— Константин, что с тобой? — тихо окликнул король.
Костя вздрогнул и вскочил, будто его только что разбудили. Он покраснел. Потом побледнел. Потом пошёл пятнами.
— Я… Э-э… Да я вот… Я ничего… — промямлил он и тут заметил Лизу. — Лизка! — заорал он и тотчас надулся. — А говорили, только я еду, — он прислонился к фальшборту и с вызовом глянул на Инго.
— По-моему, там ещё кто-то есть, — обреченно вздохнул подошедший Филин и перегнулся через борт. — Что, Конрад, русалки за тобой косяком идут, что ли?
Лизу потеребили за футболку.
— Помирились? — с надеждой прошептал Лёвушка.
— Ага, дождёшься! — Лиза бочком придвинулась поближе к Лёвушке и подальше от Филина.
— Глядите-ка, Филин, — Инго показал на шлюпку, прикрепленную снаружи к борту «Гиппокампуса». Лиза поднялась на цыпочки и изо всех сил вытянула шею, но ничего не увидела. Шлюпка как шлюпка, сверху парусиной закрыта. Ой, а что это там под парусиной копошится?
Король и волшебник переглянулись.
— Отойди-ка, Конрад, — велел Филин. — Ко мне, Мухтар!
— Эй, вы чего там? — возмущенно заскрипел «Гиппокампус». — Вы зачем меня дёргаете с утра пораньше?
Внушительного вида шлюпка подлетела вверх легче перышка и зависла в воздухе.
Над сверкающим морем разнесся звонкий визг, и через секунду на палубу вытряхнуло Юлечку Южину.
— Ну ни фига себе! — вырвалось у Лёвушки. А Лиза просто онемела.
Юлечка между тем резво вскочила и огляделась, одергивая чёрную маечку. Филин щелкнул пальцами, и шлюпка мягко, беззвучно вернулась на место.
— Здравствуйте, — очень вежливо сказала всем Юлечка. — Костик, а поосторожнее нельзя было? — она поправила челочку.
Костя шумно сглотнул.
— Это не я, — выдавил он.
— Костик, хей-хо! — в голосе Юлечки появилось легкое беспокойство. Она помахала у него перед лицом растопыренными пальчиками с чёрным маникюром. Костя отшатнулся.
— Конрад, изволь объясниться, — тихо сказал Инго.
— Ну… Я её вчера в городе встретил, а она сказала — она крутая колдунья… правда, Юлька? Ну вот, а я подумал… — Костя надолго замолк — то ли напряженно соображал, то ли пытался что-то вспомнить. — …а я подумал, вот будет классно, если она с нами поедет, авось пригодится… — уже совсем не так уверенно закончил он. — Левка, ну хоть ты скажи, ну веселее же вместе! — он тщетно гипнотизировал безмолвного Лёвушку в поисках поддержки.
— Н-ну? — Филин сунул руки в карманы джинсов и покачался с пятки на носок. — Чем ещё порадуешь, умелец? Я перестал понимать что бы то ни было, — он повернулся на пятках и вопросительно посмотрел на Лизу.
— Андрей Петрович, это Юля Южина, моя… наша одноклассница, — с трудом выговорила Лиза. Лёвушка покивал.
— Я туповат от природы, — грозно сказал Филин, — и мне все надо объяснять не менее трех раз. Эта барышня здесь — ваших рук дело, пролезанты?!
Лёвушка с Лизой возмущенно крикнули «Нет!». Юлечка сузила глаза, но проглотила это молча.
— Так. Очень хорошо. За-ме-ча-тель-но. А кто её тогда протащил в Радинглен? — уточнил Филин. — Конрад, ты?
Костя ожесточенно замотал головой:
— Я только на корабль, да, Юль?
