Экзамен у нашей группы принимал огненный чародей. Нет, безусловно, магия-то одна и та же у всех, но у сильных колдунов порой бывали особенности дара. Вот и в руках у этого зайтана золотистая магия казалась рыжей и горячей. Он, наверное, огонь может даже без аркана разжечь. У гайронов, как правило, склонность была к водной стихии. Магия приобретала беловатый или голубоватый оттенок золота и словно текла с рук, а не сыпалась искрами, как у этого аллоранца.
На прохождение испытания по плетению арканов уже образовалась очередь, и я заняла место следом за очень дорого одетой зайтой в ярко-лиловых шальварах, кричаще-синей блузке без рукавов и бирюзовом шерстяном пальто, небрежно накинутом на одно плечо. На шее у неё переливалось ожерелье из розового золота с аметистами, а угольно-чёрный хвост держала заколка из крупных жемчужин цвета фуксии. Девушка скользнула по мне равнодушным взглядом шоколадных глаз и посмотрела на преподавателя.
Рядом с ним потела от натуги веснушчатая полненькая рыжая магесса.
— Восемь засчитано, — холодным тоном отчеканил брюнет и приказал: — Продолжайте.
Короткий вздох, и в воздухе появились очертания следующего аркана. Рыжая выводила указательным пальцем линии, они дрожали и норовили распасться на перевитые куски, но каким-то чудом держались вместе. Девушка была настолько напряжена, что пот заливал глаза, щёки покраснели от напряжения, а ноздри небольшого носа трепетали.
— Девять засчитано, — сказал преподаватель, когда аркан засветился под руками абитуриентки.
— А можно сделать перерыв? — жалобно спросила медноволосая.
— Нет, строго подряд. Но остановиться можете в любой момент. Продолжаем или засчитываем девять?
— Продолжаем, — отчаянно кивнула девушка и решительно поджала пухлые губки.
Десятый аркан замерцал в воздухе, то бледнея, то наливаясь силой под дрожащими руками рыжей. Вьющиеся волосы прилипли ко лбу и вискам, от усердия она прикусила губу.
— Десять засчитано. Дальше.
Я думала, что девушка выдохнется на одиннадцатом или, в крайнем случае, на двенадцатом аркане, но ошиблась. Кривоватые и косенькие, слабые и дрожащие в воздухе, вместо того чтобы зажигаться, как пристало нормальным арканам, они сплетались один за другим, и девушка неожиданно для всех дошла аж до семнадцатого аркана. Даже понимая, что передо мной потенциальная конкурентка за место в академии, я всё равно за неё болела и прониклась сочувствием. С таким неподдельным упорством она выводила одну магическую линию за другой, что сложно было не сопереживать. Но вот восемнадцатый аркан потух в воздухе, так и не замкнувшись, и преподаватель сказал:
— Семнадцать арканов. Тридцать четыре балла. Дайте руку, я поставлю отметку.
Медноволосая протянула ему наверняка мокрую от волнения ладонь и получила надпись «34» прямо под порядковым номером.
Следом абитуриенты шли один за другим. У высокого беловолосого парня неожиданно сорвался одиннадцатый аркан. Он плёл их так уверенно и быстро, что никто всерьёз не ожидал такого исхода. Парень и сам в немом ужасе смотрел, как тает в воздухе его колдовство.
— Десять арканов, давайте руку.
— Погодите! Да я с лёгкостью делаю все двадцать! — возмутился парень. — Позвольте мне вторую попытку.
— Посмотрите на очередь, зайтан. Если каждому позволить по две попытки, мы простоим тут до вечера. Вы же не предполагаете, что именно к вам должно быть особое отношение?
Ярко одетая девушка передо мной хмыкнула и выразительно закатила глаза. Долговязый парень в шоке уставился на преподавателя.
— Давайте руку и идите. Впереди у вас ещё три испытания, просто не торопитесь больше, — чуть мягче сказал экзаменатор и влепил беловолосому двадцатку.
Очередь двигалась медленно. В основном, абитуриенты могли сотворить около двенадцати-пятнадцати арканов, и я сильно этому удивилась, а потом вдруг поняла: они же люди! То, что мне было доступно в одиннадцать лет, может быть недоступно им никогда. Нет, теперь-то я обязана сплести все двадцать арканов!
Когда дело дошло до ярко одетой зайты передо мной, я уже порядком успокоилась. Даже девятнадцать стало бы отличным результатом. Сорока баллов на моих глазах не набрал никто. И стоит ли привлекать к себе внимание, делая это?
Девушка небрежно кинула дорогое бирюзовое пальто на траву, размяла кисти и принялась колдовать. Она делала это… красиво. Точёные пальцы скользили по воздуху, словно лаская и поглаживая его. Арканы у неё получались чёткие и яркие, почти ослепляющие. Даже экзаменатор любовался, завороженно следя за движениями изящных рук. Да, плела она обеими руками, значит, и двухуровневые арканы уже освоила.
— Восемнадцать засчитано, — одобрительно сказал преподаватель. — На какой факультет вы планируете поступать?
— Ещё не решила, — пожала плечами магесса и лихо добавила: — Хотела бы на защитно-боевой, но нормативы по физподготовке там писали настоящие садисты.
— Буду считать это комплиментом, — широко улыбнулся экзаменатор. — Я декан защитно-боевого факультета, зайтан Гадуар.
