнули, а сердце сладко заныло, хотя время и место для таких чувств было совершенно неподходящее.
Магистр неуловимым движением руки зажег над нашими головами яркий магический светильник. Мы зажмурились и заморгали. Тени отпрыгнули в углы,
Черный коридор вдруг стал бледно-серым и вовсе не жутким, а просто пустынным и пыльным.
Шторм быстро оглядел закуток и моментально составил картину произошедшего.
– Использовали «неженку» и «огненное лезвие»? – спросил он с утвердительной интонацией.
– Да, – выдохнула Адриана, оперевшись рукой о стену. Она казалась измотанной. – Я пыталась развеять заклинание, но оно оказалось слишком сложным. Еле-еле получилось...
А вот у меня не получилось, подумала я с досадой. Хорошо, что Адриана справилась. Иначе неизвестно, чем бы все кончилось для Ровены.
Хмыкнув то ли удовлетворенно, то ли раздраженно, магистр Шторм кивнул, но никак не прокомментировал объяснение Адрианы.
– Не двигайся! – приказал он Ровене. Сел на корточки и провел ладонями по ее бокам, велел глубоко вдохнуть и выдохнуть.
– Здесь больно?
– Немного.
– В кои-то веки ваш корсет стал не помехой, а защитой. Но, возможно, сломано ребро. Нужно показаться доктору. Можешь идти сама?
– Постараюсь.
Магистр встал и помог Ровене подняться. Подобрал один из гобеленов – то, что от него осталось – разодранную, опаленную тряпку. Встряхнул, глянул на свет, бросил обратно.
– На гобелены было наложено заклинание «тенета»? – осмелилась я спросить.
– Да, – отрывисто ответил Шторм, лишь мимолетно мазнув по мне взглядом. Мне показалось, что магистр был не только озадачен, но и сердит до крайности.
– Но кто и когда заколдовал их? – воскликнула Тара.
– Хороший вопрос. Но сначала хотелось бы получить ответ на другой вопрос: что вы здесь делаете в поздний час? Разве не знаете о приказе госпожи директрисы?
Он в упор посмотрел на каждую из нас поочередно.
– Мы просто... гуляли, – пролепетала Лиза. – Ведь коридор – часть Академии. Мы раньше всегда... ходили тут.
– Ясно, – сухо сказал магистр.
И тут стыд затопил меня с головой. Мне даже больно стало от осознания собственной никчемности и глупости.
Беспристрастно рассуждая, вины моей в случившимся было немного. Вылазку в Черный коридор предложила Тара, Лиза согласилась, Адри и Ровена нас поддержали. Кто мог знать, что в Черном коридоре нас ждет смертельная ловушка?
Но я не остановила подруг, хотя могла это сделать. Я обрадовалась приключению. Вела себя легкомысленно и безответственно. Упивалась тем, что нарушаю правила! И вот к чему это привело. Ровена и Адри могли погибнуть – дурацким, нелепым образом!
Даже мелькнула сердитая мысль: это магистр Шторм виноват в том, что мы стали беспечными! Он твердил о важности дисциплины, но поощрял непослушание. Заявил, что «некоторые уставы невозможно не нарушать!»
Я помотала головой. Глаза щипало от стыда. Нельзя никого винить в собственном легкомыслии. У меня есть своя голова на плечах. Иногда стоит ей пользоваться.
Шторм вздернул подбородок и замер, как будто прислушался – изучал магический фон, догадалась я.
– Кажется, других ловушек в коридоре нет. Отведу вас в лазарет, потом будем разбираться, откуда взялись эти гобелены. Больше никто из вас не пострадал? Адриана?
– Я в порядке, – выдохнула Адри, опираясь ладонью о стену. – Мне удалось быстро освободиться. Только голова немного кружится. Я...
Она не договорила. Ее глаза закатились, колени обмякли, и Адриана начала падать. Шторм едва успел подхватить ее.
Он поднял ее на руки. Золотоволосая голова Адрианы уткнулась в его плечо.
– Что с ней? – ахнула Лиза.
– Надеюсь, лишь магическое перенапряжение, – ответил магистр озабоченно и понес Адриану к выходу.
Мы с Тарой взяли Ровену под руки, чтобы помочь дойти, но она нас оттолкнула и уверенно зашагала сама, лишь изредка морщась от боли в боках.
Главный коридор второго этажа был темен и пуст, поскольку давно наступило время отбоя. После приключения в Черном коридоре даже привычная обстановка Академи и казалась мрачной и неприветливой. Безопасный мир вдруг изменился и стал враждебным. Мы торопливо шли за магистром, испуганно вглядывались в тени и вздрагивали от колыхания штор на окнах.
Адри глухо, тяжко вздохнула. Подняла бледное лицо и что-то прошептала магистру на ухо – наверное, попросила опустить ее на ноги и дать идти самой, но Шторм покачал головой. Он нес рослую девицу без усилий, как будто она ничего не весила, его шаг оставался ровным и твердым. Адри смирилась – ее узкая бледная ладонь взметнулась и легла Шторму на плечо.
В моей груди на миг вспыхнул злой жар.
Но на что мне злиться? Я должна беспокоиться о самочувствии подруги. Должна думать о последствиях нашей выходки, а не угрюмо размышлять о том, как романтично выглядит этот черноволосый широкоплечий мужчина, который несет на руках красивую девицу, попавшую в беду. Стыдно допускать такие чувства и мысли, Эмма Элидор, ох как стыдно и недостойно!..
К счастью, несмотря на поздний час, доктор Вальтер Прим еще не покинул лазарет. Выслушав короткое объяснение Шторма, он уложил Адри на кушетку и дал ей укрепляющее, потом отвел Ровену за ширму для осмотра.
– Приведите директрису, – велел нам Шторм, и мы неохотно, но быстро, кинулись исполнять его приказ.
Неприятную задачу – сообщить госпоже Лисандре о случившемся – я взяла на себя, поскольку пользовалась расположением директрисы и до этого дня имела репутацию образцовой воспитанницы. Хоть и невелик был наш проступок, но мы нарушили запрет – отправились тайком в Черный коридор.
– Это была моя идея, госпожа Лисандра, – решительно сказала я. – Я убедила подруг так поступить и готова нести наказание.
Тара вспыхнула и открыла рот, чтобы возразить, но я ответила ей строгим взглядом – «не вмешивайся»! Мне нарушение сойдет с рук, а ей – вряд ли, за Тарой и так числится много шалостей.
Госпожа Лисандра глубоко вздохнула. Стремительно поднялась, с хлопком закрыв журнал, который заполняла до нашего появления.
– Оценивать ваш проступок будем позже, – сказала она неожиданно безжизненным голосом. – Сейчас важно установить, насколько серьезно пострадали девушки и нет ли в Черном коридоре других старых опасных артефактов. Ждите меня здесь. Ни с кем не разговаривайте, пока я не вернусь.