— Я ни при чем, говорю же! Это Вадик, он сказал, что по-другому никак, настоящий владелец не хочет себя светить… Все ради Верочки, понимаете?
— Нет! — в один голос ответили мы с великаном.
У меня в голове вообще ничего ни с чем не складывалось. Похоже, Марк тоже был озадачен.
— Давайте с самого начала, Зинаида Михайловна. Кому пришла в голову мысль об этой афере?
— Да какая афера? Не было никакой аферы! — тетка снова взвилась. — С Верочкой случилось несчастье, человека чуть не убила. Папа Вадима, царство ему небесное, пообещал все уладить и с пострадавшим договориться. Деньги нужны были, вот и продали Верочкину квартиру, больше ничего у нас нет.
— А эта квартира? — Марк обвел взглядом кухню. Ремонт у тетки похлеще, чем у Марка в коттедже.
— Это уже после, да и не моя она.
— И эта тоже не ваша, значит? И что дальше?
— А дальше мы продали ту квартиру, Вадик привел какого-то человека, мы просто подписали документы, то есть Верочка все подписала. Помнишь? Да? А где-то через полгода Вадим сказал, что квартиру нужно переоформить на меня, что так надо.
— Вранье! — Я не выдержала, и тут же почувствовала, как большая теплая ладонь опустилась на мою руку. — Кто живет сейчас в моей квартире?! Дайте ключи!
— Да их нет у меня! Вера, Вадим сказал, что ты все знаешь. Это же все для тебя...
— Вы знаете, где Полетаев? — перебил тетку великан.
— Я? Понятия не имею! У него же проблемы с какими-то бандитами. — Зинаида Михайловна пожала плечами. — А какие вообще у вас планы на мою племянницу, Марк?
Я затаила дыхание. Вопрос тетки был бестактен, не к месту, какое ее вообще дело?! Но знать ответ мне очень хотелось.
— Далекоидущие. А кто сейчас живет в квартире Веры?
— Да я понятия не имею!
— Ладно, — неожиданно легко согласился Марк. — Не имеете, так не имеете. У меня к вам еще несколько вопросов. Они касаются ваших отношений с Андреем Ивановым. Помните его?
Вот тут тетя Зина если и была удивлена, то вида не показала. Задумчиво провела рукой по волосам, а потом подошла к окну.
— Конечно, помню. Он — отец моей единственной дочери. А что вы хотите знать? Какое вообще имеете отношение к Андрею?
— Где я могу его найти? — Марк проигнорировал вопросы тетки. Я бы так же поступила.
— На кладбище. Андрей давно умер, — ответила ровным тоном тетя Зина. На нас она не смотрела, только прямо в окно, будто видела там что-то особенное.
А на меня почему-то накатила такая тоска и безысходность, словно оборвалось что-то, рухнуло в пропасть и разбилось. Я не знала этого человека, но за эти две недели успела с ним разве что не сродниться. Хотя раз он отец Агаты, значит, и мой родственник. Вот так ищешь человека, ищешь, столько сил вкладываешь, надеешься, а на самом деле все бесполезно: ты давно опоздал.
— Что с ним произошло?
— Попал под машину. Ночью перебегал дорогу. Это в начале 2000-х было, я уже не помню точно.
— Ясно, — тяжело вздохнул Марк. — Где похоронен, тоже не помните?
— Ну почему же? — Тон моего любимого тетку явно задел. — Помню, конечно. Сама его и хоронила. В области, где место нашли, там и похоронили.
Я поежилась.
— А зачем вам? Кто вам Андрюша?
Сейчас имя покойника прозвучало с таким надрывом, что я удивилась. Столько лет прошло, а, видимо, до сих пор болит.
— Вы помните Михаила Веревкина? — Марк поднялся и прошелся по кухне, разминая ноги. Выглядело это дефиле несколько устрашающе. Примерно так идут бойцы на ринг, только великан сейчас не потрясал руками, он их скрестил на груди и буравил теткину спину взглядом.
— Мишку-то? — Зинаида Михайловна обернулась. Ее лицо исказила гримаса. — Да я этого гада раз сто уже прокляла. Сбежал, сволочь, в Америку с нашими деньгами, нищими всех оставил. Чтоб его!
— Он умер этой весной. — Марк говорил спокойно, ни один мускул на лице не дрогнул, лишь глаза стали еще темнее. — И завещал мне найти Андрея.
— Ну так поздно спохватился грехи замаливать! — зло выплюнула Зинаида, но, поймав взгляд великана, занервничала. — Так а вам он кто будет? То есть был?
— Майкл сделал много для моей семьи. Я здесь, чтобы выполнить его волю.
— И какую же? Неужто деньги нам вернете? Если что, то доля Андрюхи тоже мне полагается.
Я больно прикусила губу. Только о деньгах и думает. Хотя… неужели Майкл и правда их обворовал?! Мне почему-то не верится.
— Как я понимаю, вы никогда не были женаты? — Марк вытащил из бумажника копию фотографии, на которой запечатлены все трое в Алехино: тетя Зина, Михаил и Виктор Лисицын.
— Да, у нас было сложно все, я забеременела. Из-за Мишки мы были на мели, жрать было нечего, понимаете?!
Она зло посмотрела на Марка, будто это он во всем виноват, но довольно скоро снова натянула на лицо улыбку.
— Понимаю… — Великан кивнул. По его зычному басу я понять не могла его настроения. Верит он тетке или нет? Я вот сама пока не могла для себя решить. — У вас остались какие-то расписки, доказательства того, что Михаил взял ваши деньги?
