– Значит, боишься? – проигнорировав ее замечание, хищно улыбнулась я.
– Ну что ж, – прищурилась Антипова, – поставить на место еще одну Бакееву, пусть и бывшую, будет даже занятно!
Я увидела, как Лада смотрит на меня полными слез глазами и в ужасе мотает головой. Успокаивающе улыбнулась ей и произнесла, обращаясь к Власте:
– Если не возражаешь, я тоже переоденусь. А ты пока подумай, какая дуэль тебя устроит. Как вызванная сторона, ты имеешь право ставить условия. Обсуди их пока с секундантами.
– Да никто твоим секундантом стать не согласится! – фыркнула Антипова.
Это верно. Вряд ли кто-то захочет пойти на такое. Уже хотела сказать, что мне хватит и того, кого выставит для себя Власта, когда раздался спокойный голос брата:
– Ну, почему же? Я готов это сделать. Вот только доставлю сестру в лазарет.
– Ни за что! – теперь уже запротестовала Лада, дрыгая ногами и вынуждая Павла поставить ее на пол. – Я тоже остаюсь! Ты забыл, что я целитель? Способна и сама себя немного подлечить.
– Уверена? – с сомнением протянул брат.
Но по решительному лицу сестры, утирающей слезы и смотрящей на него горящими глазами, понял, что возражать бесполезно.
– Абсолютно, – подтвердила Лада и широко улыбнулась.
Их поддержка пролилась бальзамом на сердце. И плевать на осуждающие взгляды остальных! Гордо вскинув голову, я двинулась к раздевалке под провожающие меня шепотки и ропот.
Ну что ж, Власта, держись! Сегодня ты сполна ответишь за все унижения, которым подвергала меня и сестру. И пусть мне нельзя раскрывать все свои возможности, но надеюсь, и того, что собираюсь показать, для победы хватит. Я готова была смолчать в ответ на многое. Но не на издевательства над моей сестрой!
ГЛАВА 25
К тому времени как снова вышла в зал, я была уже собранной и спокойной. Лишняя злость и негатив ушли. И это хорошо. Не хочу, чтобы эмоции помешали адекватно оценивать обстановку. Вот только стоило обвести взглядом зрителей, как мой настрой едва не полетел в тартарары. Среди студентов появилось новое действующее лицо. Не кто иной, как кронпринц Михаил! Проклятье! Ну вот зачем он сюда явился?!
Судя по лицу наследника, тот был явно чем-то недоволен. Буквально впился в меня глазами, будто пытаясь прочесть что-то по моему лицу. Я гордо отвернулась и постаралась вновь вернуть самообладание. Вообще не буду о нем сейчас думать! Представлю, что его здесь нет.
У границы с тем местом, где должна образоваться магическая защита, рядом с секундантами и Властой стояла Лада. Выглядела она уже немного лучше. Кровотечение остановила и немного привела себя в нормальный вид. Но полностью повреждения залечить не удалось. И вид нежной кожи, на которой виднелись следы от кнута, заставил вновь загореться отчаянной решимостью проучить самоуверенную стерву.
– Какой вид дуэли ты выбрала? – холодно обратилась я к Антиповой.
– Магическую, – поспешно проговорила та, и я мысленно хмыкнула.
Выбирать свободную она не рискнула, зная о моих занятиях с Елисеем. Испугалась. Еще бы! Это не беспомощную Ладку по всему залу гонять! Можно и ответку получить. А с магической дуэлью у нее появляются хоть какие-то шансы. Впрочем, и тут она неверно оценивает ситуацию. Считает, что я середнячок. Что ж, сегодня Власту ожидает немало сюрпризов...
– До какого момента продолжаем поединок?
– На тех же условиях, как и с Бакеевой. До того момента, пока кто-то не сможет подняться или не признает поражение.
– Согласна, – безразлично отозвалась я.
В этот раз Антипова нервничала, пусть и пыталась скрыть волнение. Но не зря ведь меня учили распознавать невербальные сигналы тела. Я отчетливо это видела.
Боишься, гадина? И это хорошо! Страх мешает и сковывает.
Постепенно я успокаивалась и настраивалась на нужный лад. Мне предстоит победить, постаравшись не слишком навредить Власте, но достаточно унизить ее для того, чтобы поумерить спесь и гонор. А это не такая уж простая задача, когда в голове еще живы картины того то, что она сделала с Ладой.
– Готовы? – спросил Павел у нас обеих.
Мы синхронно кивнули, отойдя друг от друга на положенное расстояние.
– Тогда начали! – крикнул уже секундант Власты – все тот же Ангелок.
Власта моментально швырнула в меня боевым плетением. Причем со мной даже не пыталась растягивать момент и играть какое-то время в поддавки. Нутром, видимо, чуяла, что противник достался опасный. Засвистели два «водных лезвия», причем самонаводящих. А вот это уже серьезно! Антипова на мелочи решила не размениваться. Такие лезвия могли сильно повредить, если не поставить никакой защиты.
«Воздушный щит» я, разумеется, соорудила сразу, едва объявили начало, но и подставляться под лезвия не собиралась. В теневой режим переходить не стала – ни к чему посторонним знать об этой моей способности. Но и так реакция у меня благодаря постоянным тренировкам с Елисеем была достаточной, чтобы какое-то время побегать и поуклоняться от водных конструктов. Конечно, из-за учебы я теперь уделяла тренировкам куда меньше времени, но на выходных наставник на мне неплохо отыгрывался. Так что форму я не потеряла.
Власта чуть успокоилась, увидев, что я просто защищаюсь. Начала терять бдительность и даже позволила себе презрительно выкрикнуть:
– И долго еще будешь от меня бегать?
