Для Поттеров Северус сделал короткую экскурсию по замку. После они все вместе, по настоянию Гарри, снова вернулись в Блэк–холл, в котором их ждал великолепный ужин. Притихшие дети с какой–то затаённой грустью смотрели на большие часы в гостиной. В семь вечера Гарри камином отправил Джеймса, Альбуса и Лили в «Нору».
— Может, заглянем на Диагон аллею? Мне надо кое–что забрать, — предложил Гарри Северусу. — И я хотел тебя поблагодарить. Это было так здорово. И вчера, и сегодня.
Северус кивнул, он несколько утомился, но в то же время чувствовал себя просто отлично. Так цельно и правильно. Говорить не хотелось. С тех пор, как он лишился, а затем вернул голос, он стал больше ценить слова и их значения.
Гарри обнял его возле камина и увлёк в чувственный поцелуй, поглаживая спину и дёргая за кончики волос.
— Гарри, привет! Всё готово, — поздоровался молодой человек, когда они вошли в одну из лавок на Диагон аллее, названия которой Северус, погружённый в свои мысли, не прочёл. — О, профессор Снейп, здравствуйте, — поздоровались и с ним.
Он посмотрел на въерошенные тёмно–русые волосы и карие глаза на простоватом лице, колдокамеру в руках и узнал студента, который учился на Гриффиндоре, года на три младше курса Поттера. Парень был довольно неплох в зельеварении, и на шестом курсе попал к нему на Высшие Зелья.
— Здравствуйте, мистер Криви.
Северус осмотрелся и понял, что они находятся в магическом фотоателье: множество колдографий под толстым стеклом на прилавке, специальные лампы в углах, колдокамеры и маггловские фотоаппараты на полках.
— Гарри, я сейчас принесу заказ, — скрылся хозяин в глубине подсобки.
— Северус, — шепнул Гарри, нервно облизывая губы. — Может… Может, сфотографируемся вместе?
Первой реакцией, которую Северус еле сдержал, был отказ в едкой саркастичной форме. Повезло, что последние шестнадцать лет он научился держать язык за зубами, а пользование артефактом самопишущего пера требовало обдумать и чётко сформулировать мысль.
Наружу рвались вопросы «зачем?», «почему?», «для чего?». Силой воли их он тоже смог затолкать куда подальше. Мерцающие в полумраке зелёные глаза смотрели на него с надеждой.
— Хорошо, — выдавил Северус, поймав себя на мысли, что совсем не против иметь фотографию с Поттером не просто в толпе с кем–то, а вот так — интимно — только вдвоём на одном снимке.
— Правда? — вцепился в него смущённо покрасневший Гарри, снова заглядывая в лицо. — Ты не против?
Северус промолчал, так как вернулся Криви, вручив Поттеру толстый конверт.
— Деннис, — кашлянул Гарри. — Мы хотели бы сфотографироваться. Мы с профессором Снейпом. Вдвоём.
— Хорошо, — лишь на долю секунды замер фотограф и затараторил: — Прошу за мной. Сейчас подберём подходящий фон. Всё будет в лучшем виде, Гарри, ты же знаешь.
Северус лежал на вновь трансфигурированной из кресел шкуре возле камина, пытаясь отдышаться после потрясающего оргазма. Гарри, который накинулся на него сразу по прибытии в их объединённые апартаменты, рухнул рядом, очистив их невербальным беспалочковым заклинанием.
— Одиннадцать. Скоро прибудут студенты, — взглянув на часы, пробормотал Северус. Спускаться в Большой Зал не очень–то хотелось, но что поделаешь.
— Прости, я забыл об этом, — смущённо засопел Поттер.
— Можешь остаться и отдыхать, — щедро предложил Северус, поднимаясь и леветируя расслабленного любовника в их постель.
— Спасибо, — довольно мурлыкнул тот, зарываясь в одеяло, и сонно пробормотал: — Я так тебя люблю…
Северус замер, затем обернулся, но Поттер уже нагло дрых, тихо посапывая в его подушку.
Защита замка сообщила, что кареты со студентами уже въехали во внутренний двор, так что пришлось поторопиться и оставить вопрос с признанием в любви на потом. Но, несмотря на здравый смысл, и что это может быть просто оговорка, или случайно сказанная фраза вежливости, сердце билось, как сумасшедшее: любит!
Глава 19. Скрытность
9 января, 2015 г.
Англия, Нора
— Привет… Гермиона, — поздоровался Гарри с подругой детства, встретившей его на крыльце Норы, возле которой он аппарировал. — А где Джинни?
— А… её нет, — пробормотала Гермиона, спохватившись и поспешно приглаживая несколько растрёпанные волосы, — сегодня же пятница, в субботу состоится матч «Нетопыри Ньюкасла» против, кажется, «Форфарских фейерверков», на закрытом стадионе где–то в Стаффордшире. Джин отправилась туда с самого утра и её не будет до воскресенья, — бывшая подруга робко улыбнулась. — Давно не виделись, Гарри…
— Да, давно, — согласился он. Впрочем, разговаривать на пороге под пронизывающим мокрым январским ветром было не очень приятно даже при наличии согревающих чар. — Дети готовы?
— Готовы?.. — переспросила Гермиона, как–то очень искренне удивившись. — К чему?
