– Дед прав, если учесть наличие топчанов, то в подвале будут какое-то время содержать людей. Можно предположить, что рабов, но к чему такая чистота?
– Почти горячо, Борис. Думайте, ребятки, думайте.
– А если девушек? – неуверенно сказала Ольга.
– Умница. На эту мысль меня вчера натолкнули наши дамочки. Я связался с Громовым и попросил собрать всю информацию о торговле секс-рабынями. И теперь, благодаря эксперту почти уверен, что следы ведут в соседнюю область. Гриша, ты похвали его, он нам дал очень серьезную зацепку. И еще, ребятки, надо бы нам как-то через этого Дроздова успокоить преступников, донести до них информацию о том, что Алешка ничего не видел и не знает. Тогда они активизируются, а мы сможем размотать этот клубок. Какие предложения?
– Он должен случайно услышать об этом от кого-то из авторитетных людей, – сказал Забелин. – Лучше всего от Комарова. Бориса там хорошо знают, он часто в управлении появляется.
– Согласен. Где и как это произойдет?
– Андрей Петрович, – заторопился Головкин, – каждый день в 9 утра участковые собираются на совещание, обычно оно длится минут тридцать, потом выходят все на улицу, покурят, поговорят и расходятся. В этот момент и надо появиться Борису Николаевичу. Я у него спрошу о состоянии здоровья Алексея, о ходе следствия и так далее.
– Тебе нельзя, Григорий, все знают, что ты занимаешься этим делом, – возразил Комаров. – Такой вопрос должен задать участковый.
– Давайте привлечем Парамонова, – предложил Максим. Парень толковый, помните, как он нам помог во время освобождения Лизы. Многим известно, что у Игоря дружеские отношения с Дубининым, так что его заинтересованность вполне закономерна.
– Годится, – одобрил генерал. – Теперь главное, как объяснить, что делал Алешка в павильоне.
– Андрей Петрович, ну что может делать мужик, заскочив в разрушенное строение, – улыбнулся в усы Степан Иванович.
Первой прыснула Ольга Шепель, за ней рассмеялись остальные.
– Ну, дед, ты не перестаешь меня удивлять, – произнес Веселов. – Самое простое объяснение, часто самое убедительное. Борис и Григорий встречаются с Парамоновым и ставят ему задачу. Головкин, не забудь о бомжах. Как только получу информацию от Громова, снова соберемся, а пока все свободны. Забелин, задержись.
– Максим, ты близкий друг Алешки и должен знать, он думает дальше учиться?
– В принципе, намерен, но считает, что еще молодой, успеет. Хотя, вы правы, пора ему поступать на юрфак. Я с ним, конечно, поговорю, но вы тоже надавите. Может, после больницы отправим его в Ракитовку, на деревенских харчах и свежем воздухе быстрее поправится. Варя с ним позанимается, она строгая, у нее не откосишь от учебы. Знаете, как она Федора заставляла, особенно на первом курсе. Он, конечно, на работе уставал, но Варя поставила ультиматум: или вечером занимаешься, или спим в разных комнатах.
– Круто. Тогда отправим нашего раненого под надзор строгой учительницы. Так мы и порешим. Как Алиса себя чувствует?
– Хорошо. Васенька о ней заботится, сама пол в кухне подметает, посуду старается мыть, правда, пальчики у нас немножко неловкие и мы чашечки иногда разбиваем, но это не беда. Доченька братика ждет с большим нетерпением. Попросила маму научить ее колыбельным песенкам, собирается их петь малышу. Ее дедушка с бабушкой скоро возвращаются из-за границы, просят разрешения дом построить на нашем участке.
– А ты что?
– Я только рад, они в моих девочках души не чают, а участок у нас большой, всем места хватит. Теперь у меня настоящая семья, я так рад.
– Ты заслужил это счастье, Максим. И я никогда не забуду, как ты меня спас от пули предателя.
– Ой, не надо об этом, Андрей Петрович, можно, я пойду.
– Иди. А я, пожалуй, поинтересуюсь, чем мое семейство занимается, – пробормотал генерал. – Алло, Анечка, вы где?
– Дома, недавно вернулись из парка, и наша морда тут же вознамерилась продемонстрировать свой наряд спецназу. Я надела на нее комбинезончик, а Геля решила нацепить ей еще темные очки. У Крыськи головка маленькая, они с нее сползают. Так подруга завязала их на затылке веревочкой, а сверху прикрыла кепи. Девушка сначала покрутилась перед трюмо, потом выскочила на крыльцо. Примчался спецназ, с ним захезанная собачонка. Крыська перед ними походила взад вперед, потом позвала Арни и принялась тявкать, про Париж рассказывать. Когда делала небольшую паузу, кот мяукал, наверное, все подтверждал. Один раз забыл, Крыська так на него фыркнула, что Арни сразу исправился. Андрей, это надо было видеть. Я ее снимала, а у самой руки тряслись от смеха. Но это еще не все. Когда рассказ закончился, а спецназ убежал, наша мордуленция без разрешения пригласила в дом захезаную собачонку, подвела к ванной комнате и затявкала. Мол, давайте, мойте ее.
– А вы что?
– Подчинились. Помыли, вытерли, расчесали. Потом Крыська повела собачку к себе наверх, чтобы показать диванчик, креслица, свои фотографии на стене, персональный телевизор. Той, по-моему, все понравилось, они очень оживленно беседовали. И под занавес, Крыська решила гостью угостить. Вошла с ней в кухню и указала нам на мисочки. Пришлось кормить. Ну, что с этой командиршей делать, Андрей? Она ведь завтра в дом всю свору приведет, ты бы поругал ее, объяснил, что нельзя так своевольничать.