— Приятно познакомиться, — ничуть не смутилась магесса. — Зайта Элитера.
Брови экзаменатора на секунду приподнялись, а затем он сказал:
— Продолжайте, зайта Элитера, правила общие для всех.
В итоге она выполнила все двадцать арканов. Кажется, к моменту, когда всё закончилось, в неё была влюблена половина абитуриентов мужского пола из нашего круга.
— Следующая.
Шагнув к экзаменатору, я отключилась ото всех мыслей. Чистый разум. Только магия. Арканы я плела один за другим. Мои движения не сильно уступали в изяществе зайте Элитера, и я тоже работала обеими руками.
— Девятнадцать засчитано. Везёт мне сегодня на одарённых барышень, — весело заметил зайтан Гадуар.
Я сделала глубокий вдох и сосредоточилась на последнем аркане, игнорируя чужие взгляды. Восхищённые, завистливые, заинтересованные.
Хаинко, помоги!
Арканы второго десятка были куда сложнее, самые простые все плели первыми. Последнее, двадцатое плетение останавливало кровь при ранениях. Я хорошо его знала и прекрасно умела исполнять, проблема была в том, что после девятнадцати других арканов в голове звенело, во рту появился кислый привкус, а в глазах двоилось. Большой расход магии и длительное предельное сосредоточение — вот что мешало на самом деле, а отнюдь не сложность самого аркана.
Пальцы рисовали узор. Плечи свело от напряжения. Виски ломило. Магия уже ложилась неровно, я чувствовала, что работаю на пределе. Вдруг линии под моей рукой дрогнули и замерцали, погаснув. Не поверив своим глазам, я плеснула в аркан силой… и он зажёгся голубоватым светом. Успела! Удержала!
— Двадцать. Поздравляю. В последнее мгновение подхватили плетение, — довольно заметил экзаменатор. — Давайте руку.
На тыльной стороне ладони зажглись заветные цифры, и я позволила себе широко улыбнуться, с облегчением выдыхая невероятное напряжение.
— Браво, — заметила яркая брюнетка, не отрывая от меня любопытного взгляда. — Вы откуда?
— Я родилась в Аберрии, но мои родители аллоранцы, — ответила я заготовленную легенду. — Зайта Инор.
— Распространённая фамилия, — цокнула языком зайта Элитера. — И очень много гайроньей крови, судя по всему.
— Да, есть такое, — не стала отрицать очевидное я.
— Ясно. Ну что ж, будем знакомы, зайта Инор, — хмыкнула яркая брюнетка, подбирая с земли пальто. — Пойдёмте искать аудиторию, где будут проходить письменные экзамены.
— И я с вами, — увязалась следом полноватая рыжая магесса. — Зайта Ерроска. Очень приятно! Ну вы даёте! По сорок набрали, это надо же. Чудеса!
Нужную аудиторию нашли не сразу, пришлось немного побродить по этажам. К счастью, на экзамен пускали в индивидуальном порядке, и у каждого был свой личный временной лимит, поэтому, сверив наши имена и свидетельства о рождении с магическим талмудом, пожилая преподавательница предложила вытянуть билеты, взять листочки с карандашами (принесённая с собой канцелярия оказалась под строжайшим запретом) и занять свои места. Времени на эссе отвели немного — всего час.
— Ровно через час лист немного потемнеет и станет жёстким. Как только это случится, подходите и сдавайте работу, ничего дописать вы всё равно не сможете, — напутствовала преподавательница.
Мне попался билет «Первая всемирная межрасовая война», и я возликовала. Эту тему я знала.
Время пролетело незаметно. Казалось, только сели по местам, и тут лежащий на столе шёлковый лист затвердел и покрылся матовой корочкой. Дважды перечитав работу, я сдала её пожилому экзаменатору. Он бегло просмотрел текст и вернул мне лист с пометкой «26 баллов» и списком недочётов.
Я неверяще уставилась на свой лист. Почему такая низкая оценка? Я же знаю эту тему!
— Позвольте, но…
— Никаких споров до конца испытаний, зайта Инор. Идите сдавать математический тест, иначе не успеете. Время ограничено.
На ватных ногах я шла прочь из аудитории, краем глаза заметив, что полненькой рыжевласке поставили сорок баллов. Сорок!
— Очень глубокая работа, зайта Ерроска. Чувствуется гибкий пытливый ум. Таким всегда рады на исследовательском факультете, — пропыхтел экзаменатор, проверявший её листок.
Засветившаяся от похвалы магесса довольно тряхнула волнистыми волосами и вышла из зала вместе со мной.
— Теперь математика. Будем ждать зайту Элитеру или сами пойдём? — спросила она у меня, сияя веснушками.
Я потерянно глядела на её счастливое лицо, ещё не осознав до конца весь ужас своего положения. Всего 26 очков!
— А чего меня ждать? Я уже тут! — подошла ярко одетая брюнетка с новой отметкой «37» на руке. — Скосили мне три балла за нелогичный вывод, неучи. Вот увидят, так и будет, как я говорю. Много они понимают во внешней торговле!
— Ой, да не расстраивайся так, зато намагичила на сорок баллов! — обезоруживающе улыбнулась мне рыжая. — Пойдёмте, девочки, нас ждут задачки.
Она аж руки потёрла от предвкушения, и я окончательно смешалась. Сколько у неё за тест будет? Сорок баллов? Или сразу сорок пять, чего уж мелочиться?