чном новостном вещании! Темп нашей жизни ускоряется, и если 200 лет назад важные новости пересекали Атлантику недель за девять, то теперь они разлетаются по всему миру со скоростью света, а слухи и сплетни — еще быстрее.
Любой псих с дешевым компьютером может войти во Всемирную паутину и распустить ужасающие слухи о бомбах с сибирской язвой, взорвавшихся в Далласе, или о том, что половина населения Сан-Франциско была уничтожена в три дня коричневым туманом болотной лихорадки, занесенным ветром из самой Монголии. И даже не стоит сомневаться, что все это может оказаться правдой. Ведь в XXI веке любые слухи могут обернуться чем угодно. Нет ничего невозможного.
Но все же есть вещи менее возможные, чем другие, и крах НБА — одна из них. Единственное, что с НБА не так — впрочем, как и с любой другой спортивной организацией, — это ужасающая эпидемия тупости и жадности. И в этом нет никакой тайны, как нет и необходимости изменять какие-либо правила. Проблема НБА настолько очевидна, что ее могут разглядеть даже дети, особенно школьные звезды баскетбола, безмозглые мальчишки, которым не нужны профессора колледжей, чтобы понять разницу между деньгами и удовольствием.
Есть такой фильм про трех балбесов, в котором сказано все, что нам нужно знать об НБА. Перескажу эту историю так, как помню.
Жарким воскресным днем три балбеса решили как следует поразвлечься: отправиться на озеро, взять напрокат лодку и насладиться ветерком, гуляющим в волосах. «Почему бы и нет? — подумали они. — Поплавать по прекрасному прохладному озеру — что может быть лучше в знойный летний полдень?!»
Итак, они надели свои привычные черные деловые костюмы и направились через город к озеру, где после долгих препирательств с прокатчиком по поводу цены получили в свое распоряжение крохотную лодчонку, оснащенную двумя веслами и маленьким жестяным ведерком, чтобы в случае чего вычерпывать со дна воду. Там были и другие лодки, и молодые парочки наслаждались прогулкой по озеру в тени широких зонтиков, защищающих от солнца. Еще один идиллический день Американского века!
Неприятности начались, когда лодка дала течь, как это обычно и бывает с прокатными суденышками, и один из балбесов заметил, что вода уже поднялась до щиколоток. Он указал на это своим товарищам, и они начали вычерпывать воду из лодки ведерком. Потом в ход пошли их черные шляпы. Но вода все прибывала.
Тогда они поразмыслили все вместе и сошлись на одной блестящей идее — веслом пробить дыру в днище лодки, чтобы вода могла вытечь через нее наружу… Когда и это не сработало, они пробили еще одну дыру. А затем еще одну. Не помогло — лодка тонула!
Они продолжали бешено вычерпывать воду ведерком и шляпами. Балбесы были уже на середине озера, и никто из них не умел плавать. Отдыхающие в других лодках не обращали на них внимания, а в ответ на крики о помощи только смеялись. Действительно, что может быть смешнее, чем три глупых толстяка, которые паникуют и мечутся в лодке, как дикие крысы, посреди спокойного маленького озерка. Да, сэр, таковы уж наши три балбеса, оцените — настоящие шутники!
Мораль этой истории прозрачна, как стекло, и ясна всем на свете, за исключением обезумевших от жадности владельцев НБА. Они тупее трех балбесов, точно так же, как и этот несущий бред осел — комиссар Ассоциации. Стерна[64] давным-давно следовало бы выгнать и перевести на подножный корм. И не волнуйтесь. Быстрее уйдешь — быстрее вернешься. И никто этого даже не заметит. Игра будет продолжаться.
Кентуккийское дерби и другие бедствия
Ставить на матч плей-офф НБА против «Лейкерс» — не лучшее решение для профессионального игрока, тем более в этом году, когда они отстаивают чемпионский титул и числятся в безусловных фаворитах, даже несмотря на проведенный ими бесцветный, ничем не примечательный сезон и колоссальное количество внутренних скандалов, дрязг и подлостей — побольше, чем в стае гиен в жаркий день.
Наверное, тут уместно будет заметить, что гиены — единственные животные, рождающиеся бисексуальными и остающиеся такими всю жизнь. Они также отличаются тем, что как нечего делать поедают свое потомство и вообще все вокруг, что выглядит неспособным дать отпор. Люди, знающие гиен не понаслышке, описывают их как «гнуснейших животных в природе, за исключением разве что английских коров и коррумпированных офицеров полиции в крупных американских городах в XXI веке».
Вот так. Но не это пристрастное сравнение с гиенами и продажными копами заставило меня в воскресный вечер поставить против «Лейкерс». Настоящей причиной стала разница в счете — при том, что на «Лейкерс» давали больше шести с половиной или семи против «Сакраменто Кингз», отличной скоростной команды, обладающей всем, что нужно, чтобы побить «Лос-Анджелес», за исключением разве что вакцины от Шакила О’Нила. Его появление обернулось для этих ребят настоящим кошмаром: Шак доминировал на площадке и играл так яростно, что вся передняя линия «Кингз» уходила потом с нее с таким видом, будто весь вечер их отбивали 130-килограммовым молотком для мяса.