— Я сама! — обиженно вмешалась Юлечка. — Андрей Петрович, послушайте, пожалуйста, я вам сейчас всё объясню. — Она осторожно тронула Филина за рукав клетчатой рубашки и посмотрела на него большими ясными глазами. Она твердо знала, что на школьных учителей это действует чрезвычайно. — Понимаете, я случайно узнала, что вот они все трое играют в какую-то секретную игру. Мне стало ужа-асно интересно, но… — Юлечка жалобно заморгала, — но они меня не принимали… Честное слово, я хотела просто посмотреть, во что они играют, и я… — она даже всхлипнула. — И я пошла за ними, и увидела этот хорошенький мостик…
Филин нахмурился, но ничего не сказал. «Врёт и не краснеет!» — возмущённо поняла Лиза — у неё от такого вранья даже в ушах зазвенело.
— А потом я увидела Инго… то есть я тогда ещё не знала, что Ваше Величество зовут Инго, — Юлечка бросила быстрый взгляд на короля. — Вот, и я придумала, как пройти вслед за вами. Это всё, — она покаянно вздохнула и потупила глаза. — Вы очень сердитесь, да?
— И кто же тебя надоумил? — глядя на неё тяжёлым взором, спросил Филин.
— Я сама! — Юлечка вытянулась перед Филином по стойке «смирно». — Во всех книжках по магии написано, что самый надежный приворот — воткнуть нитку с иголкой в рукав! А уж пройти за ним у меня как-то само получилось…
— Какая ещё нитка? — Инго растерянно охлопал на себе ветровку, немедленно укололся о Юлечкин приворот и, поморщившись, швырнул иголку за борт. Костя отчетливо скрипнул зубами.
— А, так вы, значит, колдунья, сударыня? — с расстановкой сказал Филин, покосившись на Костю.
— Дак а я чё говорю! — вмешался королевский дракончик. — Чем больше волшебников — тем лучше, скажете, нет? Вот она тоже так говорит, — он кивнул на Юлечку.
— Да какая я колдунья, Андрей Петрович! Видите — даже приворот у меня не получился! — Юлечка смахнула со щеки предполагаемую слезинку. — Его Величество на меня и глядеть не хочет, у-у-у… — губы у неё угрожающе задрожали.
— Тьфу, — сказал Филин и даже протянул Южиной платок.
— Что делать-то будем, Филин? — напомнил Инго, глядя поверх разноцветных голов безбилетников на сверкающее море.
— Сам решай, — кто тут король-то, — пожал плечами Филин.
Инго вздохнул.
— Н-ну, кто попался? — раздался рядом с Лизой вкрадчивый голос капитана Зильбера. Как это у него на костыле подкрадываться получается, удивилась Лиза, даже я ничего не услышала.
— Что это ещё за балласт?.. Ах вот оно что! — капитан увидел Юлечку. — А я-то думаю, чего это «Гиппокампус» расшумелся. Ну и что тут решать? Курс не меняем, Ваше Величество. А мне лично три лишних пары рук на камбузе не помеха — котлы драить, картошку чистить.
— Ой, какая птичка красивая, голубенькая, — проворковала Юлечка. — Птичка, скажи «привет»! Ты говорящая?
Лиза разинула рот — красивой голубенькой птичкой был сидевший на плече у Зильбера здоровенный попугай Визирь, с которым у неё, Лизы, были давние счеты. Когда-то он был министром двора в Радинглене, и теперь его нежная придворная душа не вынесла оскорбления — попугай заорал и упал на палубу в обморок. Никто не обратил на него внимания.
— В самом деле, — медленно проговорил Инго. — Я бы не стал возвращаться. Мне… нечего мне пока дома делать.
— Возвращаться — плохая примета, — поддержал его Зильбер.
— Да? — Филин сердито сверкнул очками. — Я не суеверен. Мне, между прочим, надо весь этот детский сад родителям сдать в целости и сохранности! Так что выгрузим лишних — и занимайся своими изысканиями сколько влезет.
