Тут директриса заметила, что я подслушиваю, и приказала мне принести какао для ее величества.
Я отошла на дрожащих ногах. Горестно огляделась: уютная гостиная, где мы проводили столько веселых часов с подругами, превратилась в нашу тюрьму.
Все беседовали испуганным полушепотом. За окнами стояла непроглядная тьма – сполохи драконьего пламени отсюда не были видны и отзвуки битвы не доносились, но тишина снаружи казалась зловещей. Огонь не горел в камине, по телу от холода бежали мурашки.
Охранять нас оставили лишь одного солдата, и он вскоре вышел, заскучав – решил, что перепуганные девчонки и дамы все равно ничего не смогут сделать для своего освобождения.
И он был прав. В Академии теперь хозяйничали враги, расхаживали по коридорам, ждали вестей. Все боевые навыки, которым успел научить нас магистр Шторм, пригодиться нам не могли.
Меня потряхивало от напряжения. Я чувствовала себя туго заведенной пружиной – мне требовалось действовать, бороться, искать выход! Но сделать я ничего не могла.
У буфета хлопотали девушки. Я подошла к ним и кратко рассказала, что узнала. Мои подруги понурились. Хелена философски рассудила:
– Ну, что теперь горевать, коли сделать мы ничего не можем! Хоть какао у нас есть, а еще я припрятала вон на той полке пачку печенья. Гуляем, девушки!
Она бодро налила в кастрюльку воды из кувшина, добавила порошка и поставила кастрюльку на переносную горелку. Но спичек не нашла. Подумав, щелкнула пальцами и запалила огонек заклинанием Фонс Игнис.
Фитиль мигом занялся, а моей голове мелькнула некая любопытная мысль – и тут же пропала.
Скоро какао было готово. К счастью, чашек хватило на всех. Я обежала гостиную взглядом, чтобы отнести чашку Адриане, но нашла подругу не сразу – она пряталась в дальнем углу за шторой, где стоял маленький столик.
Когда я подошла, Адри вздрогнула и поспешила накрыть ладонями мятый лист бумаги. Рядом на столе валялось ее ожерелье. Что-то показалось в нем странным, и приглядевшись, я поняла, что свет лампы отражался лишь в нескольких амулетах-камнях, в то время как другие потускнели и будто покрылись сажей.
– Что тебе нужно? – резко спросила Адри, сверкнув на меня глазами. Она ужасно побледнела, на ее лбу выступила испарина.
Ее поведение вызывало удивление. Она перепугана до смерти. Мы все дрожим от страха. Но почему Адри боится меня?
– Принесла тебе какао. Вот, выпей. Что ты читаешь? – я протянула руку к листку, но Адриана резко выдернула его, опрокинув чашку; коричневая лужа расплылась по столу и протекла ручейком на пышную юбку подруги. Адри вскочила и начала отряхиваться, а я схватила ее ожерелье и поднесла к глазам.
...И обнаружила на цепочке не только зачарованные камни, но и крошечные флаконы, каждый с наперсток, в каких дамы носят нюхательные соли или духи.
Флаконы были пустыми, лишь к стенкам одного пристали крупинки белого порошка. Пока Адриана с проклятиями возилась с юбкой, я отвинтила крышечку и вытряхнула крупинки на руку. Что это такое? Зачем Адриана носила его с собой?
Поднесла ладонь к лицу и уловила приторный аромат, но Адри ударила меня по запястью.
– Не смей! Это опасно! Если проглотишь, то...
Она осеклась.
Я подняла на нее глаза, и настал мой черед пугаться. Тело Адрианы сотрясала мелкая дрожь, она сильно прикусила нижнюю губу и выглядела растерянной. У меня перехватило дыхание от ужасной догадки, которую я не могла даже мысленно выразить словами.
– Адриана. Что происходит? Что ты натворила?
Она молчала, лишь упрямо качала головой, отрицая невысказанное обвинение.
– Ты что-то знаешь о возрождении драконов? Ты как-то с этим связана?
Глаза Адрианы избегали встретиться с моими.
– Твой порошок пахнет ванилью. Это… то самое средство для развоплощения крыс? Которое кто-то подмешал в микстуру, которую выпила Хелена и чуть не растаяла?
Адри прерывисто вздохнула, а я воскликнула, уже уверенная в своем выводе:
– Все это твоих рук дело! Ты отравила микстуру и подсунула ее Хелене. Ты и гобелены оживила, да? Пробудила вплетенные в них чары, сыграла на упрямстве Ровены и отправила ее в ловушку. И не ты ли украла то вещество из кабинета Ветивер и добавила его в духи девушек, чтобы взбесились вороны?
Я торопливо отвинтила крышечку со второго флакона, где на дне скопился темный осадок. И тут же скривилась от горького аромата полыни.
– Призрачная полынь из кабинета Ветивер? Значит, все же ты. Все амулеты, флаконы... – я потрясла зажатым в руке ожерельем, – ты собирала вовсе не для того, чтобы обезопасить себя. Ты носила их с собой, чтобы использовать их против нас, своих подруг! Но зачем, Адри? Почему? Неужели ты так нас ненавидишь?
– Тихо, не ори! – Адри очнулась и зажала мне рот ладонью. Другой рукой она придержала мой затылок, так что вырваться я не могла, лишь мотала головой и мычала. – Я не хотела никому причинить серьезного вреда, Элидор! – зашептала она быстро. – Поступала лишь так, как другие поступали со мной. Убирала недругов, добивалась, чтобы в Академию пришли нужные мне люди, те, кто будет на моей стороне, поможет мне в будущем!