В общей сложности О’Нил набрал 44 очка, сделал 21 подбор и поставил семь блоков в решающие моменты матча. Бедненький, маленький и богатенький Коби[65] добавил еще 29 очков, а остальные «Лейкерс» выдали только 35. Более чем достаточно для победы, но не для того, чтобы побить разницу. Финальный счет был 108:105 — слишком скромный перевес для матча, в котором «Лейкерс» должны были выиграть с разницей в 19 или 20 очков. При этом они были на пике формы и играли против команды из Сакраменто, у которой все валилось из рук и которая провела свой худший матч в сезоне. А разница составила всего три очка.
Если к следующей игре линия не изменится, ставьте на «Кингз» и на разницу. Они умеют быстро разруливать ситуацию, а Шак в этом сезоне больше не наберет 40 очков. «Лейкерс» настолько испоганились, что это будет позором для НБА, если они снова станут чемпионами.
Но тот матч был не единственным моим игровым экспериментом в эти выходные. Я поставил на дерби в Кентукки и крупно продулся.
Несмотря на Кентуккийские корни и врожденную страсть к игре на ставках, дерби — не самое любимое мною спортивное событие. А с ипподромом «Черчилл-Даунс» у меня связаны довольно гнусные воспоминания. И я могу с уверенностью сказать, что неделя дерби в Луисвилле — это настоящая оргия, где царят бухло, секс и насилие и куда в 99 случаях из 100 затягивает любого, кто оказался в зоне действия этого урагана страха, боли и ошеломляющих бедствий, воспоминания о которых будут мучить несчастного до конца жизни.
Толпа на «Черчилл-Даунс» ведет себя, как сотня тысяч злобных гиен, которых втиснули в пространство размером с «Боинг-777» или лужайку перед Белым домом. Приехать поглазеть на скачки — это хуже, чем добровольно присоединиться к генералу Пикетту во время его знаменитой атаки на Геттисберг, да и удовольствия получишь примерно столько же. Говорю вам, парни: я проделывал это девять или десять раз, и мне до сих пор снятся кошмары, от которых я просыпаюсь потный, визжа, как свинья, заживо пожираемая летучими мышами.
Я помню все отчетливо, но это слишком непотребно, чтобы описывать здесь подробности. В этих воспоминаниях фигурируют тюрьмы, психбольницы, судебные процессы по изнасилованиям, избитые жены, полицейский беспредел и частные кладбища, битком набитые жертвами трагических медицинских экспериментов, более ужасных, чем все то, в чем обвиняли маркиза де Сада.
Я был на одной вечеринке на дерби, где пьяные богатеи замучили и подожгли двух девушек-подростков, а потом сбросили их тела со скалы в реку Огайо и очень по этому поводу веселились. Семьям девушек местные власти сообщили, что их дочери «убежали с бандой турецких игроков на скачках, которые напоили их джином и пообещали, что те станут голливудскими знаменитостями, если поедут с ними».
И подобные вещи происходят в городе каждый год. Люди просто «отправляются на скаковой круг», как любят говорить в Луисвилле, и растворяются в воздухе. Некоторые возвращаются через несколько лет с ужасными увечьями, не помня ничего из того, что с ними случилось. Другие оказываются в «больницах где-то южнее», и все те, кто их раньше знал, никогда больше о них не упоминают.
На Юге действует кодекс молчания — омерта, особенно если речь идет о преступлениях, совершенных богачами. Максимум, что доходит до сведения широкой публики, — это краткое упоминание в некрологе о лобовом столкновении с неизвестным грузовиком где-то далеко на Ривер-роуд и «частной церемонии кремации, на которой присутствовали только члены семьи, пожелавшие остаться неизвестными». Люди, которые занимаются лошадьми, очень мало интересуются человеческими жизнями.
Лучшее, что можно сказать о Кентуккийском дерби, — оно длится всего пару минут. Это самое скоротечное спортивное событие после борьбы сумо и боев Майка Тайсона. Возможно, уличные гонки еще скоротечнее, но меня они никогда не привлекали. Уж лучше заключать пари на петушиные бои где-нибудь в арканзасской глубинке.
А матч плей-офф НБА продолжается два с половиной часа, если смотреть его по телевизору, но заканчивается куда быстрей, если включить запись игры без рекламы.
Заодно это единственная возможность не видеть физиономию подлого маленького монстра Дэвида Стерна. Ему платят миллионы долларов в год за то, что он ничего не делает, разве что хихикает и каждые две-три минуты заявляет, что уж лучше выставить на драфт НБА уродливую хромую старуху, чем этих мутантов-переростков, которые получают кучу денег, но не могут сделать 50 бросков за игру и добиться от публики большего обожания, чем Билл Клинтон во времена его президентства.
Хорошо, я и сам вижу, что немного раздражен на этой неделе, так что, возможно, мне стоит отправиться обратно в постель и посмотреть еще парочку кошмаров про Кентуккийское дерби и Дэвида Стерна, влезающего в окно моей спальни с мертвым животным в зубах.