Гарри устало потёр переносицу, мелкие пакости Джинни стали очень быстро надоедать. Ещё на каникулах Драко сообщил о том, что будет праздновать девятилетие сына, которое, к тому же, совпадает с принятием статуса Наследника Рода. Именно поэтому Гарри произвёл «захват Скорпиуса», чтобы дети успели хотя бы познакомиться. Детское знакомство на рауте — последнее дело. Лучше в простой семейной и домашней обстановке. Тогда же через камин он договорился с бывшей женой, что девятого января сможет забрать Джеймса, Лили и Ала на день рождения Скорпиуса Малфоя. Конечно, с того времени прошло целых… четыре дня, и Джинн «запамятовала», что куда–то уезжает и забыла сказать об этом ему, и похоже предупредить Гермиону — тоже.
— Сегодня день рождения Скорпиуса. Дети приглашены на праздник в Малфой–манор, — ровно сказал Гарри, мысленно поблагодарив мудрого Северуса за то, что тот подсказал на всякий случай запастись детской выходной одеждой, обувью и забрать своих чад за несколько часов до приёма для раздачи инструкций. Он взмахнул палочкой вызывая патронуса, через которого послал очень вежливое напоминание Джинни.
Ещё через пару минут прискакала полупрозрачная лошадь и голосом бывшей жены сообщила ему и Гермионе, что разрешение даёт, а Джинни, как и предполагал Гарри «забегалась и просто забыла».
— Прости, я не знала, Гарри, — выслушав послание, ответила чуть расслабившаяся Гермиона. — Но и, сам понимаешь, я не могла их отпустить просто так… Может, это и вовсе не ты, а кто–то под оборотным, решил детей похитить… Ты зайдёшь?
— Молли дома? — спросил он.
— Нет, в том–то и дело. Я с детьми одна. Молли уехала в Годрикову Лощину к той старой тётке — Мюриэль. У Артура какое–то дежурство в Министерстве. Рон до полуночи на работе.
Гарри вошёл в дом, который когда–то считал родным и в который так желал попасть в детстве.
— Мама! Тётя Гермиона! Кто там пришёл? — выскочили пятеро сорванцов. Дети Рона и Гермионы были одногодками с Алом и Лили. Рози и Хьюго Гарри не видел давно и с трудом узнал.
— Папа! — пискнула Лили и первая бросилась к нему на шею.
— Вы что, забыли, что Скорпиус приглашал вас в гости на свой день рождения? — Гарри мягко укорил Джеймса, как самого старшего.
— Точно! Я же говорил, что это сегодня! — воскликнул Ал, пихая брата.
Гермиона кашлянула и отвела Гарри чуть в сторону.
— Я только не знаю… Боюсь, что у них нет подходящей одежды для Малфой–манора… Не хотелось бы, чтобы дети чувствовали себя… Ну… Там все в бриллиантах и шелках… У них, конечно, хорошая одежда, — тут же начала оправдываться подруга детства. — Но…
— Если не тыкать носом в «классовые различия», то в этом возрасте детям всё равно, — огрызнулся раздосадованный Гарри. — Но вообще–то у меня всё с собой… Были некоторые предчувствия.
Он достал из кармана и увеличил детскую одежду до нормальных размеров.
9 января, 2015 г.
Англия, Малфой–манор
— Знаешь, сложно описать, но… я так давно её не видел. Злился. Обижался. А сейчас мне кажется, что я был не прав… — сказал Гарри отчего–то напрягшемуся Северусу. — Она вообще–то хорошая, заботливая. А я ей нахамил… Я её бросил…
— Похоже, ты перебрал, Поттер, — довольно холодно сказал Снейп с которым они вышли подышать на балкон. Гарри начал уже по привычке делиться своими мыслями и сомнениями, а Северус странно отреагировал.
После того, как в девять вечера дети были отправлены домой, Гарри немного ностальгировал по прошлому, воспоминания о котором вызвала встреча с Гермионой. В памяти всплыл несколько затравленный взгляд подруги детства, которая сначала так обрадовалась его появлению, а потом снова «потухла». К тому же намётанным глазом он заметил следы такого же магического истощения, какие были у него. А Гермиона замужем за Роном куда дольше, чем он был в паре с Джинни. Драко только подтвердил озвученные им опасения. У женщин больше магической выносливости, но, в конце концов, Гермиона может просто сгореть, как свеча. Кроме явных проблем у подруги детства внезапно Гарри практически поставили перед фактом насчёт ритуала Наследника, о котором он если и читал, то только мельком, так как думал, что его это не касалось. Сам–то он прошёл ритуал уже будучи взрослым. А, как оказалось — девять — особая дата, и на магическое ядро Наследника при соответствующих ритуалах, будет плодотворно влиять магия Рода. Это помогает ребёнку развивать какие–то семейные дары, справляться со своими возрастающими силами, предотвращает стихийные выбросы.
Так что вышла очередная «семейная проблема»: в середине июля его родному сыну — Алу — исполнится девять лет, чтобы совершить ритуал наследования рода, как и полагалось. А значит, с Джеймсом предстоял тяжёлый разговор, которого Гарри пытался избежать до поступления старшего ребёнка в Хогвартс.
Пока Северус и Люциус что–то обсуждали после ухода гостей, Драко предложил выпить, и Гарри выпил… пару–тройку раз прикладываясь к наполняемому услужливым эльфом фужеру.
Когда–то Джинни выговаривала ему каждый раз, когда Гарри позволял себе употребить что–то покрепче сливочного пива. Но всё же рейды в аврорате и работа там весьма специфична. Бывали и поминки, и проводы в отпуск, и просто пьянки, когда целью было напиться до зелёных лепреконов, чтобы забыться. Но в данном случае ему не казалось, что он «перебрал» распив на двоих с Драко полбутылки маггловского виски.