Дэн Сяопин полностью поддержал такое предложение: «Пусть будет “особая зона”, ведь район Шэньси – Ганьсу – Нинся вначале тоже называли особой зоной. У Центрального правительства нет денег, мы можем лишь задать направление, а вы будете самостоятельно пробивать дорогу». И он по своей инициативе предложил вопрос о провинции Гуандун на рассмотрение ЦК.
ЦК КПК совместно с Госсоветом одобрил внесенное предложение и поручил властям провинций Гуандун и Фуцзянь подобрать аргументацию и разработать конкретный план реализации проекта, а также вместе с Гу Му провести все необходимые исследования и приступить к работе.
С 11 мая по 5 июня рабочая группа Госсовета под руководством Гу Му проводила исследования на местах. В Гуандуне состоялась конференция с участием Си Чжунсюня, Ян Шанкуня, Лю Тяньфу, У Наньшэна, Ван Цяньго, Цэн Динши, Лян Сяна и другими. Также была назначена встреча с секретарем рабочего комитета по Гонконгу и Макао Ван Куаном. В Фуцзяне группа была принята Ляо Чжигао и другими руководителями. Участники группы нанесли отдельный визит маршалу Е Цзяньину, который как раз находился в Гуандуне.
После тщательного изучения обстановки на местах Гу Му и представители провинциальных комитетов пришли к выводу: необходимо раскрыть потенциальные экономические преимущества Гуандуна и Фуцзяня, провести реформы экономической системы, реорганизовать излишне централизованную систему плановой экономики и повысить активность на местах. Гу Му определил основные мероприятия в рамках проекта, а также помог коллегам из провинций составить проект доклада в ЦК.
Уже 15 июля ЦК и Госсовет утвердили доклад. Было принято решение ввести особый курс и гибкие меры по отношению к этим двум провинциям, а также создать четыре особые экономические зоны – в Шэньчжэне, Чжухае, Шаньтоу и Сямэне.
Подобные мероприятия в значительной мере способствовали расширению народного сознания – они стали первым шагом в осуществлении открытости за счет политического курса, а словосочетание «особая зона» отныне считалось знаковым термином эпохи реформ и открытости.
Особые экономические зоны
Политика внешней открытости, получившая распространение на приморских территориях, руководствовалась простыми принципами: осторожный прогресс и взвешенные действия. Работа в этом направлении продвигалась медленно, расширяясь постепенно, шаг за шагом, и каждый шаг непременно подкреплялся законодательно – официальными документами ЦК или ВСНП, в которых обобщались достигнутые результаты.
15 июля 1979 года ЦК опубликовал постановление, положившее начало этому процессу – проведению в жизнь политики внешней открытости – и описавшее те гибкие меры, которые будут применяться в провинциях Гуандун и Фуцзянь. Им предоставлялась большая автономия, чтобы задействовать имеющиеся преимущества, воспользоваться благоприятной международной обстановкой и сделать шаг вперед – в кратчайшие сроки поднять экономику.
Новая политика подразумевала переход предприятий, управляемых партией, в ведение провинций, введение системы полной подрядной ответственности[70], расширение возможностей для внешней торговли, разрешение на независимое получение инвестиций от китайских эмигрантов и зарубежных предпринимателей, внедрение рыночных механизмов в систему организации товарообмена и предпринимательства, наделение провинциальных властей полномочиями по регулированию оплаты труда и управлению ценами, а также учреждение в провинциях особых зон.
Осуществление особого курса в условиях проводимой в остальном Китае плановой экономики оказалось непростой задачей, и в его необходимости пришлось убеждать все центральные министерства и ведомства. Всю вторую половину 1979 года Гу Му разрывался между Пекином и этими двумя провинциями, шаг за шагом приближаясь к амбициозной цели.
20 сентября 1979 года Гу Му вновь приехал в Гуандун. А 22 сентября состоялась его встреча с ответственными лицами провинциального комитета. Си Чжунсюнь и остальные интересовались, какой масштаб действий нужен партии – малый, средний или крупный. В ответ на это Гу Му заявил: «ЦК хочет, чтобы Гуандун пошел в авангарде, чтобы Гуандун запустил крупномасштабную работу. Хромым это не под силу. Гуандун должен мчаться во весь опор, чтобы вырваться вперед всей страны. Теперь особые зоны будут создавать по вашему образцу. Вспомните “Да нао Тяньгун” (“Переполох в Небесном чертогах”), устроенный Сунь Укуном[71], – нельзя и дальше сидеть со связанными руками».
