Подробности многих операций той эпохи мы уже никогда не узнаем. Ветераны тайной войны тогда не писали мемуаров, а в архивах за полтораста лет почти ничего не сохранилось.
Примером одного из реальных дел служит история о том, как была добыта информация о технологии изготовления ударных колпачков для ружей в Великобритании.
Российский посол в Лондоне X. А. Ливен поручил выполнения этого ответственного задания генеральному консулу в Великобритании Бенкгаузену. Тот обратился к своему агенту — главному инспектору английского арсенала Ч. Мантону. Англичанин, выслушав просьбу российского дипломата, заявил, что только одно описание ничего не даст. Нужна машинка для изготовления этих колпачков.
Мантон согласился передать комплект колпачков, несколько старых ружей, переделанных для использования новых колпачков, и машинку для их изготовления.
А вот ружья новой модели, переделанные для использования этих колпачков, которые так интересовали военное ведомство Российской империи, агент передать не смог, так как они только начали поступать в арсенал и находились на строгом учете.
Тогда Бенкгаузен обратился к другому своему агенту — Л. Дэвису, владельцу оружейной мастерской в Лондоне. Тот был в приятельских отношениях с директором государственного оружейного завода в Энфилде (Ирландия) и через приятеля сумел достать один экземпляр нового ружья. Таким образом, через полгода ответственное задание было выполнено.
Были и другие достижения. Например, российский посол в Париже лично купил за 600 франков в 1832 году описания и чертежи новых лафетов для французской полевой артиллерии. В 1835 году он потратил 6500 франков на «чертежи и описание нового вида зажигательных ракет, ударного ружья и чертежи крепостной, осадной, береговой и горной артиллерии» — последние достижения Франции в военной области.
Посол в Вене сообщил в 1834 году об изобретении австрийцем Цейлером нового ударного механизма для огнестрельного оружия и сменного магазина для патронов. Посол не только сумел добыть описания и чертежи этих изобретений, но и договориться с Цейлером о тайной поездке в Россию для организации производства новых ружей.
Генеральный консул в Гамбурге Р И. Бахерахт приобрел в 1835 году через свою агентуру в Бельгии модели орудия с лафетом, два ружья новейшего образца, модель телеграфа нового типа. Николай 1 наградил Р. И. Бахерахта, по представлению военного министра А. И. Чернышева «за усердную службу его и особенные труды», орденом Св. Анны 2-й степени, украшенной императорской короной.
В 1835 году была получена документация по производству французских пушек на заводах в Тулузе. В том же году сотрудник российского посольства в Париже приобрел образцы витых ружейных стволов, которые выпускались на одном из заводов в горах Вогезы на северо-востоке Франции[17].
Сейчас никто не сможет назвать точное число добытых отечественной разведкой иностранных военно-технических новинок. Дело в том, что большинство образцов не оставили заметного следа в истории российского оружия. Вот типичная история того периода.
В 1839 году был организован специальный Комитет по улучшению штуцеров и ружей. По его настоянию испытали несколько десятков моделей капсюльных замков отечественного и иностранного производства. Опыт продолжался три года, а потом представитель комитета во Франции донес о тамошнем способе переделки кремнёвых ружей и пистолетов в капсюльные, особо отметив его простоту и дешевизну. На нем и остановились[18].
Россию интересовали не только новые технологии, но и достижения конкурентов на основе уже известных технологий. Проанализировав их можно было усовершенствовать собственные разработки. В первую очередь, в военной сфере. Теперь государство заботилось только о жизненно важных отраслях промышленности. Новый период охоты за ткацкими станками начнется уже при советской власти.
В декабре 1854 года российскому представителю в Брюсселе графу Хрептовичу свои услуги по информированию о ситуации в сфере создания военно-морского флота Франции предложил грек С. Атаназ. В качестве инженера-кораблестроителя он был направлен правительством Греции официальным представителем во Францию, где имел доступ во все военно-морские учреждения страны. Используя свое служебное положение, он мог добывать информацию, которая так интересовала военные ведомства Российской империи.
Успехи, достигнутые С. Атаназом, впечатляют. Он не только сумел добыть чертежи и подробное описание всех военных кораблей, которые строились на судоверфях Франции и Великобритании в тот период, но и собрать максимум другой ценной информации о новейших технологиях того периода[19].
