— А кто у нас отец?
Кристина фыркнула.
— Кто у вас, я не знаю, а мой — генерал войск информационных операций.
— Ого, кибервойска. А я думал, гебешник. Или мент. Ылита страны, чьи дети учатся и работают за границей.
— Я училась в МГУ на мехмате. Жила в общаге. До этого помоталась с отцом по гарнизонам. А в Силиконовую долину поехала набраться опыта.
— Ну и как, набрались?
Кристина защелкнула сумочку и посмотрела в окно.
— Я отдам айтишникам то, что есть. Остальные таймлайны должны быть закончены не позднее субботы. Надеюсь, что, кроме умения тролить собеседника, вы обладаете умением приносить пользу институту.
Айдар только хмыкнул, когда прочел в новостях о победе института клиодинамики на тендере «Вожаки России». Хотя помимо злой усмешки в адрес связей отца Кристины он испытывал чувство, весьма похожее на чувство гордости. Впервые его имя зазвучало по новостным телеканалам как автора идеи. Пашка даже иногда таскал его с собой на пресс-конференции, представляя как красу и гордость института. Хотя слова Айдару практически не давали, да он и сам не рвался. В основном выступала Кристина. Вот и сейчас на очередной встрече с журналистами он больше слушал.
— Вы сказали, что будете применять технологии виртуальной реальности в процессе обучения. Это будут только VR-очки или что-то еще?
Кристина прокашлялась и ответила:
— Само собой, VR-очки будут применяться на первом этапе подготовки. Для начала обучающиеся должны привыкнуть к определенным историческим локациям. Вообще привыкнуть к тем игровым вселенным, что мы создадим для них. Наши будущие лидеры просто будут ходить по улицам, общаться с ботами, имитирующими население страны того или иного века. На следующем этапе мы запустим более реалистичное графическое отображение, почти не отличающееся от действительности. Качество картинки в формате 3D будет не отличаться от графики, которую применяют сейчас в Голливуде.
— Но вы же не одними картинками их будете развлекать?
Кристина кивнула и продолжила:
— Каждому обучающемуся будет даваться ситуация по мотивам событий нашей истории. Чаще всего потребуется очень быстро принимать решение. После прохождения данной точки бифуркации программа начнет моделировать индивидуальный таймлайн. После чего в очень реалистичном режиме обучающийся может физически испытать последствия своего решения.
— Физически? Что вы имеете в виду?
— Мы использовали некоторые наработки коллег, применяемые при подготовке солдат спецназа. Там, когда в ходе тренировок в VR-очках солдат получает виртуальную пулю, его тело испытывает сильнейший болевой шок. Боль, конечно же, проходит, но закрепляется в мышечной памяти. Так и у нас, если ученик завалит экзамен, то может почти реально испытать те же чувства, когда человека расстреливают, сжигают на костре, распинают или вешают.
— А более приятные ощущения, например, киберсекс, вы будет предлагать? — В зале пробежали смешки.
— Пока этого не планируется. Еще есть вопросы?
— Какие события истории вы планируете пройти обучающимся?
— Мы бы не хотели преждевременно раскрывать все карты, — улыбнулась Кристина, — скажу лишь, что в основном ученики будут переживать ключевые события нашей истории — революцию 1917 года, Вторую мировую войну, времена дворцовых переворотов, вторжение монголов, присоединение территорий к Российской империи — набор таймлайнов бесконечен, наша история — это сплошной нелегкий выбор…
Айдар, до этого молчавший, наклонился к микрофону.
— Скажите, а никто из вас не мечтал испытать те же чувства, что были у Колумба, когда он увидел берег Америки? А побывать в шкуре Наполеона на поле битвы Ватерлоо? Командовать русскими войсками на Куликовом поле? Сражаться с войсками Ксеркса? Далеко не все наши будущие лидеры пройдут сквозь все эти испытания. Даже если они знают, как в реальности все случилось, — в наших таймлайнах далеко не все так просто и определенно, как в учебниках по истории.
— То есть вы будете фантазировать?
— Компьютер будет моделировать уникальные таймлайны, исходя из данных той или иной исторической эпохи. Мы не будем слепо копировать общеизвестные исторические факты. Мы…
Кристина подвинула к себе микрофон.
— Как я уже говорила, мы бы не хотели делать общеизвестными детали нашей обучающей программы.
Спасибо, что уделили нам время! Следующая пресс-конференция состоится на следующей неделе.
Когда Кристина осталась с Айдаром и Пашей наедине, она сказала:
— Айдар, я очень прошу вас на будущее не афишировать…
— Не, старик, ты не прав, — тут же влез Пашка, — мы тут еле на конкурс вышли, еще до конца прогу не обкатали и вообще только в процесс, а ты…
— Ладно, все понятно, — махнул рукой Айдар.
— Я очень надеюсь, что вам действительно все понятно, — сказала Кристина, — потому что некоторые проигравшие в тендере до сих пор не могут успокоиться и только и ждут повода, любого нашего лишнего слова, чтобы создать проблемы проекту.
— А как же ваш… — начал было Айдар.