– Ань, ты же знаешь, я не смогу. Как только взгляну на эту морду, сразу улыбаюсь. И потом, у Крыськи много друзей, а подружки нет, вот она и решила ее завести, в дом привела, с вами познакомила.
– Ты думаешь?
– Уверен. Ничего страшного, собачка умная, в двух наших операциях участвовала.[10] Вспомни, когда она гильзу от пистолета «Макарова» нашла, то сидела возле нее до тех пор, пока эксперты не увидели. И на проводы нашей барышни прибежала с одуванчиком в зубах. Значит, уважает ее, может, тоже хочет подружиться.
– Возможно, ты прав. Ладно, будем придумывать ей имя, нельзя же собачку называть захезаной, тем более, что она очень симпатичная.
– Вот и хорошр. Анечка…
– Не мурлычь, Андрей, не смущай меня, а то все умные мысли исчезают и остаются только грешные.
– Тогда ты их сохрани до моего возвращения домой. Ань, ты знаешь…
– Знаю, я тоже тебя люблю. Все, работай, а то Крыська подслушивает и скалится.
– Ну, что у меня за жена, все знает, ничем ее не удивишь, – улыбнувшись, пробормотал Веселов. – А вот и Громов звонит. Слушаю тебя, Саша.
– Андрей Петрович, я просмотрел все сводки по вашему вопросу и мне кажется, что вас может заинтересовать следующее. В соседней с вами области сотрудники полиции взяли в разработку модельное агентство «Оазис», которое предлагало красивым девушкам работу за границей, а на самом деле отправляло их в зарубежные бордели. Схема следующая: объявление в интернете на сайте «Работа», кастинг, липовый контракт. Потом отъезд и все. Агентство накрыли месяц назад, задержали только исполнителей, организаторы скрылись, возможно, их предупредили. Я полагаю, что они не захотели терять такой выгодный бизнес и переориентировались на курортный регион.
– Что известно о преступниках, Саша?
– Почти ничего. Сотрудников агентства, а их всего несколько человек, тоже наняли по объявлению. Они знали только директора, который успел сбежать, и были уверены в легальности их работы. Прежде чем к ней приступить, прошли даже обучение на недельных курсах. В общем, обставлено все было очень солидно. Фамилия и имя отчество начальника было вымышленное, на самом деле, это наш клиент. Брачный аферист, отсидел свой срок, год назад вышел на свободу. Внешность приятная, импозантная, умеет внушать доверие, хитрый и осторожный. Но придумать и провернуть такое дело никак не мог, не его это профиль, да и денег у него больших не было. Полагаю, его тоже наняли, только, кто? Сейчас идет следствие, так что многие вопросы еще выясняются. Да, агентство располагалось в бизнес-центре. Там разных офисов и людей полно, снуют взад-вперед, попробуй за всеми уследить.
– Саша, как вышли на этот «Оазис»?
– В общем, случайно. Один опер приехал из Москвы навестить семью сына и зашел за ним в бизнес-центр, где тот работал. Ну и увидел брачного афериста, которого сам задерживал несколько лет назад. Вначале не насторожился, в конце концов человек свое отсидел, но когда того окликнули и назвали другим именем, у него возникли подозрения. Проследил за фигурантом, узнал, что он возглавляет модельное агентство и не поверил, что все чисто. Поделился своими соображениями в управлении полиции, а там уже была информация о том, что в городе существует фирма, которая занимается продажей девушек в бордели. Но все это на уровне слухов и предположений. По наводке московского коллеги взяли в разработку этот «Оазис», ну а дальше дело техники. Снимок брачного афериста я сбросил Забелину на компьютер. Его настоящая фамилия Андросов Виталий Сергеевич.
– Саша, спасибо, если появится что-то новенькое, сразу же сообщай. Передавай привет Маше и Глаше. Ты когда собираешься отправлять своих девочек в Тригорск?
– Еще не знаю, Андрей Петрович, но одних не отпущу.
– Жену ревнуешь?
– Есть немножко.
– Так она здесь будет под нашим и родительским присмотром.
– А старые друзья-приятели? Да и вообще, мне одному без Машуньки плохо. Все время думаю, где она, как, не случилось ли чего.
– Я тебя понимаю, – засмеялся Веселов. – Ну, будь здоров, до связи.
– Разрешите, товарищ генерал, – вошел в кабинет Забелин. – Громов прислал снимок. Вы знаете, кто это?
– Да, приглашай всех ко мне, Саша звонил, он много чего нарыл.
Поделившись с оперативниками полученной информацией, Веселов вздохнул, – одного фигуранта мы знаем, только, как и где его искать? Если этот Андросов в Тригорске, то в гостинице жить поостережется, снимет комнату или угол у какой-нибудь старушки и все. Если бы не Дроздов, снимок участковым бы показали для проверки квартирантов, и все. Сомов, пробей этого афериста по нашей базе. Узнай его привычки, склонности, манеру поведения. Уточни, где он сидел, свяжись с начальником исправительной колонии и выясни, с кем там Андросов контактировал, поддерживал дружеские отношения, ведь кто-то на него вышел и привлек к участию в преступлении. До отсидки наш фигурант действовал в одиночку, брачный аферист в компании не нуждается. Хотелось бы еще понять, как они вышли на подвал в павильоне.