Он улыбается в ответ.
– Мы это сделали.
По его щекам быстро расползается румянец. Уилл смотрит на дорогу. Потом его взгляд возвращается ко мне. Мне хочется, чтобы он всегда возвращался.
Я наклоняюсь ниже. Меня тянет к нему – такому теплому, настоящему и возбужденному успехом.
Уилл так близко, что можно его поцеловать. По-настоящему. Не просто в щеку.
Над оставшейся щетиной его губы такие же розовые, как и щеки. Эта комбинация придает глазам парня еще большую голубизну, словно мелководью в летние дни и…
– Останови машину, Уилл! Я хочу посмотреть. Вы это видите? Отсюда такой прекрасный вид!
Я отстраняюсь, а Софи разворачивается – она явно наблюдала за пламенем.
– Сомневаюсь, что это хорошая идея, Соф. – Голос Уилла мягкий, но строгий. – Агната подставила нас – как только эти люди очнутся, тот, что встречался с ней около убежища, поведет их прямо туда. Нужно обогнать их.
Он прав, хотя мы заслуживаем права посмотреть. Я не могу поспорить с его логикой – как, судя по всему, и Софи.
– Ладно, хорошо. Ты прав. Я просто хотела насладиться видом, – надувает губки Софи.
– На мой взгляд, ты сможешь насладиться видом и с заднего сиденья, – замечает Уилл. – Как насчет того, чтобы следить, никто ли нас не преследует, раз ты все равно туда смотришь?
– Ладно. Но если вы поцелуетесь, я все равно увижу это, даже если отвернусь. У меня есть глаза на затылке.
Мостовая заканчивается. Начинается немощеная дорога из утрамбованной земли. Колеса вращаются под нами мягче. Радость от управления автомобилем возвращается на лицо Уилла. Он улыбается.
– Посмотрим, как быстро может ехать эта малышка.
Пару движений рычагов и ног – и вот мы уже едем в два раза быстрее, несясь вниз по холму. В лицо бьет ветер. Софи разворачивается, придерживая спящую Агнату на коленях. Мы спускаемся с холма в долину. Под серым небом раскидываются зеленые пастбища.
Моя рука подлетает к голове, удерживая шапку. Но слишком поздно я понимаю: шапка Уилла в опасности. Ветер забирает ее. Софи пытается поймать вещицу, но в процессе теряет и свою. Шляпы улетают в сторону пастбища, покрытого пятнами в виде спящих коров.
Мы решаем спрятать машину в маленькой пещере, вырезанной морем в утесе на берегу. Уилл пристегивает мягкую крышу к раме и отходит, явно без радости.
– Соленая вода повредит ее двигателю.
– О небеса, Уилл, – стонет Софи, – только не говори, что ты дал машине имя.
Его щеки розовеют. Юноша хмурится.
– Фрейя заслуживает лучшего, чем эта пещера.
Софи закатывает глаза.
– А где ты хотел припарковать Фрейю? На пляже, где ее легко стащат? Или, может, прямо перед домом Катрин – чтобы у охраны была большая и жирная зацепка в виде Фрейи?
Уилл хмурится. Я хватаю Софи за руку, чтобы помешать ей продолжить речь. Нам нельзя тратить время. Софи повинуется. Мы с ней надеваем рюкзаки и берем дополнительные пары сапог для коллекции Катрин. В это время Уилл перекидывает Агнату через плечо. Она все еще связана. Мы вернули на место кляп на случай, если девушка проснется и начнет кричать.
Пещера Фрейи где-то в миле от убежища. Совсем недалеко, но не идеально – учитывая, что нам все еще приходится тащить Агнату. Мы идем молча. Тучи словно припали к земле. Молнии приближающегося шторма пронзают воду в проливе Эресунн. Этого достаточно, чтобы мы ускорили шаг без лишних слов.
Я наблюдаю за сапогами Уилла впереди меня, пока мы идем дальше. Осталось пройти еще чуть-чуть. Мы стараемся не думать о будущем. Конечно, придется снова сбегать, ведь убежище раскрыто. Ни один из нас не может вернуться домой. Мы способны лишь идти вперед. В следующее убежище. На следующую миссию.
Почти рефлекторно мои мысли обращаются к волнам рядом с нами. Вода просачивается сквозь песок, оставляя свои следы с каждым вдохом и выдохом прилива. Ее энергия искрится в воздухе, которым мы дышим. Хоть я не ела уже много часов и не спала по-настоящему много дней, она придает сил и очищает. На моем лице появляется улыбка. Внезапно я чувствую, что сделала правильный выбор. Но потом что-то хлопает меня по ступне. Я опускаю взгляд и подавляю вскрик.
На меня смотрит рыба. На месте ее глаз чернеет темная, точно ночь, кровь.
Это зрелище заставляет меня резко остановиться. Софи врезается прямо мне в спину с хорошо слышным «бум» и вскрикивает:
– Эй, что… о боже, что это такое?
– Я… я не знаю.
Впереди Уилл останавливается и поворачивается так быстро, как только позволяет ему вес Агнаты.
– Ребята… – произносит он. Мой взгляд тотчас обращается к волнам.
Там поверхность покрывают сотни, даже тысячи рыб брюхом вверх. Из их глаз в воду течет гниющая кровь.
О отец, что ты наделал?
Я смотрю на Уилла.
– Нужно возвращаться прямо сейчас. Можешь бежать с ней на руках?
Он не отвечает. Просто срывается с места.