В 1856 году был создан Кораблестроительный технический комитет. Одной из его задач было изучение, обобщение и освоение опыта иностранного военного кораблестроения, создание и использование нового вооружения и технических средств флота[20].
В июне 1856 года был утвержден «Проект общих статей инструкции агентам, направляемым за границу». Пятый пункт этого документа предписывал военным агентам собирать информацию «об опытах правительства над изобретениями и усовершенствованиями оружия и других военных потребностей, оказывающих влияние на военное искусство»[21].
В том же году военный агент во Франции флигель-адъютант полковник П. П. Альбединский получил задание собрать максимум информации о новых образцах нарезных ружей и пуль к ним, а также «осторожно получить эти предметы секретным образом». Оказать содействие ему в выполнении этого задания должен был его коллега, военный агент Пруссии во Франции майор Трескау. Этот человек уже не раз оказывал услуги российской военной разведке. К концу года задание было выполнено.
Добытая полковником П. П. Альбединским информация была внимательно и скрупулезно изучена в Оружейном комитете. На ее основании было принято решение о переходе с гладкоствольных на нарезные ружья и о снижении массы пули.
В марте 1857 года военный агент П. П. Альбединский привлек к сотрудничеству с российской военной разведкой офицера — ординарца французского императора — и регулярно стал получать от этого агента ценные документы. В частности, среди полученной от офицера-ординарца информации были «чертеж и описания корпуса орудия калибра 12» и описание «ударных трубок» для гаубицы, производство которых было организовано на оружейном заводе в Меце[22].
Начиная с 1859 года, в России начали разрабатывать казнозарядную винтовку. Тогда Оружейный комитет испытал более 130 иностранных и не менее двух десятков отечественных моделей. И, наконец, в 1864 году остановил свой выбор на винтовке англичанина Терри, появившейся шестью годами ранее. В эту конструкцию браковщик Тульского оружейного завода внес два десятка усовершенствований, и в ноябре 1866 года ее приняли в серийное производство под названием скоростная капсюльная винтовка. По иронии судьбы, на международной выставке в Париже она была признана одной из лучших[23].
В 1860 году в «Положении об общем образовании управления морским ведомством» было подтверждено, что Корабельный технический комитет «…следит в России и за границей за всеми улучшениями по технической части кораблестроения и механики».
В январе 1867, когда был организован Морской технический комитет, то на него была возложена обязанность изучения иностранного опыта и перспектив развития зарубежных флотов.
В этот же период в связи с модернизацией Российской империей своего Военно-Морского Флота резко возросла роль научно-технической разведки в сфере судостроения. Многочисленные инженеры и мастера-судостроители были срочно отправлены за границу для изучения иностранного опыта. Кроме этого заказы на постройку нескольких военных кораблей были размещены на судоверфях Великобритании и США. В эти страны были командированы военные инженеры-судостроители не только с целью контроля постройки заказанных Российской империей судов, но и изучения иностранного опыта[24].
В июне 1876 года в США на празднование 100-летнего юбилея принятия Декларации независимости приехал великий русский химик Д. И. Менделеев. Его поездку организовало Русское техническое общество, активно сотрудничавшее с российской разведкой. Среди прочих заданий, которые предстояло выполнить ученому во время ознакомительной поездки по США, было два непосредственно связанных с промышленным шпионажем.
В тот период Российская империя пыталась решить проблему удешевления процесса добычи нефти. Из 100 нефтедобывающих компаний, которые начали работать, выжило только четыре. Остальные закрылись, не выдержав конкуренции с более дешевой американской нефтью.
Д. И. Менделееву предстояло выяснить, как американские нефтедобывающие компании смогли значительно снизить себестоимость процесса добычи нефти. В результате поездки по стране и многочисленных встреч с людьми, связанными с нефтедобычей, Д. И. Менделеев подготовил подробный анализ ситуации и дал свои рекомендации по удешевлению процесса добычи нефти.
Вторая проблема, которую предстояло решить ученому, — раскрытие секрета производства бездымного пороха. И здесь он добился больших успехов. Не только сумел получить секретные формулы, но и разработать на их основе его более эффективный вид[25].
К началу XX века сотрудники российской военной разведки и дипломаты были заняты добычей совершенно другой информации. Военных интересовали мобилизационные планы и степень готовности к войне потенциальных противников. Дипломатов — истинные взаимоотношения между странами.