– Фирма работает. Где-то мы попадаем, где-то получаем прибыль. У нас много сфер деятельности. В мои обязанности входит создавать качественный музыкальный продукт и передавать его рекорд-компаниям. Тот же Лисовский, допустим, увлечен сейчас, в большей степени, политикой, а я качеством звука. У меня очень разные исполнители: «Бахыт-компот», Лариса Черникова, Галина Романова, «Восток» и другие. Посмотри, тот же «Восток» второй год лучший по продажам, но никакого шума по этому поводу нет. Вокруг меня не возникает скандалов. Повторюсь, это коллеги зачастую преподносят меня в другом свете.
– Но с чего вдруг такое произошло?
– С чего… Возможно, я чуть-чуть поактивнее, понаглее. Меня очень трудно обидеть, уколоть. Я сдачи больно даю.
– Каким образом?
– В зависимости от того, как нанесен укол. В нашей сфере существует много уязвимых персонажей. На Западе в принципе такая же ситуация. В шоу-бизнес стремятся попасть все. Каждый мало-мальски поющий человек считает, что может стать известным артистом. Каждый состоявшийся артист уверен, что способен стать продюсером. А я занимаюсь конкретно своим делом и никогда не запою, и не поменяю его на что-то иное.
Спроси у любого сотрудничающего со мной артиста и тебе ответят, что я начинаю с него свой рабочий день и им же заканчиваю.
– Почему же произошел разрыв с Газмановым?
– Деньги. Называю это «болезнью мешка с деньгами». Когда человеку падает на голову такой мешок, шею сносит в сторону. Доступ крови в мозг прекращается и ему начинает казаться, что все его обманывают. Такое, наверное, произошло и с Олегом, хотя он прекрасный парень и хороший музыкант. Но в той ситуации в нем проявилась какая-то жадность. Не стесняюсь об этом говорить. Он может обижаться, может – нет.
– Сейчас с кем-то из твоих артистов может произойти подобное?
– Вряд ли. Я теперь иначе строю с ними отношения. Все вопросы решаем на берегу. А тогда получился хороший проект, но Газманову показалось, что его стали обворовывать.
– На самом деле его, конечно, не обворовывали?
– А как? Бизнес-то весь открытый, обворовывать сложно.
– Но кто быстрее богател – Толмацкий или Газманов?
– Поверь, от проекта я получал значительно меньшую прибыль, чем Олег. Но я всю жизнь был активным человеком и имел множество способов заработать деньги. Если Газманов до этого был бедным, то я был состоявшимся и при деньгах давно.
– Зачем же тогда рванул после этого в Германию?
– Мне крайне неприятен был данный конфликт. Пытался там заниматься делами, не получилось. Тогда решил вернуться в Москву.
– Что помешало пару лет назад «Медиа Стар» вступить в казавшуюся могущественной «Квинту»? Ты же причисляешь свою фирму к одной из крупнейших в нашей шоу-индустрии, а в «Квинте» как раз такие и собрались.
– «Квинту» образовали по неправильным принципам. Когда она создавалась, я сказал, что в ней должны объединиться все ныне существующие на рынке структуры. Лучше потом кого-нибудь не пустить. Я давно вынашивал идею прекратить бардак, творящийся в российском шоу-бизнесе, и говорил, что без меня «Квинты» не получится. Все находятся на своих местах, зачем залезать в чужой огород. «Квинтовцы» заимствовали мою идею, но вскоре ее видоизменили. Корпорации нужно было лицо врага, противник, которого трудно съесть и с которым необходимо бороться. Таким противником стал я.
– Разве не «Овация»?
– Не-ет… «Овация» – это внешний противник. А на собраниях «Квинты» постоянно обсуждался мой вопрос, говорилось, что якобы по отдельности я всех задушу. Но у меня другие задачи. Я не смотрю, как кто-то делает свое дело.
Что в результате получилось у «Квинты»? Партнеры съели партнеров. Сейчас даже прочитал в одной газете, что на Лисовского замышляются покушения, проскальзывают намеки на конкретные структуры. Да никто никогда не станет никого убивать. Кому нужно пятнать свое имя? Просто всем необходимо быть порядочнее.
– «Квинта» прекратила свою деятельность. Какие у тебя теперь отношения с ее участниками? С тем же Сергеем Лисовским вы были вообще приятелями.
– Да, мы были товарищами, но после истории с «Телеутром» разорвали все отношения и сейчас никак не общаемся. Хотя жены наши до сих пор дружат. Он поступил тогда, мягко говоря, неэтично. Мне бы в голову не пришло сделать подобное по отношению к нему. Все случилось нынешней зимой. Причем в тот момент я вообще находился на отдыхе.
Возможно, с желанием «дать сдачи» Толмацкий откликнулся тогда на предложение «союзников по сопротивлению» – руководителей «Овации» – заняться возрождением конкурса молодых исполнителей, когда-то проходившего в Ялте. Потом он стал называться «Ялта-Москва-транзит» и курировал его одно время как раз Сергей Лисовский. Александр вступил в несвойственный для себя профессиональный альянс с «овационерами», провел три отборочных тура. Но далее все заглохло, и конкурс исчез.