Софи достаточно напугана, чтобы просто последовать его примеру. Однако я чувствую, что на ее языке вертятся вопросы.
Мы бежим вниз по берегу и поднимаемся по маленькому холму. Там я впервые услышала, как Агната рассказывала о нашем местоположении. После холма еще пара шагов и… ой.
Маленьких кустов, скрывающих окна и дверь, больше нет.
Больше ничего нет – кроме пологого холма, покрытого зеленью.
– Что? – пытается отдышаться Уилл. – Я бывал здесь сотни раз. Оно всегда прямо…
– Магия, – шепчу я с улыбкой на лице. Умная Катрин. – Я ее чувствую. Какое-то заклинание укрытия.
– Ну и как его открыть? – спрашивает Софи, сбрасывая рюкзак на землю. – Катрин! Ты там? Это мы!
Уилл хватает ее за руку, пытаясь заставить замолчать, и чуть не роняет Агнату в процессе.
– Это может быть ловушка.
– Стойте, смотрите! – вскрикиваю я. Оба замирают.
Холм перед нами мерцает. Потом в нем появляется зияющая дыра в виде двери. Спутанные волосы Катрин раздувает ветром, словно это видение. Она кажется как довольной, так и испуганной при виде нас.
– Быстро заходите внутрь! Руна, ты должна кое-что увидеть.
Она ведет меня в комнату первой, чуть ли не загоняя внутрь. Когда взгляд привыкает к освещению, у меня отпадает челюсть. Там, над очагом висят слова – такие же четкие, как если бы они были написаны чернилами на бумаге. Это очень краткие инструкции.
Война твоего отца добралась сюда.
Не могу сражаться вместе с вами без кольца.
Верни его мне как можно скорее.
Кольцо.
Я смотрю на свою руку, но знаю: его там нет.
Украшения не стало, как только я вошла на склад.
Меня накрывает понимание. Софи уже возле меня. Девушка задает вопросы, которые не стала яростно шептать на берегу.
– Что все это значит, Руна? Что в этом кольце такого особенного? И кто, черт возьми, пишет слова в воздухе дымом, словно третьесортное привидение из моих сказок?
Я сглатываю и встречаюсь взглядом с Уиллом. Он единственный, кто знает. Очевидно, парень сохранил мою тайну. За его спиной Катрин спокойно наблюдает за происходящим.
Я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к Софи. Та испепеляет меня неподвижным взглядом.
– Морская ведьма, превратившая меня в человека, нуждается в кольце. С ним она сможет остановить войну, которую хочет устроить мой отец, морской царь. Довольна?
На ее лице сначала мелькает шок. Потом он становится чем-то вроде понимания.
– А я думала, это мой отец придурок, раз поддерживает войну. Твой отец собирается войну начать? Разве он не знает, что мы уже и так заняты своей?
– Именно поэтому он так и поступает, Соф, – говорит Уилл и аккуратно усаживает Агнату на стул. Она этого не заслуживает. – Нанести удар по врагам, пока они слабы. Это срабатывает в управлении миром, как и в боксе.
Я киваю.
– По причинам, частично вызванным мной, отцу сейчас нужно больше магии. У него монополия на магию моря. Теперь он желает забрать единственную магию, которой не владеет, – земную.
Софи принимает новости, опускаясь на ближайший стул, словно ее тело стало тяжелым.
– Я отказалась от своей семьи, стала ведьмой и уничтожила королевское имущество не для того, чтобы меня убил какой-то волшебный морской царь.
Я делаю глубокий вдох.
– Софи, вообще-то это и не мой план. Но мы имеем, что имеем. Сейчас единственный способ нам или любым другим ведьмам поблизости пережить это нападение – получить помощь морской ведьмы. Нужно достать ей кольцо Николаса. Медлить нельзя. Те мертвые рыбы? Это только начало.
– Ну, мы все знаем, что у меня кольца нет, – фыркает Софи, скрестив руки на груди.
– Нет, – говорю я, прежде чем кивнуть на нашу пленницу. – Но у нее может быть.
Мы с Софи обыскиваем карманы Агнаты, а Уилл наблюдает и ждет, нахмурившись. Мы все знаем, что его там не окажется, но после безуспешных поисков все равно испытываем разочарование. Зато находим маленький мешочек на тесемках с кронами.
Агната действительно продала нас не только за свою свободу.
Уилл забирает монеты. Я сажусь перед девушкой и убираю кляп. Ее голова свешивается набок. Темные пряди выбились из косы.
– Vakti.
Как только звучит заклинание, глаза девушки распахиваются. Она делает глубокий вдох, будто последние пару часов провела под водой, а не во сне. Ее взгляд перемещается с моего лица на Уилла, а потом наконец останавливается на Софи. Катрин же, кипятящую над огнем чайник, девушка вообще игнорирует.
– Я все еще… здесь? – Агната, щурясь, глядит на меня. – Я думала, ты убьешь меня. Как и тех стражников. Те бедные люди лишь исполняли…
– Побереги свою праведность. Они не мертвы, глупая, – встает Софи. – Тебе повезло, что и ты нет. Так что я бы поберегла критику для кого-то другого.
– Где кольцо? – спрашиваю я. У нас действительно нет на все это времени.
– Кольцо?..
– Агната, серьезно, я готова спалить тебе брови, а Софи и того хуже. Кольцо Николаса, – рявкаю я. – Оно было на моем пальце, прежде чем меня вырубили и притащили на склад. Куда оно делось? Ни у одного из охранников, которых мы обыскали, его не было.