— Нет, конечно! — Тетка раздраженно мотнула головой. — Андрей ему больше, чем себе, доверял. И мне сказал все отдать. Верил, что как только Мишка устроится, нас перетащит к себе. Ага, как же!
— Он не признал свою дочь официально, так? — переменил тему Марк. — Раз Агата носит фамилию вашего мужа.
— Говорю же: все сложно было, но Агата его дочь, не сомневайтесь.
Зинаида ушла в комнату, я уже было открыла рот, но Марк предупреждающе поднял вверх палец. Поняла, значит, потом. У самой голова кругом уже идет от информации.
Вскоре вернулась тетка, держа в руках какую-то коробку.
— Вот! Тут и письма его ко мне, и фотографии нас втроем. Когда Агаточка еще маленькой совсем была. Что у нас с ним дальше произошло, вас не касается. Но вот должок Мишкин вы, как порядочный человек, верните нам.
— Разумеется, — сказал Марк. — Я возьму? Читать чужие письма нехорошо, но мне нужно быть уверенным. И точный адрес кладбища, пожалуйста. А то Московская область очень большая.
— Берите, раз для дела нужно. И адрес кладбища вам напишу. Это пожалуйста.
Она быстро протянула листок бумаги и коробку с письмами.
— Все, что осталось от него. Так что верните. А Мишке-то, значит, удалось там выбиться в люди на наши-то денежки, а?
Марк не стал отвечать, вместо этого коротко поблагодарил тетку за рассказ и подал мне руку.
— Поехали домой, Вера. Я вам позвоню, Зинаида Михайловна. И главное, квартиру Вере надо будет вернуть. Я найму юриста, чтобы он оформил все документы уже на этой неделе.
Глава 54
— Ты серьезно? — спросила я Марка, едва он захлопнул за собой дверь. — Ты думаешь, возможно вернуть квартиру? Видел, как она на тебя смотрела?!
— Как василиск на Гарри Поттера? — Марк улыбнулся, но мне было не до шуток.
— Хуже. Она не отдаст квартиру. Будет скандал, вот увидишь.
— Отдаст, — уверенно ответил мой «Гарри Поттер», неторопливо спускаясь по лестнице. — Ты права, так не реагируют на что-то неважное и не принадлежащее тебе. Зинаида Михайловна определенно врет. Ее это квартира, и по-доброму она ее отдавать не захочет.
— Значит... — Я замолчала и остановилась. Из-за слез в глазах я плохо видела ступеньки, мне только упасть сейчас не хватало.
— Значит, это была афера, — бесстрастно произнес Марк. — Скорее всего, никакой аварии не было или она была незначительна. Видимо, Полетаев очень хотел тебя, а по-другому не мог тебя получить.
Мысли в голове путались, сворачивались в клубки, а потом со страшной скоростью метались из стороны в сторону.
Как он мог?! Как она могла?! Она же сестра мамы!
Ноги слабели, я прислонилась к холодной стене подъезда.
Два года! Два года оцепенелого страха, безнадежности и изматывающей душу вины.
Пока ехали к тетке, запрещала себе думать, не верила до конца, что такое вообще возможно, но сейчас перед мысленным взором снова была она. И ее стеклянный взгляд, потом страх и агрессия. Как она все валила на Вадика, прикидываясь идиоткой. Знала, она все знала! Продала меня за квартиру. Даже за три квартиры, включая еще Агаткину.
— Пойдем, — сочувственный голос великана вернул меня в реальность. — Тебе нужно на воздух.
Я сделала шаг вперед, чуть покачнулась, но не упала. Марк быстро подхватил меня на руки, я лишь охнуть успела.
— Тшш, не нервничай, маленькая. Со всем разберемся. И со всеми.
В машине, наконец, я глубоко выдохнула.
— Вот же сволочи! Да в них что-то человеческое есть? Они вообще люди? — меня прорвало, но я продолжала ругаться, совершенно не стесняясь Марка. А он меня и не останавливал. — Я хочу в свою квартиру! Сейчас же! Поверни здесь направо, — почти кричу я, и Марк послушно поворачивает.
— Вот этот дом, верно? — Он с интересом смотрит на нашу старую «панельку», но мне она сейчас дороже любого места на земле. Там я была счастлива. Это наш с мамой дом.
— Кто там живет, как думаешь? — Смотрю на наши окна, словно надеясь, что в них кто-нибудь появится. Занавески совсем другие, явно подороже, чем у нас висели. Я раньше старалась мимо нашего дома реже ходить — больно было, старалась забыть, но сейчас не могу глаза отвести. Как же я хочу туда!
— Пойдем, а? — Поворачиваюсь к Марку, он молча сидит, положив руки на кожаный руль. — Я хочу посмотреть в глаза тем, кто живет в моей квартире.
— Возможно, они и знать не знают, что произошло. — Рассудительность Марка меня сразу как-то охладила. — Вот твоя тетка — это другое дело, а тут…
Он успокаивающе погладил мою руку и добавил:
— Пусть профессионалы разбираются, а мы поедем обедать.
Я посмотрела в его безмятежное лицо — такая добрая и почти детская улыбка. Марк! Потянулась к нему, чтобы уткнуться в сильное плечо.
Мой дом здесь. Рядом с ним.
— Вот и славно, знаю я на Маяковке одну неплохую пиццерию, — донесся до меня добродушный бас великана. — Мы сюда еще вернемся, не волнуйся.