Бум! Ожили в углу прадедовские часы. Фиби подпрыгнула и подумала о том, что пора бы давно уже заменить эти часы на электрические. Их удары раздавались каждые полчаса.
Тик-так, тик-так. Фиби перелистывала страницы еще быстрее, чем шли часы. Ей попадались заклинания, избавляющие от нежелательных волос на теле; позволяющие выглядеть моложе своих лет; заставляющие молоко соседей сворачиваться. В общем, заклинания на все случаи жизни. Кроме случая необходимости возвращения в свое время. «Это безнадежно», — подумала Фиби. Борясь с отчаянием, она отложила очередную книгу и раскрыла следующую — небольшой томик под названием «Чародейство на всякую потребу».
«Чистое безумие!» Ругаясь про себя, она нетерпеливо перелистывала страницы. Как спастись от дурного глаза… как вызвать фей… Совсем не то! Как поднять сильный ветер… как снять проклятие… как наслать на врага бородавки… Фиби с досадой отбросила книгу. Потом поглядела на часы и с ужасом поняла, что еще полчаса прошло впустую.
«О нет! Время летит слишком быстро!» — подумалось ей.
Ниалл, должно быть, тоже это почувствовал и повернулся к ней.
— Ничего не нашла? — спросил он тихим, но напряженным голосом.
Часы снова забили. Полдень. Осталось только двенадцать часов.
И тут у Фиби расширились глаза.
— Стоп. Чуть-чуть назад, — произнесла она. — Кажется, у меня появилась идея.
«Нет. Это слишком невероятно. Ничего не получится, — сказала себе Фиби. — Или все же сработает?»
Сработает?
Она села, уставившись на книжные полки. Кровь застучала у нее в висках.
Неужели разрешение всех проблем было все время прямо у них под носом?
Глава 10
Прюденс беспомощно посмотрела на сестру. Толстенная баба приблизилась к ним вплотную и орала прямо в лицо, а они даже не могли понять, в чем дело. Как же выкрутиться из этой передряги?
Наконец баба схватила обеих сестер за руки и потянула их к длинной галерее, ведущей от центрального строения к крепостной стене. Пайпер бросила на сестру вопросительный взгляд.
Прю только пожала плечами.
Баба протащила их под низкой аркой и поволокла по длинному коридору. Прю чуть было не стошнило от густого запаха мокрой шерсти и немытых тел.
Наконец они оказались в помещении, которое могло быть только кухней. От двух очагов исходил такой жар, что Прюденс разом взмокла. Над одним из них маленькая тощая девчонка крутила вертел с целым поросенком. Над другим очагом весел огромный железный котел.
Толстая баба подтолкнула сестер к длинному деревянному столу. На одном его конце еще одна девчонка рубила какие-то корешки, кажется пастернак, и бросала их в большую миску.
На другом конце стола стояла еще одна миска. Баба указала сестрам на нее и снова заорала.
Пайпер заглянула туда и обомлела.
— Это же тесто! — прошептала она. — Кажется, она хочет, чтобы мы его замесили. Она принимает нас за кухонных девок.
— Пожалуй, стоит подыгрывать ей до тех пор, пока мы не сориентируемся в ситуации, — ответила Прюденс. — Ты у нас повар, так что начинай, а я буду повторять за тобой.
Она наблюдала, как сестра полезла в миску и вытащила оттуда большой кусок теста. Но когда сама попробовала проделать то же самое, баба оттащила ее в сторону и, качая головой, поволокла к середине стола. Сняв со стены мешок, тетка вытряхнула его содержимое на стол.
Оттуда выпало пять убитых птиц.
— О нет! — вырвалось у Прюденс.
Толстуха указала на птичьи тушки и что-то приказала, выделывая при этом руками какие-то жесты.
— Что ей от меня нужно? — спросила Прю у Пайпер. — Неужели я должна прикасаться к этой гадости?
— Кажется, ты должна их ощипать, — ответила сестра. — Ничего не поделаешь!
Прюденс бестолково уставилась на птиц. Судя по окраске, это были, скорее всего, фазаны.
Но она видела фазанов раньше только приготовленными и украшенными какой-то зеленью. «Что ж, — решила Прюденс. — Век живи, век учись». Она взяла одну из птиц своими нежными пальчиками и потянула за хвостовые перья.
Баба раздраженно вскрикнула и оттолкнула ее руки. Она схватила фазана за шею, подошла к кипящему котлу и опустила его туда.
— В кипящей воде перья отойдут, — объяснила Пайпер негромко. — И ты ощиплешь ее без труда.
Толстуха бросила обваренную птицу обратно на стол, сердито глянула на Прюденс и направилась к вертелу с поросенком. Осмотрев его, она сказала что-то девочке, крутившей вертел. Та начала вращать его быстрее. Баба еще раз окинула взглядом ее работу и направилась к выходу.
Прю следила за ней краешком глаза. Может быть, та уйдет? Как бы не так. Тетка уселась на деревянный табурет, стоявший у двери, и стала наблюдать за всей кухней.
— Кажется, мы застряли здесь навсегда, — прошептала Пайпер, шлепнув куском теста об стол.
Потом проделала это еще раз. И еще. — Во всяком случае, нас не заподозрили в шпионаже из
— за того, что мы не говорим на их языке. Интересно — почему?
