Высшим органом экуменического движения является генеральная ассамблея, которая собирается обычно раз в пять лет. Она избирает президиум Всемирного совета церквей из шести человек, а также центральный комитет, включающий до 90 членов; эти органы руководят всей работой в рамках экуменического движения между ассамблеями. Действует также ряд комиссий, занимающихся решением частных вопросов. Руководящие органы Всемирного совета церквей собираются ежегодно. Генеральный секретариат находится в Женеве.
В чисто религиозных вопросах экуменическое движение придерживается в настоящее время той точки зрения, что все существующие христианские церкви являются частями «единой церкви Христовой» и должны путем переговоров преодолевать исторически возникшие различия в учениях и устройстве. В официальных документах утверждается, что движение не стремится к созданию организации, стоящей над церквами, что Всемирный совет не является «сверхцерковью». Членство во Всемирном совете означает, что церкви, соглашаясь в одних вопросах между собой, в других могут расходиться.
Экуменическое движение не ограничивается чисто религиозными проблемами. Оно вынуждено также дать ответ на основные вопросы, волнующие современного человека. Стремление идеологов экуменического движения в этих условиях разработать «общехристианскую социальную программу», равно пригодную не только для различных христианских течений, но и для верующих, живущих в странах с разным социальным строем, придает декларациям и лозунгам экуменического движения крайне абстрактный вид и подчас черты утопии. Поиски новых религиозных путей к разрешению социальных проблем современности бесплодны, ибо они не могут изменить с помощью «правильно понятых» евангельских заповедей сущность буржуазного строя.
В то же время нужно отметить, что Всемирный совет церквей в последнее время подходит к целому ряду волнующих человечество проблем с позиций здравого смысла. Он выступает за разрядку международной напряженности, поддерживает усилия миролюбивых государств в защиту мира на земле.
ХРИСТИАНСКОЕ БОГОСЛОВИЕ
Конкретное рассмотрение христианской религии необходимо включает в себя знакомство с христианской теологией, которая имеет целью доказать истинность религиозной веры, непогрешимость религиозных представлений, незыблемость догматики христианства. Что же представляет собой христианское богословие?
В широком смысле этого слова под теологией (от греч. theos — бог, logos — наука) понимается система обоснования и защиты религиозных учений о боге, его качествах, признаках и свойствах, комплекс доказательств истинности догматики, религиозной нравственности, правил и норм жизни верующих и духовенства, установленных той или иной религией. Теология включает в себя доказательства сверхъестественного происхождения «священного писания», «богодухновенности» «священного предания», божественной сущности церкви, а также целый ряд практических дисциплин, связанных с проведением богослужения (литурги–ка), организацией проповеднической деятельности (гомилетика) и т. д.
Богословие ставит своей задачей привести в определенную систему весь религиозный комплекс, всю совокупность элементов религии, обобщить и осмыслить их применительно к массовому религиозному сознанию конкретной эпохи, к общественно–историческим условиям существования религии. Но одновременно в богословии массовое религиозное сознание освобождается от непосредственной связи с индивидуальными представлениями верующих. Тем самым в богословии религиозная идеология получает свое концентрированное выражение.
Основы христианского богословия закладывались в первые века нашей эры в борьбе с многочисленными еретическими течениями в самом христианстве и враждебной христианству «языческой мудростью». Решающая роль в этом принадлежала постепенно оформившейся официальной церкви с ее епископатом. Объявив себя наместницей бога на земле, церковь тем самым присвоила право толкования всех вопросов вероучения и культа.
Первоначально христианское богословие было по преимуществу апологетическим. Главной его задачей было доказательство преимущества новой религии перед другими религиями, изобличение различных ересей, изложение основных ортодоксальных христианских положений. Зачатки подобной апологетики уже содержатся в Послании апостола Павла римлянам, в Евангелии от Иоанна. Видными апологетами раннего христианства были Юстин Мученик, Татиан, Фео–фил Антиохийский, Ириней Лионский, Ипполит, Тертуллиан, Климент Александрийский, Ориген. Каждый из них оказал большое влияние и на церковную доктрину в целом и на последующих богословов.
Апологетика богословов первых веков далека от последующей ортодоксальности. Так, Юстин считал, что сын божий (иначе — Слово) произошел от отца, который посредством Слова сотворил мир. Этим он подчеркивал, что сын как разумная сила божья существует не вечно. Кроме того, Юстин не видел различия между сыном и духом святым. Климент понимал бога как отвлеченное единство, чистую монаду, которую можно постигнуть посредством абстрагирования. Ориген полагал, что сын божий не является богом, а только подобен ему. Он сделался богом только через участие в божестве. Поэтому между богом и сыном существуют отношения, которые можно определить как отношения высшего и низшего понятия.
