Сегодня Московской Патриархии грех жаловаться на дефицит культовых зданий, но РПЦ требует передачи себе еще и ансамбля Рязанского кремля.
В феврале 2006 г. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II обратился к В. Путину с просьбой о передаче Рязанского кремля Рязанской епархии Московской Патриархии. Главе РПЦ просит Президента: „поручить Росимуществу подобрать иной вариант размещения музея, а Минкультуры России и Роскультуре согласовать передачу Рязанской епархии Русской православной церкви церковного ансамбля Рязанского Кремля и обеспечить освобождение в кратчайший срок музеем неиспользуемых зданий с последующим поэтапным перемещением“.
В притязаниях на недвижимые памятники Рязанского кремля руководство РПЦ и Рязанской епархии не учитывает важного обстоятельства: музей-заповедник в Рязани находится в Кремле, т. е. на территории средневекового города-крепости с сохранившимися оборонительными укреплениями. Рязанский Кремль — это археологический памятник на месте основанного в 1095 году Переяславля Рязанского. Он также содержит культурные слои значительно более ранних эпох, в том числе эпохи бронзы (II тысячелетие до н. э.).
Кроме того, кремлевский холм с окружающими его реками — это уникальный природный ландшафт. Музей хранит, изучает и экспонирует музейные коллекции, насчитывающие более 225 тыс. единиц хранения (от археологии до мемориального фонда).
Указом Президента Российской Федерации от 06.12.1995 г. № 1219 „О включении отдельных объектов в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации“ Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник включен в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации. Статьей 64 Федерального закона „Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации“ (? 73-ФЗ, 25.06.2002 г) данные памятники отнесены к объектам культурного наследия федерального значения.
В связи с тем, что учреждение является государственным музеем-заповедником и в силу ст. ст. 15, 16 и 29 указанного Закона музейные предметы и музейные коллекции, недвижимое имущество, закрепленное за ним на праве оперативного управления, также не могут быть изъяты. Закон предусматривает лишь следующие исключения: в случае использования имущества не по назначению или ликвидации учреждения как музея-заповедника. Очевидно, что в данном случае ни один из этих вариантов неприменим.
Кроме того, помещения, в которых находится музейный фонд, также невозможно использовать в „религиозных и других целях, связанных с деятельностью епархии“, поскольку Инструкцией по учеты и хранению музейных ценностей, находящихся в государственных музеях СССР, утвержденной приказом МК СССР, установлены требования, не допускающие использование помещений и зданий музея в иных целях. Это хорошо известно руководству МП РПЦ. Но, по-видимому, уж очень приглянулась кому-то территория Рязанского кремля и имеющиеся там постройки.
Мы призываем Вас, господин Председатель Правительства Российской Федерации, не принимать решение о передаче Московской Патриархии РПЦ ансамбля Рязанского Кремля, и таким образом, сохранить от разрушения сложившуюся за истекшие десятилетия структуру Рязанского историко-архитектурного музея-заповедника, имеющего неоценимое культурное, историческое и научное значение для российского общества».
(А — В.К.) Эти садисты особенно любили пытать красивых девушек и женщин. Причину такой их «любви» объясняет выдающийся русский ученый и писатель И. А. Ефремов: «Христианство полностью взяло из древнееврейской религии учение о грехе и нечистоте женщины… Основатель римской церкви апостол Павел с современной точки зрения — явный параноик с устойчивыми галлюцинациями, особенно круто утвердил антиженскую линию церкви» (И. А. Ефремов. «Лезвие бритвы». М., 1988, с. 147–148).
Для того, чтобы читатели представили масштабы репрессий, Ефремов приводит такой факт: «В одном лишь немецком городке Оснабрюке в шестнадцатом веке за год сожгли и замучили четыреста ведьм при общем числе женского населения около семисот человек!» (там же, с. 143). «Дошло до того, что красивые женщины в Германии, Испании и других странах стали редкостью» (там же, с. 148). А мы удивляемся тому, что на Западе мало красавиц! Не было бы их и у нас, имей православные больше власти.
Но ведь в Средние века все верили в бога. Не слишком ли много «сумасшедших?» — спросит иной читатель. Послушаем Ефремова: «Как психологу, Гирину (любимый герой писателя, врач — В.К.) была совершенно ясна неизбежность возникновения массовых психических заболеваний. Деспотизм воспитания семьи и церкви превращал детей в фанатиков-параноиков. Плохая, нищая жизнь в условиях постоянного запугивания вызывала истерические психозы, то есть расщепление сознания и подсознания, когда человек в моменты подавления сознательного в психике мог совершать самые нелепые поступки, воображать себя кем угодно, приобретал нечувствительность к боли, был одержим галлюцинациями. Необыкновенное число паралитиков было среди мужчин. Психические параличи… были попыткой бессознательного спасения от окружающей гнусной обстановки. Но еще тяжелее была участь женщин. Вообще более склонные к истерии, чем мужчины, вследствие неснимаемой ответственности за детей, за семью, женщины еще более страдали от плохих условий жизни. Беспощадная мстительность бога и церкви, невозможность избежать греха в бедности давили на и без того угнетенную психику, нарушая нормальное равновесие и взаимодействие между сознательной и подсознательной сторонами мышления.