Я подняла руки, давая понять, что не буду поднимать шум и готова слушать.
Адри отпустила меня, и силы тут же оставили ее, а выдержка подвела. Она рухнула на стул и закрыла лицо ладонями.
– Никто не пострадал, кроме тех, кто этого заслуживал, – выдавила она. – Но теперь я об этом сожалею, Эмма. Очень сожалею! Я не знала, что такое произойдет. Что Фризента... – она судорожно сглотнула и замолчала.
– Фризента? Погоди... – я села рядом с ней и похлопала ее по плечу. – Давай-ка с самого начала. Чего ты хотела добиться? Отвечай! Я хочу тебе помочь. И нам всем!
Я говорила властно, чувствуя, что Адри находится на грани истерики, и ей нужен человек, кто заставит ее выложить все, что тяготит ее сердце. Она превратилась в испуганное, растерянное существо. Адри поддалась Хаосу – тому, что всегда жил в ее душе, а теперь взял над ней верх.
– Я хотела, чтобы он оберегал меня. Чтобы он чаще был рядом. Чтобы увидел, на что я способна, – едва слышно, монотонно призналась Адри.
– Кто – он? – спросила я, но тут же догадалась. – Магистр Кайрен Шторм?! Ты изображала покушения на свою особу, чтобы привлечь его внимание, так?!
Адри отвернулась к окну, кусая губы. На ее щеках выступил румянец.
Ну конечно! Ведь это было принципом Адрианы – выделяться всеми средствами. Быть примой на своем спектакле!
– Ты что... влюбилась в него?
– Да! – с вызовом бросила Адри. – Я влюбилась в Кайрена Шторма и не стыжусь этого. Я проделала все это... из-за любви к нему. Если бы он решил, что мне угрожает настоящая опасность, он захотел бы меня защитить. Мужчинам нравится быть рыцарями! Я вынудила его думать, что на меня покушаются. Чтобы он проводил со мной больше времени, давал мне дополнительные уроки!
– Ужасные методы ты для этого избрала! А магистр Шторм... знает о твоих чувствах?
– Да, – горько бросила Адриана. – Я пригласила его на свидание в Черный коридор. Он пришел... я открыла ему сердце. Дала понять, что я к нему чувствую. Намекала, что ему следует держаться меня! Когда я заняла бы трон, я приблизила и возвысила бы его.
– А попутно ты добилась того, чтобы на место Лоремара назначили твоего семейного доктора. Убрала из Академии неугодного тебе эконома. От Ровены ты избавилась, потому что видела в ней соперницу. А вороны?.. Кому ты хотела навредить? Таре?!
– Конечно, – язвительно подтвердила Адри. – Нечего ей было тайком встречаться с Ингваром. Ты знала, что твоя подруженька запустила в него когти? Ингвар наивный и глупый, как все мужчины. Но я-то сразу разгадала ее игру и решила хорошенько ее проучить.
– Кошмар, – выдавила я.
– Но я никому не желала смерти! Мне хотелось понять, на что я способна. Мне нравилось использовать темные заклинания, чтобы держать всех в своей власти. Это полезный опыт, он пригодится, когда я буду иметь дело с настоящими недругами при дворе. Ты должна меня понять, Эмма. Ты тоже умная и честолюбивая.
Я только головой покачала. Не знаю, что потрясло меня больше: коварство Адрианы, или же тот факт, что она вела себя как глупая, ревнивая девчонка, и не считалась ни с кем, чтобы получить свое!
– Хорошо, – произнесла я сквозь зубы. – Твои мотивы мне понятны. Но при чем тут Фризента? Неужели ты и драконов подняла, чтобы завладеть вниманием Кайрена Шторма? Как-то не верится, что именно тебе это удалось.
– Зря не веришь, Эмма. Потому что так оно и есть. Фризенту пробудила я.
Когда Адриана сделала это ошеломительное признание, в ее голосе мелькнула нотка гордости.
– Кайрен отверг меня. Он был мягок, но дал понять, что я не интересую его как девушка, и что он не предаст своего ученика – Ингвара. Обратил все в шутку, дал мне сохранить лицо. Он очень благороден. Но я не отступилась – не в моих это правилах. Мне нужен такой человек, как Кайрен, подле меня. Решительный, уверенный, хитрый! Он стал бы мне хорошим союзником. Ингвар слабак и нюня, а Кайрен... настоящий мужчина.
Теперь щеки Адри пылали, а глаза горели вдохновением. Мне же стало дурно – я как будто пережила землетрясение.
Сделав усилие, я сочувственно кивнула. Пусть Адри говорит, мне нужно выведать у нее все!
– Я знала, что Кайрен интересуется драконьей магией и ходит в подземелья Арсенала, чтобы изучать древних железных болванов. От меня в Академии ничего не укроется: я исследовала все тайные проходы и коридоры, подружилась со слугами и платила им, чтобы они рассказывали обо всем, что происходит в замке.
Я насторожилась. Нет, не все Адриана знала: пока она ничем не показала, что ей известно, какие отношения связывали нас с Кайреном, и не считала меня соперницей.
– Я решила сыграть на его интересе к драконам. Тоже взялась изучать их магию. Ходила в Арсенал – иногда с разрешения Одиуса, иногда тайком. Выбиралась в магазин Фолиуса и уговорила его пустить меня в зал с драконьими манускриптами. Родители присылают мне немало на карманные расходы… деньги пригодились. Я платила Фолиусу и другим людям… которые добывали для меня разные запретные амулеты. Среди них – осколок сердца Ургорда, короля драконов!