Отличительной особенностью апологий Юстина, Климента, Оригена было то, что они пропагандировали идею объединения веры и знания, богословия и философии. Но другие христианские апологеты не разделяли подобных взглядов. Так, например, Тертуллиан резко осудил и отверг апологетику Климента и Оригена, полностью отрицал роль разума в делах веры. По его мнению, между откровением и научным познанием нет никакой связи. И если подобная связь искусственно устанавливается, то это немедленно ведет к ереси.
Хотя церковь не приняла многие положения первых апологетов и даже осудила их формулировки хрис–тологических догматов, Ориген, Климент, Юстин сыграли важную роль в становлении христианского богословия. Так называемые вселенские учителя — Василий Великий, Григорий Богослов, Григорий Нисский, Афанасий Великий, Амвросий, Иеро–ним, Августин Блаженный и др. — находились под сильным влиянием первых апологетов, многое заимствовали у них.
После вселенских соборов, сформулировавших основные догматы христианской веры, развитие апологетического богословия не прекращалось. Излагая христианскую догматику, оправдывая и защищая ее от критики, богословы одновременно вели самую жестокую борьбу с многочисленными ересями. Несмотря на повеление императора Константина предать огню все еретические книги, а тем, кто их утаивает, отсекать голову, ереси не прекратили своего существования. Требовалось, помимо репрессий, идеологическое обоснование их несоответствия откровению, их враждебности церковной ортодоксии. Эту задачу пытались решить отцы и учителя церкви IV — Vbb.
Иоанн Дамаскин в своем апологетическом сочинении «Источник знания» дал общую оценку «символу веры» и длительным спорам вокруг догматических истин. «Источник знания» стал прообразом последующей систематической теологии. Еще решительнее в защиту никейской ортодоксии выступил Афанасий Великий. Григорий Нисский в своем трактате, названном «Большим огласительным словом», путем произвольных умозаключений пытался доказать истинность основных соборных положений о божестве.
Немало сделал для христианской теологии Августин Блаженный. Он выдвинул для доказательства бытия бога идею причастности, в соответствии с которой любая истина является реальной только в том случае, если она соответствует идее истины, т. е. богу. Им же было сформулировано онтологическое доказательство бытия бога, сводившееся к тому, что понятие всесовершенного существа свидетельствует о его существовании. Августин детально разработал христианское учение о божественной благодати, о божественном предопределении. В своем многотомном сочинении «О граде божием» он не только отстаивал всю систему христианских представлений, но и выдвинул идею о праве церкви на принуждение в делах веры.
С этого периода теология приобретает не только идеологическое, но и ярко выраженное политическое значение. В перипетиях теологической борьбы все заметнее становится роль государственной власти. Противники никейской ортодоксии преследуются, изгоняются. Теологическая борьба накладывает свой отпечаток на всю политическую жизнь. Тем самым уже в ранней теологии закладываются основы будущего средневекового христианского деспотизма.
«Мировоззрение средних веков, — писал Ф. Энгельс, — было по преимуществу теологическим… церковная догма являлась исходным пунктом и основой всякого мышления. Юриспруденция, естествознание, философия–все содержание этих наук приводилось в соответствие с учением церкви».
Церковь, по словам Энгельса, выступила в «качестве наиболее общего синтеза и наиболее общей санкции существующего феодального строя». Она захватила в свои руки монопольное право на обучение. Вследствие этого все образование приобрело богословский характер. Человека с детства приучали к мысли, что в окружающем мире следует видеть только всемогущество бога. Подавляющее большинство средневековых ученых являлись представителями духовенства. Любая научная проблема преломлялась через официальную богословскую доктрину. Философия стала служанкой богословия. Ценность теоретических исследований всецело определялась их соответствием догматическому учению церкви.
Одновременно церковь проводила колоссальные по своим размерам военно–полицейские мероприятия против иноверцев и особенно еретиков. Карательные экспедиции следовали одна за другой. Юг Франции, где христианским воинством истреблялась ересь альбигойцев в начале XIII в., был полностью разграблен и опустошен. Церковь создает различные ордена, судилища, в том числе и инквизицию, для охраны христианской ортодоксии и укрепления своего могущества. При этом церковь никогда не забывала об усилении идеологического воздействия на умы людей. Главными направлениями церковной спекуляции становятся догматика и аскетика. Создаются богословские системы, отличающиеся самым изощренным анализом теологических тонкостей. Наибольшую известность получили системы Альберта Великого, Александра Гэльского, Иоанна Фиданца (Бонавентуры), Бер–нара Клервоского, Фомы Аквинского. Последний в 1879 г. рескриптом папы Льва XIII признан официальным идеологом католической церкви. С этого времени его теологические и философские воззрения стали пр