Хэсина тоже была бы в безопасности, если бы ему хватило любезности поделиться с ней противоядием.
Придумай план. Она медленно протянула руку за вином. Если она откажется, то испортит переговоры, которые пока что проходили безукоризненно. Придумай…
Она не успела взять рог, потому что его уже сжала рука другого человека.
– Vrakan, – произнес Акира, почтительно склонив голову. – Hahzan un dal. Вино выпью я.
Брови принца поползли вверх.
– Кто этот человек, владеющий кендийским языком?
Заключенный, который хранит слишком много тайн и лишает Хэсину дара речи чаще, чем она готова признать.
– Я всего лишь представитель королевы, – сказал Акира, не дав Хэсине ответить. – А значит, если мне не изменяет память, я могу поднять рог от ее лица.
А потом он выпил вино – прежде чем кто-либо успел его остановить.
Он продемонстрировал всем пустой рог. Хэсина глядела на него с ужасом. Благие герои. Она чувствовала, что у нее подкашиваются колени. Что он наделал?
– Мне хотелось попробовать это вино, – проговорил Акира. Бывший заключенный смотрел не на Хэсину, а на принца, который выглядел так, как будто произошедшее его одновременно позабавило и разозлило. – Мне говорили, что Дракон Шахрин всегда предлагает гостям только лучшее. – Акира взглянул на дно рога. – К сожалению, я разочарован.
Хэсине было все равно, кем на самом деле являлся Акира, какие преступления он совершил и сколькими языками владел. Он выпил отравленное вино. Теперь он умрет вместо нее. В ее груди бились чувства, названия которых она не знала, и из-за них воздух в ее легких густел и становился липким. Она схватила Акиру за руку и притянула к себе, а потом подала стражам сигнал. Они тут же встали кольцом вокруг них с Акирой.
– Мы уходим, – сказала она принцу.
– Так не пойдет.
По берегу реки пронесся сухой ветерок, но он был не очень сильным и не мог заставить шевелиться песчаные насыпи вокруг них. Однако это происходило. Стражи плотнее окружили Хэсину.
Прямо из-под земли начали появляться фигуры в черных капюшонах.
– Задержитесь ненадолго, – произнес принц хриплым голосом. – И мы предложим вам лучшее.
Пятнадцать
Невежество приводит к распространению лжи.
Если вы прислушиваетесь к тому, что говорят пророки, вы никогда не будете свободны.
Двенадцать наемников возникли из песка, словно ростки бамбука.
Хэсина сжала руку Акиры и только потом осознала, что все еще ее держит. Выпустив его пальцы, она взглянула на своих спутников. Они напряженно смотрели на наемников. Возможно, они не понимали, как работает магия и на что она способна, но ее было невозможно ни с чем спутать. Она казалась аномальной – как и те, кто призвал ее к жизни. Все это – движущиеся пески, поднимающиеся из них наемники – явно было делом рук пророков.
– Покончите с ними побыстрее, – приказал принц, взмахнув рукой.
Послышался шепот клинков. Наемники синхронно вынули их из ножен и пошли в атаку.
– Убивайте, только если это будет необходимо, – шепнула Хэсина своим людям. Потом она достала бомбы и подбросила их высоко в воздух.
Клубы красноватого дыма взмыли вверх и стали медленно опускаться на их головы.
«Пожалуйста, – мысленно взмолилась Хэсина, надеясь, что Санцзинь увидит сигнал. – Поторопись».
– Вам не сбежать! – раздался из красной дымки голос принца. Он подумал, что они хотят отвлечь внимание и отступить. Слева от Хэсины послышался крик, справа – лязг металла. Когда дым рассеялся, она увидела, что ее спутники сражаются, окружив ее плотным кольцом. Но силы были не равны. Некоторым из ее людей приходилось одновременно биться с двумя или даже тремя наемниками. Кольцо распалось.
Группы сражающихся рассыпались по берегу. Хэсина оказалась рядом с разведчицей. Один из наемников бросился на них, и Хэсина ударила его мечом. Он еще даже не успел упасть, как его место заняли двое других. Один атаковал разведчицу. Другой наступал на Хэсину.
Она уклонилась от первого удара и отразила второй. Их взгляды скрестились так же, как и их клинки. Голова наемника была повязана черным шарфом, а лицо скрывала ритуальная маска животного с прорезью для рта. Замахиваясь мечом, он сжал зубы, и Хэсину обдало запахом гниющих семян гинкго.
Рукоять меча выпала из рук Хэсины. Она сумела поймать ее и, не тратя время на то, чтобы испугаться, сделала шаг влево. Наемник занес меч справа. Она попыталась увернуться от лезвия, которое неслось к ней серебряной вспышкой. Она не успеет избежать удара, но, если она уклонится от него, он может лишь слегка задеть ее…
Меч опустился. Ощущения накрыли Хэсину не сразу, а одно за другим: пульсирующее тепло, липкая струйка крови, а потом – боль, охватившая ее ребра и заполнившая пространство между ними.
Она дотронулась до правого бока. Мантия и рюцюнь были порваны и пропитаны кровью. Ее охватила паника. Где ходит Мэй, когда она так нужна?