Лиза прикусила губу. Ах вот, значит, как! Что мы, что Южина — все один детский сад! И лишними обзываетесь! Ну ладно же!
— Сдадим на пару дней позже, — твердо сказал Инго. — Или вы хотите выпустить в Петербург без присмотра человека, который исхитрился Мостик перейти? Чтобы она всем подряд о нас рассказывала?
— Ах вот ты как, — поразился Филин.
— Ну что вы! — Юлечка всем своим видом изобразила ангельскую чистоту и невинность.
— Рад стараться, — Инго отвесил преувеличенный поклон. Какой он заведённый, ужас!
— Ладно. С Таль я буду говорить сам. Если живыми вернемся. — Припечатал Филин — А Юлию ты берешь под свою личную ответственность.
— Идёт, — легко согласился король. Юлечка стрельнула в него глазками, но ничего не сказала.
— Я бы на твоём месте подумал хотя бы минут пять, — Филин пожал плечами. — Дело твоё.
Сколько можно про одну Южину! Лиза обиделась ещё больше. И что значит — «если живыми вернёмся»?!
— Капитан Зильбер, а что надо делать на камбузе? — Лиза решительно повернулась спиной к Филину с Инго. Напрасно — те даже не заметили. Филин крепко взял Костю за плечо:
— Конрад, идем-ка побеседуем. Мы с Его Величеством хотим кое о чём тебя расспросить.
Костя в тоске оглянулся на одноклассников, но возражать волшебнику и королю не решился.
— Юлька, смотри не обгори! — наставительно бросил он через плечо.
А Юлечка уже толкала Лизу в бок:
— Лизочка-Кисочка, ты что? Разве принцессы на кухне работают?
— Ещё как, — отрезал Зильбер, подбирая с палубы Визиря. — У нас тут по-простому, юная леди. «Гиппокампусу» всё равно, что принцесса, что колдунья. Если ему не помогать — корабль сам выбросит вас за борт, акулам на обед. — Он сделал страшные глаза. — Как, желаете проверить?
— Яс-сненько, — Юлечка вскинула аккуратно причёсанную головку. — И где этот ваш камбуз?
— Ну уж нет! — неожиданно подал голос «Гиппокампус». — Ни в какую Ажурию я с немытой палубой не пойду. Вообще вот сейчас как встану на месте, так узнаете у меня!
Юлечка завертелась:
— Ой, а кто это? Это кораблик разговаривает? Ах, какая прелесть!
Зильбер сморщился, будто лимон съел. Потом повернулся к корме и прикрикнул на «Гиппокампуса»: — Сейчас приступаем, уймись! — Он задумчиво оглядел безбилетников: — Не знаю, право слово, как вы управитесь. Ведьма-то у нас на борту всего одна, на всех не хватит. Значит, один человек таскает воду, а один берет ведьму, окунает её в ведро…
— Но сэр! — Ю-Ю жалобно хлопнула ресничками. Получалось у неё убедительно. — Пощадите! Что я такого сделала?
«Ха-ха, — подумала Лиза, — а глаза-то у неё всё равно всю дорогу злющие!»
Зильбер возвёл глаза к облакам. Невежественная пошла молодежь, а ведь эти ещё из лучших…
— Да будет вам известно, что ведьмой у моряков называется вот это. — И капитан извлек из какого-то закутка внушительного вида широкую швабру с косо срезанной щетиной. — За дело!
— Сэр, сэр, а можно я первая? — Юлечка ухватилась за щетку и смотрела на Зильбера так, будто очередную пятерку по химии зарабатывала. Пусть эти строгие взрослые видят, какая она хорошая девочка. Не то что всякие там, которые лезут на борт без спросу.
— Разбирайтесь сами, — и Зильбер двинулся в сторону камбуза. Визирь у него на плече ехал задом наперед, топорщил перья, щёлкал клювом и дразнился: «Пр-р-риступить к р-ра- боте! Генерральная убор-рка!».