Однако по тем временам это была вполне серьезная работа. Да и песня для экранизации была выбрана очень правильно — она сразу же стала визитной карточкой «Алисы», вошедшей даже в анекдоты. И когда Борису Гребенщикову или Виктору Цою хотелось пройтись по поводу Кинчева — они вспоминали именно эту строчку — «Мы вместе».
Константин Кинчев: Песня «Мы вместе» написалась мной в Москве, в Теплом Стане… Знаешь, есть такое состояние, когда тебя песня вдруг поглощает целиком, ты ни о чем другом думать не можешь, и только таким образом они и появляются на свет. И это может происходить за несколько минут, а может несколько лет. Это состояние тебя накрывает, продолжается, тревожит, ты что-то пишешь, потом — раз — тебя отпускает, и опять какое-то время ты вне этой песни, а потом она тебя опять накрывает.
Второе хождение музыкантов на телевидение состоялось на том же Ленинградском телевидении, во время съемок передачи «Музыкальный ринг». Результат был тот же — эфир не состоялся.
Константин Кинчев: Потому что тоже испугались, что это фашизм. Там была смешная история.
Мне говорили:
— Может, не надо так эмоционально двумя руками на «Мы вместе» махать?
— Хорошо. А одной можно?
— Ну, одной — можно.
Я одной махал — так вообще просто как фашистское приветствие начало смотреться. Ну, естественно, его стерли. Но опять же одна какая-то камера была сохранена. Соответственно, по Интернету есть эти материалы.
…
К весне 1985-го у «Алисы» накопилось достаточно материала для записи диска. Знакомство, послужившее толчком к записи, тоже не заставило себя долго ждать. После Третьего фестиваля Ленинградского рок-клуба один гуру свел Кинчева с другим.
Константин Кинчев: На каком-то из очередных концертов в Рок-клубе Борис Борисович Гребенщиков подошел ко мне и говорит:
— Хочешь я тебя познакомлю с Тропилло?
Он подвел меня к Тропилло и сказал:
— Вот, Андрей Владимирович. Надо уже как бы писать человека.
И соответственно, Тропилло согласился записать нас в череде тех коллективов, которые он планировалписать тем летом. Писал он одновременно «Телевизор», «Кино», «Аквариум» и «Алису».
В принципе альбом «Энергия» — это целиком его заслуга, что он вообще вышел. Потому что играть-то никто толком не умел. Например, на записи выяснилось, что Задерий вообще не умеет играть на бас-гитаре, и все партии за него пришлось играть Пете Самойлову, который вообще-то был приглашен на альбом как гитарист.
Андрей Тропилло: Есть такая песня у Константина Кинчева, «Ко мне». До этого он никогда ее не пел, а тут пришел в студию и в каком-то упрощенном виде ее исполнил. Причем он спел ее так, что у меня волосы дыбом встали. Потом семь месяцев мы писали «Ко мне», переписывали именно подачу голоса, интонации. Можно сказать, что получилось, но получилось процентов на семьдесят от того, что было изначально.
Благодаря Андрею Тропилло в записи альбома приняли участие очень многие питерские музыканты. Однажды он пригласил в студию Михаила Чернова, будущего духовика «ДДТ», который к тому времени работал преимущественно с джазовыми оркестрами и роком особенно не интересовался. Разве что участвовал в курехинских «Поп-механиках» и помог записать первому составу «Алисы» альбом «Кривозеркалье». Дядя Миша прописал несколько партий саксофона, а его соло в композиции «Волна» стало приятным сюрпризом и для самого Кинчева, который услышал его лишь по окончании работы над альбомом.
Почти все басовые партии, как и гитарные, на альбоме «Энергия» сыграл Петр Самойлов. Кстати, именно с ним у Кинчева сложились в группе самые теплые отношения. Возможно, оттого, что оба они были в коллективе новичками.
Константин Кинчев: Задерий познакомил меня с Самойловым, и, соответственно, мы подружились, и я уже жил исключительно у Пети. Причем я у него жил очень долго. Жена Петина до сих пор простить не может, потому что я еще продолжал в течение месяца, наверное, жить после их свадьбы в одной комнате с молодоженами. Я понимал, что поступаю как свинья. Просто мне не хотелось оттуда уезжать. Каждый вечер я думал: «Все! Завтра съеду!» Но так длились недели. Бедная Настя!..
…
Попав в тропилловскую студию, новичок получал не только магнитофон и лучшего в стране звукорежиссера, но и первоклассных музыкантов — если в этом была надобность. А у «Алисы» надобность была — Кинчев остался практически без состава. В роли сессионных музыкантов у Тропилло обычно выступали члены «Аквариума» — они помогали в записи и «Кино», и «Зоопарку», и многим другим, когда это было нужно. На альбоме «Энергия» играют виолончелист «Аквариума» Всеволод Гаккель и скрипач Александр Куссуль — он погибнет через год, в августе 1986-го, — а партию флейты исполнил сам Тропилло.
