— Я не могу нарушить приказ, Грета. Если барон прикажет вас держать — я должен буду держать. Эта проклятая магия заставит меня подчиниться. Понимаете?
— Понимаю. — Я сглотнула и откашлялась. — Поэтому вы лишили его возможности приказывать?
Донал кивнул.
— Надо было сразу так сделать, — заметил он с досадой.
Его ладони прожигали сквозь одежду, и от желания прижаться к нему покрепче меня удерживали лишь остатки здравомыслия и связанный барон, формально — мой законный муж.
— Я думала, вы не можете причинить вреда барону.
— Это не вред, — мотнул головой Донал. — Можно сказать, сплошная польза, если учесть, что сейчас он не в себе.
Ну да, мало ли что Фицуильям может натворить в таком состоянии? Но Донал так его приложил…
— А если бы вы нечаянно его убили?
Брюнет странно улыбнулся.
— Я бы умер вслед за ним. Проклятие бы со мной расправилось.
— И вы так спокойно об этом говорите?!
Донал дернул плечом.
— К демону такую жизнь. Грета, вы действительно не чувствуете ничего странного?
— Нет! — заверила я с чувством, мало что соображая от усталости и пережитого потрясения. Даже нескольких потрясений, и все — за один день. — Я невосприимчива к таким зельям и алкоголю, это побочный эффект благословения.
— Хвала богам! — Донал прикрыл глаза.
Марка вспрыгнула на постель и с опаской обнюхала бесчувственного гостя.
— Я не знаю, как долго будет действовать приворот, — продолжил Донал тихо, — поэтому вам лучше уехать прямо сейчас. Собирайтесь, я вас отвезу.
Я решительно кивнула. Скоттами и замком Мэлоуэн я была сыта по горло!
Мы ускользнули под покровом темноты, оставив связанного барона петь серенады полной луне за неимением объекта страсти. Надеюсь, он скоро придет в себя и хорошенько наподдаст маменьке!
Кровожадные мысли, впрочем, быстро исчезли, сметенные целым ворохом насущных проблем. Пробираться тайными ходами оказалось не так-то просто, хотя Рэм вновь вызвался служить фонариком. Он летел впереди, следом легко бежала Марка, для которой все происходящее было забавным приключением, а позади шли мы с Доналом. Он нес вещи, а я — спящую Лису и сумку Хелен. Документы и деньги, которые она оставила мне на хранение, я решила прихватить с собой, чтобы в дальнейшем вернуть законной владелице уже вместе с билетом на пароход и рекомендациями.
Я совсем потерялась в своих чувствах, страхах и надеждах, поэтому забывала смотреть себе под ноги и то и дело спотыкалась. Донал подхватывал меня, не давая упасть, и тут же отдергивал руки, будто обжегшись. На выходе их подземелий призрак с нами распрощался. Донал оставил меня с кошками на чемоданах, а сам подогнал автомобиль.
Час спустя мы уже подъезжали к городу. Безлюдные в этот предрассветный час улочки словно стелились под колеса, а сердце билось, отсчитывая мгновения до скорой разлуки. Тук-тук. Тук-тук. Секунда за секундой, метр за метром. И вот уже автомобиль затормозил у знакомой калитки.
Донал открыл мне дверцу, выставил на дорожку вещи и корзинку со спящими кошками. Город был тих и безлюден. Небо на востоке уже начинало светлеть, до рассвета оставалось не больше получаса.
Фонарь освещал застывшее, будто неживое лицо Донала, прислонившегося спиной к автомобилю. Легкий ветерок доносил приторный запах цветущих у калитки роз, от которого к горлу подступала тошнота.
Я знала, что нужно попрощаться. Выговорить лживое: «До свидания», — отвернуться и нажать кнопку звонка. И медлила. Я не хотела, чтобы он уходил, а он не мог остаться.
Донал заговорил первым, избавив меня от мучительного подбора слов:
— Вы ведь больше не вернетесь в замок?
Я зябко передернула плечами, хотя ночь была теплой.
— Меня туда теперь на аркане не затащишь.
Он кивнул, принимая ответ, и скрестил руки на груди.
— Если вам что-нибудь понадобится… мои показания, например, дайте мне знать, хорошо?
Я покачала головой.
— Не надо. Фицуильям хочет, чтобы эта история осталась в семье, пусть так и будет.
Он помолчал, потом дернул плечом и выговорил глухо:
— Мы с вами видимся в последний раз, поэтому я могу сказать. Я полюбил вас, Грета. Я понял это той ночью, когда увидел вас с бароном в башне. Я был не вправе вас ревновать, и все-таки я… я взбесился.
— Донал…
— Прошу вас, не перебивайте. Я не умею красиво говорить, просто хочу, чтобы вы знали. Я отдал бы все, чтобы вы остались со мной. Беда в том, что у меня ничего нет.
Сердце выскакивало, заходясь в сладкой боли.
— Я…
Стремительно шагнув вперед, он приложил палец к моему рту.
— Ш-ш-ш! Молчите. Если вы скажете хоть слово, я не смогу уйти. Но я должен! Я раб проклятого замка, с этим ничего не поделаешь. И простите меня.
— За что? — удивилась я вопреки его просьбе.
— Вот за это.
Наклонившись, Донал прижался губами к моим губам, и я на мгновение замерла, ошеломленная своей реакцией на эту простую ласку. Обняла его за шею и ответила. И я говорила, что не понимаю прелести поцелуев?! Так сладко, так отчаянно, так… безнадежно.
