Кажется, он сначала хотел произнести слово «гриб».
— Мы понимаем, что у вас гормоны и инстинкты…
Теперь я знаю, отчего драконов стало так мало, похоже, у многих в нашем роду были явные склонности к суициду, потому что в разговор подключился молодой Рекс.
— Но девушке нужно сначала обрести семью, разобраться с традициями. И, если говорить откровенно, мы не признаем ваш брак. С точки зрения нашей расы он недействителен.
Вот тут возмутилась уже я. Все это время я несколько переживала за свое «резвое» поведение утром. И, несмотря на внезапность сообщения о браке, известие о нем нашло в моей душе отзыв, из-за того, что как замужняя женщина я вполне могла… Да кого я обманываю! Не ожидала я от себя таких антраша в кровати, вот и переживаю, на Гэбе срываюсь и себя чувствую не в своей тарелке.
У меня начались серьезнейшие проблемы с телом. Я с трудом сдерживала просыпающуюся драконью натуру, а тут еще и влияние метки. Если и дальше так пойдет, желание коллекционировать и внезапные сексуальные аппетиты доведут до дурного.
Став одинокой и получив свободу, оглянуться не успею, как проснусь в окружении пяти любовников всех рас и разновидностей. Причем все они окажутся придушенными Гэбом. Нет уж. Моя мама историю про «Отелло, который не мог тронуть свою пару, поэтому душил кого получалось и много раз» не переживет.
Я представила разрыв с оборотнем… и мне не понравилась острая боль в сердце.
— Мы были давними партнерами. — Не только я, но и остальные заметили, как Гэб произнес слово "были". Оба дракона нахмурились. — Вы обратились к нам за помощью, и мы ее оказывали в обмен на встречные услуги. Но я не намерен привечать в Гнезде гостей, оскорбляющих меня, мою истинную супругу и традиционный брак моего народа. На сегодня ваш визит завершен.
— Подождите! — Уильям Рокфеллер быстро переводил взгляд с меня на Альфу и обратно. Короткие волоски на его висках встали дыбом и заблестели от выступивших капель пота. — Мы не поняли друг друга. Если бы заключен официальный брак, то конечно, мы погорячились и приносим искренние извинения! И вам, и уважаемой леди Альба-Глостер. А также от всей души поздравляем вас с образованием пары.
Некоторое время оба дракона выражали свое сожаление, качали головами в скорби, что не сразу сообразили, о чем идет речь и выражали максимальное почтение семейству Глостер. Они казались абсолютно искренними, смотрели расстроенно, но мне показалось странным внезапное изменение их весьма категоричного и совсем недавнего мнения насчет наших отношений.
Я разрывалась между желанием узнать побольше о родственниках и неприятием их явного начального пренебрежения к оборотням. Кроме того, мне показалась подозрительной гримаса мистера Уильяма Рокфеллера, с которой он гасил, а потом пристально рассматривал свечу.
Но зато я была совершенно согласна с недоумением мистера Рекса Ротшильда, когда он обернулся ко мне и одними губами произнес «Истинная?»
Гэб пару раз заговаривал о «истинности» нашей пары, но, насколько помню его слова оба партнера должны при этом чувствовать нечто особенное. А я чувствовала лишь нежность, доверие и странную тягу касаться его еще и еще раз. Это оно? Нечто особенное? Не знаю.
Зейн с молчаливого разрешения Гэба пригласил раскаявшихся драконов в дом, но даже он теперь поглядывал на гостей с прохладцей. Телохранители пытались вылезти из машин, но тут же спрятались обратно под мельком брошенным взглядом старшего Глостера. Предстоял разговор… без лишних ушей.
Альфа разрешил пойти вместе со своим работодателем адвокату, и то, только когда выяснилось, что именно мистер О’Каллахан вел всю документацию для Рокфеллера.
Представители древней расы шли по Гнезду… как по очень знакомому месту. Они не интересовались семейными картинами и фотографиями Глостеров, не любовались сложной мраморной лепниной, цветочным узором увивающей лестницу, и прекрасно знали все повороты от входа до переговорной.
Всю дорогу драконы посматривали на меня или Гэбриэла и изредка молча переглядывались друг с другом, ведя невидимую глазу беседу.
В переговорной сразу зажгли свечу, объяснив это привычкой и защитой от прослушивания. Поэтому я села поближе к Гэбриэлу, помня, как именно мое присутствие позволило ему сохранить память в прошлое наше общение с Мэрдоком, шефом Спички.
— Прежде всего о деле, — все еще холодно сказал Гэб. — Зейн, передай нашим гостям собранные для них сведения. На этом мы разрываем контракт ввиду невозможности продлить договоренности. Дальнейшую судьбу Гнезда мы с леди Альба-Глостер решим между собой. В узком семейном кругу.
Снова произнесенная вслух двойная фамилия меня нервировала, но я старалась не подавать виду. Вообще сдерживалась, как могла. Мне пришла в голову замечательная мысль — в официальном статусе супруги Глостера я защищена от других брачных претензий. В этом что-то было…
И пока драконы изо всех сил демонстрировали дружественный настрой и пытались не злить Глостеров, у меня оставалась надежда наладить отношения с сородичами.