— Я вас услышала. Как оказалось, нам противостоят компании, где есть свои друзья из других силовых структур — генералы, министры, даже маршалы и адмиралы.
— Даже так, — усмехнулся Айдар.
— Это еще ничего не значит, — возразила Кристина, — тендер наш. На крайний случай всегда есть запасной вариант — нанять парочку конкурентов на субподряд, и они успокоятся.
— У вас, случайно, нет почетного гражданства Рима? — съязвил Айдар.
— Пока нет, — ответила Кристина, — зато есть кое-что другое по Риму. Павел Сергеевич, вам ведь уже сказали…
— Не, ну сказали, конечно, — нахмурился Пашка, — еще как сказали. Не, а может, я как-то отдельным рейсом, и потом к вам?
— Исключено. Папа предупредил, что в состав делегации включили только меня и Айдара Петровича.
— Какой делегации? — спросил Айдар. — Я ничего не понимаю.
— Айдар, завтра мы с вами летим в Рим в составе правительственной делегации на заседание Большой восьмерки. Папе позвонили оттуда и сказали, что… сам заинтересовался нашим проектом и хотел встретиться с нами.
— Сам? — Айдар почесал затылок.
— Борт номер один вылетает из Внуково в семь часов вечера, — Кристина оценивающе посмотрела на Айдара, — у вас есть приличный костюм?
— Значит, это вы автор идеи? — Голос президента звучал глухо и устало. Президент сидел, откинувшись в глубоком кресле, и пил чай из добротного подстаканника. Салон самолета слегка потряхивало — даже президентский борт не в силах избежать влияния зоны турбулентности.
Айдар сглотнул.
— Я давно работаю над темой таймлайнов и точек бифуркации. Еще основоположники теории клиодинамики предлагали…
— Мы не знали, что вас заинтересует идея проекта, — перебила его Кристина, — и мы до подведения итогов конкурса представить себе не могли, что сможем реализовать проект. Хотя, конечно, мы видели заявки других конкурсантов и понимали, что наши шансы выше. Все их задумки были слизаны с американских и прочих западных обучающих программ. То же MBA, только в более примитивном исполнении.
Президент хлебнул чая и сказал:
— В России не две беды, а два миллиона. Я устал менять губернаторов и министров — почти ни один из них не может добиться того, чтобы мои указы работали.
Земля наша велика, а порядка в ней… И княжить некому. Я уже почти плюнул на все, и тут вы.
— В истории России неоднократно были подобные случаи, — затараторил Айдар, — когда казалось, страна вот-вот обрушится в тартарары или по-тихому сольется в жалкое пересохшее болото. И каждый раз находился тот, кто подымал страну на дыбы. Кто не боялся быть жестоким.
— Знаю-знаю, молодой человек, — махнул рукой президент, — только времена сейчас другие. Даже во времена моей молодости уже старались особо не жесткачить.
— Жестокость — не самое главное в правителе.
— Любопытно, что же еще?
— Важнее его решимость, его способность не ошибаться, интуиция, харизма — мы заложили в сценариях подготовки проверку и прокачку всех ключевых характеристик будущих лидеров страны. И только те из них, кто проявит в себе на тестировании эти качества, и должен быть допущен к управлению страной. Это как… вы помните, как Германия смогла достичь успеха в футболе?
— Припоминаю, — усмехнулся президент и встал с кресла, — все началось в далеких девяностых.
— Немцы с детского сада оценивали всех юных футболистов, рейтинговали каждого и двигали самых лучших наверх, — продолжил Айдар, — так и мы пропустим через нашу программу большинство руководителей и тех, кто хочет ими стать, отберем лучших и прокачаем их навыки через исторические таймлайны. С полным погружением в виртреальность. А затем…
— Через два месяца после подписания контракта мы сможем принять первую партию учеников, — Кристина поправила упавшую прядь со лба, — через три месяца обучения вы получите новую команду, с кем можете пойти на следующие выборы. Они разберутся со всеми теми, кто саботирует ваши поручения.
— Узнаю дочь своего отца, — президент прошелся по салону и посмотрел в иллюминатор, — недаром его подразделения так эффективны в борьбе с Халифатом. Хорошо, я поддержу ваш проект. Если что-то потребуется — звоните моему помощнику, и мы все решим. Главное, чтобы вы меня не разочаровали, коллеги. Я хоть и не Дарт Вейдер, но…
— Мы справимся, — ответила Кристина.
— Ты сегодня как обычно? — Кристина тихо подошла сзади и прижалась к спине Айдара. Не дождавшись ответа, она вздохнула и направила смартофон на кухонных роботов. Аппараты замигали огоньками и начали готовку завтрака. Шум отвлек Айдара от глубокомысленного серфинга новостей в планшете.
— Прости, Крис, ты что-то сказала?
— Я хотела узнать, соблаговолит ли мой дражайший супруг прийти сегодня вовремя на ужин домой. По-моему, ты уже давно закончил отладку программы. И я не понимаю, что же такое задерживает его так долго на работе? Я вроде молоденьких практиканток к тебе не направляла.