С 24 по 30 марта 1980 года Гу Му по поручению ЦК провел рабочее заседание представителей двух провинций, на котором были рассмотрены и обобщены результаты исполнения Документа ЦК № 50. Перед совещанием открывающая группа во главе с тогдашним заместителем руководителя госкомитета по экспорту и импорту Цзян Цзэминем отправилась в Гуандун для проведения предварительного осмотра. Участники заседания подтвердили достигнутые успехи, признали недостатки и высказали свои предложения. Таким образом, представители властей всех уровней смогли озвучить текущие проблемы, которые вызвали оживленную дискуссию. После тщательного изучения в течение полумесяца стороны пришли к единому мнению по большинству вопросов. Достигнутые соглашения укрепили отношения ЦК с представителями государственных органов провинциального уровня и местными администрациями, что в свою очередь способствовало ослаблению давления со стороны центральной власти и благоприятствовало провинциям в их стремлении «быть особенными, быть гибкими, быть в авангарде».
На заседании также обсуждалась формулировка «особая экспортная зона»: собравшиеся пришли к выводу, что она не вполне отражает назначение и функции этих районов. Последнее слово осталось за Гу Му, который объявил о замене названия «особая экспортная зона» на более широкое – «особая экономическая зона».
В своих мемуарах Гу Му вспоминал: «Мы создали особые экономические зоны в социалистическом государстве – такого в книжках по марксизму-ленинизму не встретишь. Это было новаторство, беспрецедентный социально-экономический эксперимент. Вот почему вопрос о создании этих зон так подробно обсуждался на заседании». По итогам заседания был составлен протокол, который 16 мая того же года партия утвердила и передала для распространения по всему Китаю в виде официального документа.
27 июля 1980 года в шэньчжэньском районе Лоху прошли сильные дожди: секретарь провинциального комитета У Наньшэн и приехавшие в Шэньчжэнь специалисты по городскому планированию оказались по пояс в воде. Для устранения последствий наводнения требовались большие средства, однако в Шэньчжэне еще не были созданы условия для оформления иностранных кредитов. У Наньшэн, убежденный, что даже самая лучшая хозяйка не сварит «кашу из топора», обратился к Гу Му с просьбой о государственном займе: «Без дрожжей не испечешь хлеба, так нельзя ли одолжить денег у государства в качестве “дрожжей”?»
Гу Му немедленно ответил согласием. Он уточнил, для чего берется займ и когда он будет возвращен, после чего помог городу в получении тридцати миллионов юаней. Радости У Наньшэна не было предела: он сообщил Гу Му, что теперь, когда есть «дрожжи», для создания особых зон не потребуется вложений со стороны государства, а когда зоны начнут функционировать, 400 тысяч м2 будут отведены под коммерческое пользование, при этом чистая себестоимость каждого квадратного метра составит девяносто юаней и принесет доход в пять тысяч гонконгских долларов. Таким образом, совокупная прибыль оценивалась примерно в два миллиарда гонконгских долларов (с. 83).
Так в истории появилась глава о запуске особых экономических зон Шэньчжэня за счет кредита в тридцать миллионов.
ВСНП принимает «Устав особых экономических зон провинции Гуандун»
Еще в 1979 году Гу Му совместно с руководящими лицами провинций Гуандун и Фуцзянь начал работу над проектом нормативного документа (властям каждой из провинций было поручено составить черновой вариант). В конце июля 1980 года, когда работа над проектом была завершена, Цинь Вэньцзюнь от провинции Гуандун и Цай Чанцзинь от Фуцзяня приехали в Комитет по экспорту со своими версиями «Устава особых зон».
Заместитель руководителя комитета Цзян Цзэминь провел обсуждение предложенных вариантов, по итогам которого проект от Гуандуна был отклонен, а проект от Фуцзяня послужил основой для финальной редакции документа. В общей сложности текст перерабатывался тринадцать раз – составители тщательно взвешивали каждое слово. Так, например, формулировки «цена земли» и «аренда земли» сочли противоречащими реалиям китайского общества после проведения аграрной реформы – их заменили на «срок землепользования» и «стоимость землепользования». Через два с лишним месяца работы появился правовой документ из 6 глав и 26 статей, который оставалось только передать на согласование высшему руководству.
21 августа 1980 года состоялся XV съезд постоянного комитета ВСПН 5-го созыва, на котором председательствовал Е Цзяньин. Гу Му находился в числе присутствующих. Цзян Цзэминю (с. 104) было поручено представить собравшимся «Устав особых экономических зон провинции Гуандун». Он подчеркнул, что у Китая пока недостаточно опыта в организации подобных районов, поэтому выработать общий нормативный документ для всех зон достаточно сложно – для утверждения пока предлагается только устав для провинции Гуандун.
26 августа 1980 года «Устав особых экономических зон провинции Гуандун», одобренный Е Цзяньином, был принят съездом. Процесс расширения внешних связей и проведения экономических реформ был ознаменован официальным рождением особой экономической зоны, провозглашенным в форме утверждения государственного правового документа.
Особые экономические зоны «выходят из кокона»
После принятия «Устава» Госсовет одну за другой утвердил четыре экономические зоны: в Шэньчжэне, Чжухае, Шаньтоу и Сямэне, площадь которых к 1993 году должна была составить соответственно 327,5 км