Прю задумалась над этим и вскоре ответила:
— По-моему, в шестом веке Британские острова населяло множество различных племен. — Она выдергивала мокрые перья и старалась не думать о том, что делает. — Они не говорили на одном языке. Слугами становились, как правило, рабы, захваченные на войне. Видимо, нас приняли за рабынь из чужого племени.
— Король Артур держал рабов? Ну уж это совсем не похоже на легенды, — заметила Пайпер. — Итак, что же мы будем делать дальше?
— Наверное, просто ждать удобного момента, чтобы улизнуть, — ответила Прю со вздохом, указав подбородком на бабу у двери. — Не станет же она сидеть тут весь день.
Но время шло, и стало казаться, что толстуха может просидеть и сутки напролет. Всякий раз, когда Прюденс оборачивалась в ее сторону, та внимательно смотрела на нее или на Пайпер. «Это просто нелепо, — возмущенно думала Прюденс. От жара и кухонных запахов она была готова упасть в обморок. — Преодолеть четырнадцать веков, чтобы ощипывать дичь!»
— Ничего, мы пойдем другим путем, — шепнула она сестре и показала глазами на дверь у противоположной стены. — Попробую отвлекающий маневр. Готовься удирать.
— Ладно, — кивнула Пайпер.
Прюденс огляделась по сторонам и заметила маленький камешек, лежавший возле двери.
Сосредоточив свою силу, она заставила его удариться о каменную стену.
Толстуха повернулась на звук.
Прю отодвинула камешек в коридор, так чтобы баба его не видела. Затем снова ударила им о стену. Тук! Только бы никто не заметил, что это делает она!
Баба пожала плечами, встала с табурета и сделала несколько шагов к двери.
Тук! Прю еще раз ударила камешком о стену.
Толстуха обернулась на стол, за которым работали сестры. Прю быстро отвела глаза и снова принялась дергать перья. А сама опять стукнула камешком.
Бормоча что-то себе под нос, баба исчезла за дверью.
— Бежим! — отряхнув перья с ладоней, Прюденс кинулась к другому выходу. Пайпер помчалась следом. Обернувшись, Прю увидела девочку у очага, молча глядевшую им вслед, и приложила палец к губам. Девочка улыбнулась и кивнула.
Вскоре сестры оказались на грязном дворе, потом свернули налево, к центральному строению.
— Опусти голову и старайся не бросаться в глаза, — приказала Прюденс. — Если повезет, на нас не обратят внимания.
Но сегодня им явно не везло. Не успели они пересечь двор, как дорогу им заступил приземистый краснорожий вояка. Он что-то сказал, потянувшись к Прюденс. Слов она не разобрала, но по тону было ясно, что ему нужно.
— Так-так, — пробормотала Пайпер.
— В другой раз. Сейчас я спешу с поручением. — Прюденс вымученно улыбнулась и попыталась обойти его.
Стражник заухмылялся и опять загородил ей путь, потом схватил за руку и притянул к себе.
Ее снова замутило от ужасного запаха — на этот раз мужского пота, грязи и мокрого кожаного нагрудника.
— У меня нет на это времени! — крикнула Прюденс. Все так же улыбаясь, она ударила стражника коленкой в пах. Тот испустил дикий вопль и согнулся пополам.
— Дешево и сердито, — сказала Прю и бросилась бежать.
В главное строение вели высокие двустворчатые дубовые ворота. В одной из створок была проделана небольшая дверца. Пайпер открыла ее, и Прю скользнула внутрь. Глаза не сразу привыкли к царившему здесь полумраку. Сестры оказались в просторном помещении, пол которого был устлан камышом. На возвышении стоял стол, на этот раз круглый. Вокруг него расположились стулья с высокими спинками и массивный деревянный трон, украшенный резьбой.
Здесь никого не было.
— Должно быть, мы попали в пиршественный зал, — сказала Пайпер. — А это и есть Круглый Стол. Знаешь, теперь легенды кажутся мне более серьезными.
— Я тебя понимаю, — кивнула Прюденс.
Они двинулись вперед в поисках лестницы, ведущей в башню. Им попалось несколько дверей, но они вели лишь в другие помещения, наверное спальни короля и придворных.
— Прю, сюда! — позвала Пайпер через несколько мгновений.
Они прошли через весь зал и оказались у небольшой дверцы, скрытой за одним из стульев.
Прюденс открыла ее и выглянула наружу. Прямо в нескольких метрах от нее возвышалась башня. На ее стене виднелся темный дверной проем.
— Порядок. Идем, — сказала Прю.
Сестры пересекли открытое пространство, отделявшее их от башни. Прюденс отчего-то стало не по себе. «У нас же важное дело!» — мысленно подстегнула она себя и ступила в полумрак.
Они увидели каменную лестницу, поднимающуюся по спирали вдоль стен. Перил не было. На всем ее протяжении горели факелы. Без них здесь стояла бы кромешная тьма, поскольку в башне не оказалось окон. Как Прюденс ни вглядывалась ввысь, она так и не смогла увидеть конца лестницы. Тогда она начала подниматься по ступеням. Сестра двинулась за ней.
— Ну уж если после всего этого его здесь не окажется… — произнесла Пайпер, и эхо разнесло ее голос.
— Ш-ш-ш. — Прюденс приложила палец к губам. Потом остановилась и прислушалась. Неужели их кто-нибудь услышал? Но кругом стояла тишина. Тогда Прю кивнула сестре, и они продолжили путь.