Судорожно вздохнув, он отстранился и долгую минуту смотрел мне в глаза. Впитывая. Запоминая.
— Прощайте, — выдохнул Донал. — Любимая.
Потом хлопнула дверца авто, взревел мотор, взвизгнули шины. И я осталась одна — со своими вещами, кошками и сомнениями, пока в доме не вспыхнул свет и не хлопнула калитка. Джули, заспанно потирая глаза кулаком, широко зевнула и спросила:
— Эй, Грета, ты в порядке? Кто это тебя привез? Ретт говорит, с тем парнем что-то не так, по моей части. Жаль, я его в прошлый раз толком не разглядела.
Из-за спины сестры выглянул встревоженный Ретт, наш семейный призрак, удерживая за шкирку такую же призрачную псину. За пределы участка нашим призракам ходу нет, открыть зачарованную дверь он тоже не в силах, вот и позвал Джули.
— Мисс Грета, вы как? — вторил он. — Стоите и стоите, в дверь не звоните.
— Это был Донал Грин. Страж, верный пес и так далее моего, так сказать, супруга.
Я скривилась, вспомнив попытку муженька исполнить супружеский долг, невзирая на мое активное сопротивление.
— И?.. — приподняла брови сестра и поправила растрепанные волосы.
— Может, ты меня впустишь? — хмуро осведомилась я. — Я сегодня глаз не сомкнула, а денек выдался тот еще. Кофе хочу — умираю.
Джули наставила на меня указательный палец.
— Если пообещаешь мне все рассказать, то сварю тебе по своему фирменному рецепту.
— Обещаю, — пробурчала я, протискиваясь в калитку мимо нее. — Я вернулась домой, так что времени на разговоры у нас вагон.
Джули и призрак переглянулись, радости на их лицах почему-то не прибавилось.
— Я тогда пойду! — с этими словами призрак растворился в предутреннем мареве.
Зато Джули осталась, даже помогла занести чемоданы и сварила кофе с коньяком, а потом устроилась напротив, намекая, что напиток придется отрабатывать.
— Расскажи подробнее, что это за брюнет, с которым вы так страстно прощались? — осведомилась она, размешивая сахар в чашке и болтая босыми ногами. — Ретт говорит, он не человек и не дух.
Кто бы сомневался, что вредный призрак подсматривал!
— Угу. — Я сделала вид, что любуюсь рассветом. Глаза защипало. — Он хранитель замка и заодно — рода Скоттов. Не по собственной воле, его заставили участвовать в каком-то ритуале.
— Так-так-так! — оживилась сестра. — Как интересно. Давай рассказывай!
Я набрала в грудь побольше воздуха и начала говорить…
— Все-таки ты дура! — честно сказала сестра, выслушав мою сумбурную исповедь. — Диплом защитила, кандидатскую чуть не зубами выгрызла, а любовь отстаивать не хочешь?!
— С чего ты взяла, что это любовь? — насупилась я, глотнув кофе.
Сестра похлопала меня по плечу.
— Потому что ты поглупела. Это верный признак!
— Издеваешься? — вздохнула я.
— Есть немного, — согласилась Джули. — Ведь эта Аннабель была обычной магичкой!
— Сильной магичкой, — хмуро поправила я, крутя в пальцах ложечку.
— Пусть так, — легкомысленно отмахнулась сестра, играя пояском халата. — Все равно. На любого хитрого мага найдется маг похитрее.
Я встрепенулась.
— Думаешь?..
Джули повела плечиком.
— Думаю, что вы двое зря пали духом. Если он тебе нужен, этот твой Донал…
— Нужен! — подтвердила я решительно.
— Тогда действуй, — посоветовала сестра серьезно. — С магией я помогу, с остальным тебе придется разбираться самой.
— Завтра позвоню Стефану, — решила я, признавая правоту Джули. — И где-то у меня записан телефон судьи Ричардса, старого маминого друга. Кстати, ради такого дела можно и папины связи подключить.
Я задумалась, прикидывая план действий. Если подойти к задаче с умом, она может на поверку оказаться не такой уж невыполнимой! Нужно только поставить цель, составить план и определиться со средствами и методами…
Замок Мэлоуэн, два месяца спустя
Замок еще спал. Солнце только-только взошло. Хотя на календаре был уже сентябрь, погоды стояли еще по-летнему жаркие, даже ночью было душно. Многие окна были распахнуты настежь, так что громкое пение труб наверняка услышали и слуги, и хозяева, и даже призраки в склепе.
Я поморщилась — вблизи этот звук выносить было тяжело — и вгляделась в выбегающих во двор людей. Охранники даже пикнуть не посмели, когда им под нос сунули бумаги с королевской печатью, и теперь растерянно переминались в сторонке.
Пахло медом, корицей и яблоками от многочисленных корзин, расставленных у стены кухни. Должно быть, кухарка как раз собиралась наготовить пастилы и джема на зиму.
Я невольно сглотнула слюну (вставать пришлось в несусветную рань, и позавтракать я не успела) и украдкой осмотрелась по сторонам. В замке почти ничего не изменилось, хотя тут наверняка десятилетиями ничего не меняется.
Трубы зычными медными голосами собирали всех обитателей Мэлоуэна от мала до велика. Во дворе их поджидал важный королевский судья в мантии и парике, окруженный целым сонмом секретарей, приставов и прочей мелкой бюрократической шушеры.