Но рана могла быть гораздо хуже. К тому же наемник вложил в этот удар всю свою силу. Он рассчитывал, что Хэсина упадет. Он продолжал двигаться по инерции, когда она занесла руку так, как учил ее Санцзинь. В глазах ее противника вспыхнуло понимание, и он попытался вернуть равновесие.
Она нанесла удар раньше, чем он успел это сделать.
Меч Хэсины вошел в его плоть, словно проволока в мягкую глину. Кровь брызнула ей на щеку, но не это привело ее в ужас. Она застыла, когда наемник начал хватать воздух ртом, зажимая руку, из которой текли струи алой крови.
Потом он закричал, и его вопль вывел Хэсину из транса. Это был дикий, животный рев, поэтому, когда он поднял меч и ринулся на нее, она поняла, что лучше отступить. Она опустилась на песок, перекатилась в сторону, поднялась на ноги и уже была готова продолжать сражение, когда кто-то повалил ее обратно.
Хэсина решила, что с нее достаточно. Она резко дернула головой назад. Что-то щелкнуло. Кто-то охнул. Вес сместился, и Хэсина выбралась на свободу. Потом она схватила нападавшего за шею и уже уткнула его лицом в песок, когда, к своему удивлению, заметила, что его волосы перевязаны шнурком.
– Не вставайте! – прохрипел Акира. Над их головами пронесся сюрикэн.
Когда опасность миновала, он помог ей подняться на ноги.
– Оказывается, песок не так плох на вкус. – Он метнулся куда-то за спину Хэсины и поднял свой прут. – Правда, второй раз я бы его пробовать не стал.
Он разговаривал как обычно. Он выглядел как обычно – если не считать ожогов от песка. Неужели в вине все-таки не было яда?
Удивление Хэсины росло, но у нее не было времени на то, чтобы задавать вопросы и извиняться. На них уже неслась новая волна атакующих. Вместе они отбивались и наносили удары. Акира страховал ее, если она раскрывалась. Хэсина прикрывала его спину. Их движения слились в одно, образовав союз дерева и стали, и, когда он распался, это случилось не из-за удара миссионера.
Это случилось потому, что Акира толкнул их собственную разведчицу. Наемник, с которым она сражалась, ускользнул от ее удара и бросился прочь.
– Что ты делаешь? – крикнула она.
– Этот на нашей стороне, – сказал Акира.
Хэсина недоуменно окинула сражавшихся взглядом. «Этот» уже успел найти себе нового противника – одного из стражей Хэсины. Страж занес руку для удара. «Этот» уклонился, и меч впился в ничего не подозревавшего наемника, находившегося за его спиной, в то время как «этот» понесся дальше. Из-под его капюшона выбилась коса, черная, как вороново крыло.
Из-под ее капюшона.
Прежде чем Хэсина успела перевести дыхание, Мэй подлетела к стражу, сражавшемуся с двумя противниками сразу, рассекла обоим наемникам колени, и через секунду уже стояла рядом со своей королевой.
– Ты все-таки пришла, – проговорила Хэсина. Она отошла от потрясения, и ее душа наполнилась счастьем, немного неуместным в текущих обстоятельствах.
Мэй вытерла кровь с ножа.
– Я подумала, что мое присутствие может вас порадовать. У вас есть план?
Да, план у нее был. Но его реализация полностью зависела от Санцзиня.
Конечно, она, как обычно, могла обойтись и без него.
– Нет. Мы просто сражаемся.
Коротко кивнув, Мэй принялась за работу. С ее помощью ход сражения изменился. Вскоре из восьми наемников, еще способных биться, осталось семь. Потом семь превратились в пять, а пять – в четыре.
Три.
Два.
Потом один. Акира и Мэй добили его – прутом между ног и рукоятью ножа по голове.
Хэсина, промокшая от крови и пота, опустила свой меч. Ее соратники последовали примеру королевы и вместе с ней обратили взгляды на принца. Они выглядели не лучшим образом, но то же самое относилось и к поверженным наемникам. Все они были в синяках и в крови.
И никто – ни один из них – не загорелся голубым пламенем.
От выброса адреналина Хэсина с трудом соображала. Медленно, очень медленно она поняла, что трюк с песчаными насыпями устроили не наемники. И не дети – они с трудом справились с тем, чтобы призвать росу. Но тогда кто это совершил?
– Я впечатлен, – проговорил принц, улыбаясь, несмотря на то, что его войско лежало на песке и стонало. – Но не думайте, что победили.
Он сделал знак рукой. Женщина, стоявшая за ним, шагнула вперед и откинула вуаль. Ее лицо оказалось молодым, гладким и – к удивлению Хэсины – овальным. Это значило, что в ее жилах текла яньская кровь. Но как так вышло, что девушка из Яня стала советником принца Кендии?
Песок под ногами Хэсины провалился – словно в ответ на ее немой вопрос.
Она увязла по щиколотку. Воздух прорезал крик, но он вырвался не из ее горла. Хэсина была слишком ошеломлена. Она не сводила глаз с девушки с овальным лицом, которая наблюдала, как она тонет.
По вине этой пророчицы исчезли деревни. Именно она была причиной того, что Янь оказался на пороге войны. В сердце Хэсины начал разгораться гнев, но вскоре он снова уступил место ужасу. Ради своего королевства, ради людей и пророков, которых иначе ожидали невыносимые страдания, она должна была остановить эту девушку. Не только здесь и сейчас.