Макаровна наклонилась к подруге.
- И как их женить? – Тихо спросила она. – Ни в какую ни с кем знакомиться не желает.
- Найдем способ, - отмахнулась Шмелёва и посмотрела на серые дома, мелькающие за окном.
Сергеевну хоронили всего в двух «улицах» от центрального входа. Тут же в ста метрах находилась и могилка Шмелёва Филиппа Михайловича, выдающегося учёного. Потому, когда Наумовна, не найдя новых лиц в родственниках почившей, отправилась к могиле мужа, то никто особо и не удивился. Все знали, что, где и как.
- Привет, - Агриппина чуть разгребла мокрый снег и присела на лавочку. – Прости, что давно не приходила. Старость она такая. И не думай, что я чаще приходить стану. Навесил на меня заданий, так что на живых мне приходится времени больше тратить, чем на мертвых.
Она вдруг осеклась, почувствовав на себе чей-то взгляд. Оглянулась и увидела, что рядом с оградкой стоит худенькая курносая девчушка лет шести и внимательно разглядывает пенсионерку. Агриппине тут же стало немного не по себе. Эту девочку она видела впервые, и та на кладбище в светло-розовом комбинезоне смотрелась очень чужеродно.
- Ты откуда? – Нахмурилась старушка.
- А вы с этим дядей разговаривали? – Девчушка не стала отвечать на вопрос, но кивнула на фотографию у надгробия.
- Разговаривала, - осторожно согласилась Наумовна. – Они же нас слышат, значит, надо разговаривать. Хотя, это больше нам надо, чем им, - зачем-то добавила она.
Девочка серьезно выслушала её и потерла нос варежкой.
- А Ксюшка никогда не разговаривает с мамой. Мы сюда приходим, она молчит-молчит, а потом мы домой едем, - пожаловался ребенок.
- А где Ксюша? – Тут же оживилась старушка.
- Вон там. Стоит и молчит, - девочка махнула в сторону здоровой ёлки.
Наумовна поднялась со скамейки и вышла за оградку.
- Ну, показывай. Посмотрю, как с мертвыми молчат, - не разгуливать же ребенку одному по кладбищу. Вдруг что-то случилось, так хоть рядом взрослый человек будет.
За ёлкой нашлась девушка едва ли старше двадцати пяти лет. Она стояла, тяжело опёршись о калитку оградки и, не моргая, смотрела на простенький памятник.
- Вот это Ксюшка, - ткнула девочка варежкой в спину девушки. Та не отозвалась. – Она здесь всегда такая.
Агриппина вздохнула. Видала она уже такие лица. Отчаяние вместе с каким-то внутренним оцепенением. Страшное состояние. Ещё два шага и здравствуй депрессия.
- Поговори, легче станет, - тронула она плечо девушки.
- Не станет, - не поворачивая головы ответила Ксения. – Не могу я больше, - добавила она на каком-то срыве.
- Люди – существа сильные. Часто, они сильнее самих себя. А у тебя случилось что? – Вскинула бровь старушка и, нашарив в кармане конфету, протянула её девочке.
- Всё у меня случилось, - девушка, пошатнувшись, с силой вцепилась в металлическую перекладину. – Мама вот умерла четыре месяца назад. Мелкую на меня повесила. Из-за этого парень бросил, с которым уже дата свадьбы была назначена. В компании в должности меня понизили. Вообще уволят, наверное, скоро. Я уже два раза больничный брала. Вот за что мне это всё?
- Испытания всегда даются нам по силам. Сильная ты очень, значит, - Наумовна явно знала, о чем говорила. – А раз ты здоровая и сильная, то и сестру вырастишь, и замуж удачно выйдешь. И вообще, с этой минуты тебе постоянно везти будет. Ты только мимо счастья не проходи, вот и всё.
- А вы откуда знаете? – Ксения вдруг повернулась к этой странной старушке. – У вас тоже в жизни что-то плохое случилось?
- Счастливых людей на кладбище не бывает. По крайней мере, живых, - наставительно обозначила Шмелёва. – А тебе ещё жить да жить. И пример сестре подавать. Да и… нечего тебе тут на кладбище делать, пока ты свою жизнь не устроишь. Здесь ответов нет, одни вопросы.
Наумовна подмигнула девочке, погладила по плечу девушку и отправилась обратно. У неё там еще разговор не закончен, да Сергеевна не дохоронена. Она вошла в оградку к Филлипу.
- Слышал? – Обратилась она к нему. – Плохо у неё всё…. Слушай, а чего это ты там отдыхаешь, а я тут работать должна? Давай-ка, эту странную парочку бери на себя и обеспечь счастьем. Да таким, чтобы мне потом не стыдно было рассказать. А я посмотрю, как у тебя это получится. Тем более, что они явно не с нашего района, а по городу мне бегать совсем некогда.
Агриппина хмыкнула и посмотрела на похоронную компанию, что стояла неподалёку. Макаровна уже отчаянно что-то семафорила подруге. Едва пенсионерка вышла за оградку, как на надгробие уселся упитанный снегирь с красной грудкой. Он внимательно проследил за старушкой и, щелкнув клювом, куда-то улетел.
Ксюша всё еще стояла у ограды, не зная, что делать. Она до сих пор не могла поверить, что на неё всё это свалилось так быстро. И почему-то легче от пройденного времени не становилось совсем. Это ещё хорошо, что опека Люську ей без проблем отдала. Сотрудники даже сами с документами помогли. Но всё остальное….