Заболевания разными формами истерии неминуемо вели несчастных женщин к гибели. Церковь и темная верующая масса всегда считали женщину существом низшим, греховным и опасным — прямое наследие древнееврейской религии с ее учением о первородном грехе и проклятии Евы. Кострами и пытками церковь пыталась искоренить ею же самой порожденную болезнь. Чем страшнее действовала инквизиция, тем больше множились массовые психозы, рос страх перед ведьмами в мутной атмосфере чудовищных слухов, сплетен и доносов». И далее: «Как писал известный исследователь Тейлор, „церковь никогда не смогла добиться всеобщего приятия ее сексуальных правил. Однако по временам она становилась способной так усилить половую воздержанность, что породила массу психических заболеваний. Не будет слишком сильно сказано, что средневековая Европа стала напоминать сумасшедший дом“».
Так какая же нравственность может быть у сумасшедших? Как смеют они учить жизни здоровых людей?!
(А — В. Ситников) Изрядно пересытившись модной и назойливой рекламой так называемой «православной культуры», приходишь к желанию, действительно её изучить. И, проникнув в её «духовную суть», разобраться, что к чему.
Руководствуясь известным библейским советом «судить о древе по плодам его», после аналитического изучения фактов понимаешь, что «плоды православного древа» весьма горьки и мало пригодны для «духовной пищи» нормального человека, какой бы лапшой и сахарной пудрой их не посыпали. То есть, как часто у нас случается, вовсю рекламируется, заведомо недоброкачественный товар. Понятно, что торговцам главное его сбыть, а там хоть потоп… Но если плохими продуктами можно отравиться один, два раза, то недоброкачественной культурой можно испортить себе всю жизнь, да и не только себе…
Первое, что бросается в глаза, это то, что «православная культура» — это культура умственной отсталости и эгоизма. Из бесед с батюшками и вооцерквлёнными видно, что все они страдают даже проблемой непонимания смыслового значения многих русских слов. Характерной для иностранцев, хотя вроде выдают себя за «русских». Поэтому рекомендую им посмотреть понятие культуры из Большой Советской Энциклопедии и «Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона», изданного во времена их любимой православной монархии. Получается, что люди берутся наставлять других, сами не понимая, о чём говорят. Они могут часами говорить о доброте, любви и смирении. Но потом выясняется, что по их «доброте и любви» вполне допускаются: зло, убийства, погромы, дискриминация всех неправославных и тех, кто не нравится чем-то церковным иерархам. Оказывается, библейская заповедь «не убий» является грехом только когда речь идёт об убийстве православного, да и то не всегда… А всех остальных убивать можно, и «давно пора», особенно если речь идёт о корыстных интересах церкви — «бог простит»… Такая ситуация и со всеми остальными «православными заповедями» и с церковной «любовью». Все должны любить лишь православие, лжецов в рясах и более никого. И, разумеется, эти лжецы вовсе не обязаны любить или хотя бы уважать вас на деле, даже если вы и православный..
Церковная «культура» всё толкует с извращённых эгоистических позиций. Она предписывает понимание и поведение, выгодное одной лишь церкви. И более никому не приносящее пользы. При этом, когда речь заходит об уважении и терпимости к другим взглядам и культурам, да и своим, но чем-то не угодившим иерархии, Православие всегда проявляет крайнюю нетерпимость и раздражение. Оно идет на попирание общечеловеческих и демократических ценностей и свобод совести. Оно постоянно давит на государственный аппарат, требуя от чиновников нарушений Конституции и других российских и международных законов в угоду православной церкви. Но при этом в СМИ православные иерархи любят разводить демагогию о какой-то «православной терпимости», что на деле является абсолютной ложью. Никакой «православной терпимости» просто не существует. В реальности существует цепкая хватка православного эгоиста, которая в тихую пережимаёт горло всему неправославному, где бы то ни было, и в Думе, и в правоохранительных органах, и в СМИ, и в муниципалитетах. Налицо двойная мораль, которую исповедует «православная культура», порождая и проводя политику двойных стандартов, говоря одно, а делая совсем другое. Ложь — это одна из её основных особенностей и оружие. Если уж сам «божественный дух» в церкви подменён раскрашенными деревяшками и тряпками, то что тут говорить о каких то частных и обыденных проявлениях православной психологии. Всё они будут отражением корыстной лжи. Поэтому «православная мораль» — это лжемораль, «православная духовность» — лжедуховность, «православное искусство» — лжеискусство и т. д..