Напомним, что студия Андрея Тропилло официально числилась кружком звукозаписи в Доме самодеятельного творчества. Естественно, на записи присутствовали его ученики-старшеклассники. Один из них, Алексей Вишня, к этому времени уже создал свою домашнюю студию и работал самостоятельно, а музыканты «Алисы» забегали к нему в гости после записи. Другой семнадцатилетний школьник дневал и ночевал возле тропилловских магнитофонов. У него была своя группа «Scrap», которая очень скоро возьмет название «Ноль». А ее лидер оставит гитару и возьмется за баян.
Константин Кинчев: Федя Чистяков был лучшим и любимым учеником Тропилло. Тогда он тоже писал там свой альбом. Юный мальчик приходил все время смотреть, как проходит процесс. Вишня и Чистяков у него были лучшие, любимые ученики. Федя уже тогда был мультиинструменталист и вообще хороший музыкант. И уже через некоторое время Тропилло начал предлагать ему с баяном работать и все такое…
В аранжировках «Алисы», правда, баян был не нужен, а то бы и Чистякова к делу привлекли. Тропилло любил задействовать тех, кто подвернется под руку. Например, в конце трека «Экспериментатор» Тропилло прописал хор из своих подопечных. Среди прочих у микрофона оказался и Михаил Борзыкин из группы «Телевизор», с которым Кинчев на этой записи и познакомился.
Константин Кинчев: Мы сменяли друг друга в студии, а потом сообща выполняли какие-то физические работы в этом Дворце пионеров. Тропилло нещадно эксплуатировал в своих целях музыкантов. Мы постоянно переносили токарные станки куда-то с одного места на другое, еще что-то делали, расчищали какие-то помещения. Это была трудовая повинность, и в этой трудовой повинности участвовали все начинающие коллективы. Понятно, что он не эксплуатировал Гребенщикова, а нас, как молодых и зеленых, он эксплуатировал по полной программе. Но в основном это касалось «Телевизора» и «Алисы», потому что, например, «Кино» — это была уже заслуженная группа. Они ведь тогда уже выпустили у Тропилло «Начальника Камчатки».
…
К концу записи «Энергии» отношения в группе окончательно разладились. Перед одним из концертов группу покинул Святослав Задерий. Выступление удалось спасти чудом.
Константин Кинчев: Задерий ушел из гримерки и пропал прямо перед нашим выходом на сцену. После чего мы и расстались окончательно. Я попросил помочь нам Игоря Тихомирова, который тогда только-только пришел в «Кино» и играл, по-моему, тоже первый концерт с группой. Мы быстро «гармошку» освоили, и он сыграл.
Через некоторое время группу покинул клавишник Кондратенко. В результате всех передряг к моменту окончания записи группа была ополовинена, и с подачи Тропилло в начале 1986 года альбом ушел в народ под шапкой «Доктор Кинчев сотоварищи».
Константин Кинчев: Существовали несколько людей, которые занимались распространением музыкальной продукции. Это был такой Саша Агеев в Москве и человек по имени Андрей Лукинов, который сейчас занимается роком в Продюсерском центре Игоря Матвиенко. Тропилло дал мне телефон, я приехал к Лукинову и привез ему фонограмму. По-моему, в тот раз Лукинов заплатил мне двести рублей. Или как-то так. Акулы шоу-бизнеса. Потом, впоследствии, я все альбомы так Лукинову и отвозил.
…
В 1986 году стараниями Тропилло фирма «Мелодия» выпустила два миньона группы «Алиса» с песнями из «Энергии», что в дальнейшем послужило поводом для выхода всего альбома на виниле.
Константин Кинчев: Миньоны были, по сути, как синглы. Они пошли гигантским тиражом — и после этого решили выпускать всю пластинку.
Пластинка, однако, вышла только два года спустя. А пока — записей нет, играть негде, электрических концертов в Москве вообще не проводят, в Питере они тоже редкость, так что приходится брать гитару — и, как пел БГ, «из города в город, из дома в дом, по квартирам чужих друзей».
Константин Кинчев: Ну, у меня очень много квартирных концертов было в ту пору. Я в принципе и зарабатывал исключительно этим. То есть я со всех работ уволился и стал тунеядцем, в полном смысле этого слова. И стал играть квартирники. Квартирник я играл два раза в неделю. Свои тридцать рублей за концерт я получал. В неделю у меня было уже шестьдесят, а в месяц это выходило двести сорок рублей. Нормально для того, чтобы жить.
Покинувшие Алису Кондратенко и Задерий зимой 1986 года попытались собрать новую группу. Однако к апрелю они все-таки вернулись в состав «Алисы». На Четвертом фестивале Ленинградского рок-клуба музыканты представили программу «По ту сторону добра», часть которого позже войдет в альбом «БлокАда».
Константин Кинчев: Задерий опять вернулся, но, так скажем, в качестве шоумена. А состав был такой: Серега Васильев, Петя Самойлов, Паша Кондратенко и Миша Нефедов. И мы с Задерием двумя фронтменами прыгали.
Сразу после фестиваля Задерий снова покинет группу и несколько лет спустя организует группу «Нате» — название, кстати, придумает Кинчев. Это слово можно было читать и по-русски — и вспоминать знаменитое стихотворение Маяковского — и по-английски. А история «Алисы» времен альбома «Энергия» подходит к концу.