- Ксюшка, смотри, - сестра дернула её за рукав и показала куда-то в сторону. – Это снегирь!
Девушка с удивлением увидела на лапе ёлки упитанного красногрудого снегиря, который с интересом рассматривал людей.
- И правда, - удивилась Ксения. – Откуда он тут? Здесь никаких рябин нет даже….
- Потому что это чудо! Как в сказке! Мама всегда говорила, что лучше верить в добрые сказки, чем в злую реальность, - Люська с интересом разглядывала птицу.
- Тебе в следующем году уже в школу, а ты в сказки веришь, - насупилась девушка, бросила последний взгляд на памятник и, взяв сестру за руку, отправилась к выходу с кладбища. – И сколько раз я тебе говорила, не разговаривай с незнакомыми людьми.
- Это не людь. Это бабушка, - заупрямилась девочка.
Ксюша только вздохнула и, выйдя за ворота кладбища, направилась к автобусной остановке. О своей машине пока приходилось только мечтать. Да и прав у неё не было. На учебу тоже нужны деньги и время. Их-то у неё и не хватает.
Через час они уже входили в старенькую мамину квартиру. Раньше здесь было заводское общежитие, которое переделали, и получились небольшие квартирки с маленькими комнатами. Конкретно эта квартира уже лет двадцать не видела ремонта, но выбора, где жить, у Ксюши сейчас не стояло. Да и она уже смогла с зарплаты немного денег отложить на ремонт. Даже если переклеить обои, то это уже будет огромный плюс. Но пока и времени не было, да и сил никаких не оставалось.
- Люсь, я сейчас нам обед разогрею, а ты пока переоденься, - велела девушка и отправилась на кухню. Но звонок в дверь сбил все её планы. – Кто там? – Она вновь подошла к двери.
- Домоуправление, - провозгласил грубоватый мужской голос.
Немного замешкавшись, Ксюша всё же отперла замок и выглянула на площадку.
- Здравствуйте, - пискнула, увидев хмурого усатого мужчину лет пятидесяти.
Тот в ответ только хмыкнул.
- Покровская Ксения Мартыновна? – Уточнил мужчина.
- Да, - неуверенно ответила та.
- Распишитесь вот тут, - он протянул ей какие-то бумаги.
- Что это? – Нахмурилась девушка.
- Заявление на переселение. Мы к вам уже вторую неделю в квартиру попасть не можем, чтобы вы подписали. Вот, в выходной день пришлось ехать, - ворчливо пробормотал сотрудник домоуправления. – Через три дня вам надо будет выселиться отсюда.
- К-какое переселение? – Округлила глаза Ксения. – Мы никуда не хотим переселяться.
- А большинство жильцов высказались за переселение. Тем более, что здесь будет строиться многоэтажка. И вместо этого облупленного общежития будет стоять нормальный дом, - ухмыльнулся этот дядька в усы.
- А мы где будем жить, пока этот дом будут сносить, а другой строить? – Ксюша ничего подписывать пока не решалась.
- Так вам после нового года выдадут сертификат на покупку жилья в любом районе города, с тем чтобы вы смогли купить квартиру на десять квадратов больше, чем у вас есть сейчас. Это мэрия озаботилась. Земля сейчас под этим общежитием золотая, так что все расходы на вас всё равно покроются многократно, - услышала она в ответ.
- Так выселяться через три дня, а сертификат только после нового года. Где мы всё это время жить-то будем? – Покачала головой девушка.
- Ну, снимете жильё на месяц. Все так сделают, не только вы. Переедете, а потом и жильё купите, - пожал он плечами так, как будто это не было проблемой.
- Но у меня сейчас нет денег снимать жильё, - Ксения закусила губу, чтобы не расплакаться. Господи, да неужели мало на неё бед свалилось за последнее время? Теперь и это ещё!
- Так найдите, - нахмурился этот мужик. – Все находят, и вы найдите. Всего-то месяц где-то перекантоваться. Подписывайте уже, у меня рабочий день ещё вчера закончился.
- Не буду подписывать, - неожиданно для самой себя упёрлась Ксения, только что открывшая для себя новую сторону своего характера.
- Да ты чего? Ты у меня последняя в доме осталась. Все подписали уже. Подписывай, говорю, - мужик угрожающе шагнул вперёд.
- Не буду. Нам жить будет негде, - девушка чуть прикрыла себя дверью, не понимая, как вообще будет обороняться в случае чего.
- Дык через месяц же выдадут всё. И на десять квадратов больше, - рыкнул он. – Ну-ка, быстро подписала!
- Нет! – Рявкнула Ксения и захлопнула дверь перед самым носом сотрудника домоуправления. Быстро закрылась на замок и выдохнула.
- Эй! – Мужик двинул по двери. – Открывай давай! Если ты не подпишешь, к тебе завтра всё заводоуправление придёт сюда. Это ты не меня подставляешь. Это ты их подставляешь. Общежитие стоит на земле завода, так что они и придут с тобой разговаривать.
- Пусть приходят, - откликнулась она из-за двери. – Ничего не подпишу.
- Да и пёс с тобой! Сама выкручивайся, - видимо, не настолько её подпись и была нужна, потому что послышались уходящие шаги.
Девушка выдохнула.
- Ксюш, а кто это был? – Раздался шепот у неё из-за спины.
Ксения повернулась.
- Люська, ты чего здесь стоишь? – Нахмурилась девушка, потому что от двери ощутимо тянуло прохладой, а на ребенке даже носков не было. – Идём на кухню, я сейчас еды погрею.