Документы, врученные Зейном, оба мужчины быстро пролистали. Рэкс оглянулся, чтобы передать копию помощникам и поморщился, не обнаружив своих людей.
На короткое, почти неуловимое мгновение на молодое лицо легла тень, превратившая дракона в жесткого и надменного зрелого мужчину, с такими безжалостно-холодными глазами, что они больше подходили убийце, нежели банкиру.
— Все-таки за нашими домами следили, — сказал он, постукивая пальцем по бумаге. — Я знал, чувствовал. Хотя безопасники уверяли меня в обратном.
Я заметила, что ни кольца, ни часы не украшали его сильную ухоженную руку. Металлы в любом виде Рэкс не уважал, демонстрируя открытое пренебрежение к интересам Уильяма.
— Определить злоумышленников не удалось, — необычно серьезный Зейн виновато посмотрел на брата. — Они каким-то образом двоили слуг. В доме одновременно могли двигаться два дворецких, полностью неотличимых между собой. И определяли мы это слишком поздно, когда второй благополучно уходил из-под слежки.
— Чужое лицо? — выдохнула я. — Покров Н-Гора?
И тут же попала под перекрестье пристального внимания ящеров.
— Леди весьма информирована о старинных родовых артефактах, — заявил Уильям. — Могу я узнать откуда юная драконица наслышана о запретном и почти забытом Покрове?
Последние две недели я только и делала, что выкручивалась из непростых ситуаций, поэтому ответ родился сам, без каких-либо усилий. Сдавать откровенного со мной Спичку и тем более — подставлять Мэрдока, я не собиралась, пришлось формулировать обтекаемо.
— Совсем недавно мы столкнулись с похожей ситуацией в доме друга. Молодой человек с лицом его помощника, но им не являющийся, проник на охраняемую территорию. Судя по всему, этот неизвестный интересуется не только драконами.
— Но за нами он следит уже несколько десятилетий. Причем не за человеческой родней, а именно за нашими тайными домами. Удачливый мерзавец, — Рэкс сжал пальцы в кулак. Добела.
Не знаю, сколько там живут колдуны, но если их донимал Фредерик, то я ему не завидую. Полностью потерявшие магию и силу, драконы ухитрились за эти годы сохранить власть и природное упрямство. Афишировать древнее происхождение они не желали буквально с маниакальным упорством и успешно прятались на просторах бизнеса и в недрах больших человеческих семей. То, что их выследили, явно приводило в бешенство обоих.
— Вы же взяли след владельца Покрова? — обратился Уильям к Гэбриэлу. — Не верю, чтобы Судья ухватил за ниточку и не стал ее распутывать.
— В процессе, — ушел от ответа Альфа. — Пока связь между этими фактами лишь предположительная, а я не намерен продлевать наши договоренности. И не обязан буду сообщать вам новую информацию.
Он откинулся на спинку кресла и довольно холодно наблюдал за гостями. Светлая летняя рубашка довольно легкомысленно контрастировала с пафосными костюмами прибывших, зато наглядно демонстрировала отстраненное отношение волка.
Он был хозяином в доме. И не хотел иметь дел с теми, кто жал руку, а потом стирал память.
— Мы бесценны как партнеры, — заявил Уильям. — Вы совершаете огромную ошибку.
— Вы попробовали вмешаться в мою семейную жизнь. Это не приемлемо и не простительно. — Гэб стал выглядеть старше. Налились объемом и без того широкие плечи, стали резче черты лица.
В первый раз, когда я видела трансформацию, помню, немного испугалась. А сейчас мне даже понравилось. Если «взрослый» облик Рэкса пугал бессердечностью, то волк скорее разил спокойной уверенной силой.
Я посмотрела сначала на одного, потом на другого и, видимо, тем самым спровоцировала Ротшильда на откровенность.
— Мы желали и вам, и леди добра, — уронил он. — Одно дело партнерство, считайте, наша поддержка была бы у вас в кармане, учитывая непростые отношения между кланами. Насколько мы наслышаны, другие Альфы претендовали на вашу невесту, тем самым заявляя о сомнениях в вашей личной силе и в целом — в Глостерах. В то время как дружба с нами укрепила бы ваши позиции.
— В отличие от брака, — мягко подхватил Уильям. Он передал адвокату прочитанные бумаги. И я невольно заметила необычную особенность на внутренней стороне запястья О’Каллахана. Татуировку монетки. Вот уже символичное объединение двух ценностей Рокфеллеров. В одном образе — любовь к металлу и деньгам.
Миг и запястье скрылось под белым рукавом рубашки. Я моргнула и снова сосредоточилась на разговоре.
— Брак с драконами принесет Глостерам лишь неприятности, — продолжил Уильям. — Нет-нет, мы-то к вам и к леди Холли замечательно относимся. Но что скажет клан, когда у наследника не будет детей? Мы, драконы, не просто там женимся только между собой и, как крайний случай, заключаем брак с людьми. Все просто — связи со Старшей кровью для нас бессмысленны из-за полной бездетности таких извращенных союзов.
Я ахнула. Не знаю почему. Дети как бы и не планировались. По крайней мере я о них не задумывалась, тем более обручение свалилось на меня внезапно. Как и сообщение о замужестве.