Борис Зосимов. Тот, кто привел в Россию MTV
Одной сентябрьской ночью 1998-го свершилось то, о чем долго грезил не раз упоминавшийся в этой книге Борис Гурьевич Зосимов. Россия получила свое MTV или, наоборот, MTV получило своих россиян. «Первый западный канал» в отечественном эфире, ориентированный «на вкусы молодежи», начал вещание в Москве и Петербурге.
Тотальный российский кризис не позволил американским боссам и их российским партнерам устроить планировавшееся грандиозное открытие проекта. Все ограничилось чрезвычайно многолюдной пресс-конференцией и легким фуршетом. В златоглавую к союзнику Зосимову (а именно он стал «владельцем русского MTV») прибыли председатель совета директоров MTV Networks Том Фрестон и президент этой же компании Бил Роуди, одновременно отвечавший за управление и работу международными каналами MTV. Каналов таких до осени 1998-го существовало десять: в Азии, Австралии, Бразилии, Германии, Великобритании, Индии, Латинской Америке, Японии, Китае и Европе в целом. И вот подтянулась Россия.
Романтичные оптимисты грезили, что по такой «коммуникативной тропинке» достойные отечественные исполнители, попавшие в ротацию MTV Russia (открывшуюся клипом «Мумий Тролля» на песню «Владивосток 2000»), смогут впоследствии дойти и до международных, если не заокеанских, то хотя бы европейских чартов. Ортодоксы нашей трехаккордной «душевности» гасили их пыл, уверяя, что Зосимов просто приобрел себе желанную модную игрушку и может сколь угодно забавляться с ней на дециметровых каналах двух российских столиц – устоев он не пошатнет и реальным конкурентом МузТВ и куче музыкальных программ, выходящих на федеральных телеканалах РФ, не станет. Крутой сказал совсем лапидарно: «Настоящее и будущее за “АРСом”».
Дискуссия вокруг российского MTV развивалась и в другой плоскости: скептики утверждали, что местный шоу-бизнес не переделать. Канал поначалу немного позабавит продвинутую публику актуальным импортным каталогом и отечественными нетривиальными музыкантами, но постепенно в эфирную сетку «запустят черниковых, королевых, салтыковых», которые приведут все в «божеский вид» а-ля «Диск-канал» – «Русское радио», а расценки на показ клипов по MTV станут широко известны в узких кругах. В качестве дополнительного, весомого аргумента упоминали о 23-летней Лене Зосимовой – дочери Бориса Гурьевича, которую он несколько лет старательно превращал в поп-звезду. У нее, кстати, день рождения в сентябре, и некоторые шутили, что папа преподнес ей замечательный подарок в виде музыкального телеканала. Оптимисты верили, что американские наблюдатели не допустят произвола, на канале сложная система принятия программных решений, при которой ни за кем не остается последнего слова. И протежирование бездарностей будет невозможно. Я решил выяснить это у самого Зосимова на следующий день после запуска MTV Russia. Он тогда четко придерживался удобнейшего постулата «философии MTV»: «Мыслить глобально, действовать в соответствии с местными реалиями».
– Борис Гурьевич, помнится, когда открывался канал ТВ-6, речи звучали самые радужные. Альянс с Тедом Тернером сулил хороший микс отечественных фильмов и американских, из его коллекции. Затем ожидались новостные блоки CNN-овского вида и качества и т. п. В общем, очень профессиональный намечался канал, и поначалу он действительно выделялся. Сегодня ТВ-6 – это сущность его нынешних идеологов, Ивана Демидова и прочих, стильного изящества в нем ни на грош. Те же упреки адресуют и вашему «Полиграму», хотя некоторые надеялись, что вы будете вести политику, отличную от той, что ведут другие наши рекорд-лейблы, скажем, «Союз». Не это ли ожидает и MTV Russia? Постепенно вы дистанцируетесь от своих американских партнеров и начнете действовать так, как захочется?
– От американских руководителей мы абстрагированы с первой минуты. Они не полномочны решать никакие вопросы, касающиеся происходящего на экране. Это от и до русский канал, которым руковожу я. Американцы помогают. Чем? Ноу-хау, чтобы не приходилось изобретать уже созданный ими велосипед и не повторять уже сделанных ими ошибок. Они представляют свою видеотеку, которая, конечно, богаче, чем у BizTV последнего времени. Моей Лены там практически нет, что достаточно показательно.
– Может, вы это специально делаете?
– Отчасти да. Чтобы прекратились звонки от всех моих друзей. Мощнее аргумента, чем то, что я не ставлю в эфир свою дочь, поскольку она не подходит к данному формату, сложно придумать. В последних выпусках BizTV мы уже более-менее выдерживали ориентацию на аудиторию нашего MTV, превалировали клипы «Иванушек», «Мумий Тролля», «Маши и Медведей», «Воплей Видоплясова», «Ляписа Трубецкого» и т. д.
– Что вы должны американцам за то, что это будет русский канал?
– Мы купили лицензионное соглашение, плюс у них есть абсолютное доверие ко мне. Этому доверию уже десять лет. Мы давно знакомы.
– Как-то Юрий Айзеншпис сказал мне, что будущее шоу-бизнеса за такими проектами, которыми занимается Зосимов. Говорил он это, кажется, с надеждой на плодотворное сотрудничество с вами.