– Недолго, дорогуша, – пробормотала я, в какой-то момент резко останавливаясь и раскрывая руки.
С ладоней сорвались два небольших вихря. Они атаковали очередные несущиеся в меня «водные лезвия» и заставили те исчезнуть. Одновременно в Антипову полетела «воздушная мельница», ничем не уступающая «водным лезвиям» по степени опасности.
Не ожидавшая от меня такой скорости плетения Власта на миг растерялась. «Водный щит» спас ее от повреждений, на что я и рассчитывала, но на несколько мгновений дезориентировал и помешал обзору.
Я воспользовалась этим, чтобы соорудить «воздушную руку» и ухватить ее за плечи. Мощная сила опрокинула Антипову на пол и пришпилила к нему, словно бабочку. Власта даже из этого неудобного положения швырнула в меня «водным кулаком», но я легко уклонилась и медленно начала подтаскивать ее к себе с помощью «воздушной руки».
– Не находишь это иронией судьбы, Власта? – прищурилась я. – Ты ведь хотела, чтобы я проделала такой же путь по залу!
– Отпусти меня, а то пожалеешь! – просипела она, безуспешно пытаясь подняться и избавиться от моего плетения.
– Признаешь свое поражение?
– Никогда!
– Ну, тогда продолжим, – усмехнулась я, продолжая тянуть ее будто на поводке.
– Ты не можешь владеть этим конструктом! – взвыла Антипова. – Он доступен лишь сильным воздушникам!
– Сюрприз! – я широко улыбнулась. – Я именно таким и являюсь! И совет на будущее. Прежде чем связываться с кем-то, вначале узнай, на что способен твой противник. Излишняя самоуверенность еще никого до добра не доводила.
– Ты не имеешь права выступать против меня! Я приказываю тебе прекратить, вассал!
– Мы сейчас на дуэли. А правила тут другие. Как только признаешь поражение, я тебя отпущу. В принципе, дуэль и так можно уже считать законченной, раз ты не можешь подняться. Но если ты считаешь иначе…
– Будь ты проклята! – процедила Антипова. – И поверь мне, ты пожалеешь! Как только мой отец обо всем узнает…
– Это все, на что ты способна, Власта? При малейшей неудаче бежать за помощью к папочке? Ты меня прямо разочаровываешь! – криво усмехнулась я.
– Дуэль окончена! – крикнул Ангелок.
– Я так не думаю, – возразил ему Павел, явно наслаждаясь ситуацией. – Пусть Антипова признает поражение.
– Признаю… – наконец, выдохнула она, глядя на меня такими глазами, что если бы взгляды могли убивать, я бы наверняка пала замертво.
– Вот теперь дуэль окончена, – подытожил Бакеев.
Атмосфера среди зрителей была напряженной и напоминала грозовое облако. Я читала во взглядах практически всех присутствующих осуждение и неодобрение. Да, по правилам дуэли ко мне не могло быть никаких претензий. Но вот с точки зрения местных традиций я совершила просто вопиющее нарушение!
– Она недостойна быть одной из нас! – первым выкрикнул Ангелок. – Предательница! Оскорбив своего сюзерена, она оскорбила всех нас. С каких это пор обычная орна получила право унижать керну великого рода?! Она показала, что презирает всех нас и наши традиции, и должна быть за это наказана!
Захотелось рассмеяться ему в лицо. Но похоже, его слова попали в цель. Настроение толпы вокруг меня становилось все более угрожающим. И пусть сторонники Бакеевых отошли в сторону, но остальные, похоже, готовы были чуть ли не растерзать меня.
Лада хотела что-то сказать, но Павел решительно потащил ее к двери, невзирая на сопротивление. И я поняла, что пусть брат и рад моей победе, но вступаться за меня не станет. Я теперь не Бакеева. Сама по себе. И сама же должна отвечать за свои проступки.
Не знаю, что было бы дальше. Возможно, на меня и правда напали бы или потребовали новых поединков теперь уже с более сильными противниками. Но в какой-то момент я оказалась за чьей-то широкой спиной, укрывшей от злых взглядов.
– Всем успокоиться! – послышался повелительный голос, от которого даже у меня мороз пошел по коже.
Тут же захотелось склонить голову – настолько мощной энергетикой веяло от моего защитника. С удивлением поняла, что это наследник. Нечто подобное я ощущала только когда смотрела на его отца в первый день в Академии. Теперь же с удивлением поняла, что когда захочет, Михаил может выглядеть не менее внушительно.
– Мне рассказали, из-за чего произошли обе дуэли, – добившись нужного эффекта, продолжил он говорить. – И я считаю, что Елена Незнамова была в своем праве. Похоже, многие из вас забыли о том, как зародилась традиция вассального договора. И что не только у вассала есть обязанности перед сюзереном, но и у последнего они есть. Быть для вассала чем-то вроде мудрого и справедливого отца, которому подчиняешься из уважения и признания его заслуг. И в свою очередь рассчитывать на ответное уважение и поддержку. Власта Антипова сама нарушила свои обязательства, унижая и оскорбляя своего вассала прилюдно. Так чего же ожидала взамен? К тому же, осмелюсь напомнить, что она всего лишь дочь сюзерена, а потому безраздельного права распоряжаться вассалом не может. О том же, почему Леонид Константинович так плохо воспитал дочь и не научил ее видеть разницу между слугой и орном, я готов поговорить с ним отдельно. Хотя, пожалуй, относились к этой орне даже не как к прислуге, а как к бесправной рабыне. Стыдно в этой ситуации должно быть не ей, а зарвавшейся девчонке, которая посчитала себя вправе поступать так, как даже ее отец себе не позволяет.