– Что ж, – ответила Анна. – Вам повезло. Как раз представился случай.
Девушка сделала шаг в сторону, и к ней подошел еще один знакомый мужчина, которого она не видела уже больше трех лет.
– Здравствуй, Анна, – с улыбкой проговорил Шон Мак-Генри.
– Шон? Что ты здесь делаешь? – ведьма была приятно удивлена его появлению здесь.
– Я не мог остаться в стороне, ты же понимаешь.
Ее удивление длилось еще пару секунд, а затем она сказала:
– Я рада тебя видеть. Как твои дела?
– Все хорошо.
– Как Фергас?
– Весьма бодр и рвется в бой, – с улыбкой произнес шотландец. – Ты не представляешь, с каким трудом мне удалось уговорить его остаться дома.
– Кажется, он утверждал, что его больше не интересуют дела других ведьм и колдунов, и он не собирался занимать чью-либо сторону? – вспомнила Анна.
– Все изменилось. Теперь он стал убежденным монархистом.
Девушка улыбнулась ему в ответ и, обратившись к хозяйке клуба, попросила:
– Мадам Жарри, сделайте, пожалуйста, свет ярче. Если, конечно, гости не возражают.
Полин взмахнула рукой, и по периметру помещения появилась слабая подсветка, которой, однако, было достаточно, чтобы Анна смогла увидеть всех, кто пришел на встречу. Кроме тех, с кем ведьма уже успела поговорить, в комнате было еще семь не знакомых ей человек.
Рядом с Полин находились две женщины. Должно быть – Анна вспомнила слова Жан-Пьера – это были постоянные члены клуба. Еще одна женщина беседовала с колдуном, по виду испанцем. Трое оставшихся мужчин стояли отдельно от других групп. После того как королева и ее подданные некоторое время внимательно изучали друг друга, один из колдунов, мужчина значительных размеров с густой окладистой бородой, решительно выступил вперед и твердым голосом заговорил:
– Ваше величество, мое имя – Уилл Саут. Полгода назад люди, называющие себя «воинами серпенты», напали на моего сына и оставили его в живых, взяв с меня слово, не сообщать о них и о нападении. Однако теперь, когда все это зашло слишком далеко, я и родственники других жертв хотим призвать этих преступников к ответу и надеемся на вашу помощь, королева.
– Какую именно помощь вы от меня ждете, господин Саут? – холодным тоном произнесла Анна. В ее глазах появился металлический блеск. Американец остановился и непонимающе посмотрел на девушку.
– Я думал… э-э… ваше величество, разве вы не должны… – замявшись проговорил он.
Анна усмехнулась.
– Скажите, вы когда-нибудь читали Конституцию колдовского сообщества, свод законов и правил, где были бы указаны права и обязанности монарха, или хотя бы слышали о существовании чего-нибудь подобного? – ведьма адресовала свой вопрос Сауту, а когда тот неуверенно покачал головой, посмотрела на остальных и продолжила: – Кто-нибудь из вас слышал? Нет? Так почему тогда все считают себя осведомленными в том, что касается моего долга перед подданными? Господин Саут, я понимаю причины, побуждающие вас участвовать в освобождении новых пленников. Но что заставляет вас верить тем, к кому вы обратились за помощью?
Колдун сделал паузу, обдумывая слова королевы.
– Мои враги сильнее меня так же, как и вы, и люди, которых я призываю встать на мою сторону. Мне нечего терять, ваше величество. Во мне остались только желание отомстить обидчикам и надежда на поддержку соплеменников.
Анна кивнула, соглашаясь с его объяснением. После этого она принялась медленно переводить взгляд от одного участника собрания к другому.
– Я приму участие в освобождение пострадавших, – наконец проговорила она. – И покараю преступников, осмелившихся бросить мне вызов. Я сделаю это в назидание подданным, которым в будущем может прийти в голову мысль манипулировать мной. Таковы мои причины. Я хочу, чтобы каждый из вас был лично заинтересован в этом деле. Если вы не уверены, что готовы участвовать, и сомневаетесь в своих силах, вам лучше уйти прямо сейчас. Я не стану никого осуждать за это, – Анна выдержала паузу, ожидая, что кто-нибудь воспользуется ее предложением. Когда никто этого не сделал, она продолжила: – Я также предоставляю шанс безнаказанно покинуть сейчас этот клуб тому, чьи интересы служат врагам. В противном случае, если я узнаю о предательстве, то буду преследовать изменника суровее, чем любого другого своего противника.
Собрание длилось около трех часов и закончилось, когда участники составили план освобождения пленников и договорились встретиться в Анкоридже послезавтра. Покинув клуб, Анна отказалась от предложения Луизы переночевать у нее дома, решив прогуляться с Шоном по улицам ночного Парижа.
– Знаешь, по-моему, когда ты согласилась прийти, участники собрания рассчитывали услышать от тебя что-то более ободряющее, – заметил Шон, когда они медленно шли вдоль набережной Сены.
– Ты ждал, что я вдохновлю тебя встать под мои знамена? – с улыбкой спросила Анна.
– Ты меня уже вдохновила, – ответил колдун. – Еще тогда, когда мы встречались, и во второй раз, когда ты вышла замуж за музыканта, человека, не владеющего магией.
Они остановились, и Анна посмотрела на Шона. Его глаза светились знакомым мягким блеском.
– Знаешь, – сказал Мак-Генри после паузы, – у меня есть девушка. Ее зовут Кэндис, и она – не ведьма.
– Должно быть, твой отец рад этому факту? – весело произнесла Анна.
– Да, но все же ей непросто с ним общаться. Каждый раз приходится доказывать ему, что она достойна быть рядом со мной. Фергас всех девушек сравнивает с тобой.
– Я думаю, большинство девушек с легкостью выиграют это сравнение, – сказала ведьма. – В любом случае, разве мнение твоего отца в этом вопросе должно иметь для тебя значение?
– Ты права, конечно, я его не слушаю. К тому же, я люблю Кэндис и хочу рассказать ей о магии. Но, – Шон помедлил, – я не знаю, как это сделать, то есть, как она отреагирует. Расскажи мне о своем опыте.
– Ну, – пожала плечами Анна, – я думаю, ты знаешь, все знают. Я показала Ники колдовской бал.
– Да, да, – кивнул шотландец, – я имею в виду, ты не боялась, что он будет в шоке?
– Вспоминая сейчас об этом, я понимаю, что тогда чувствовала, что Ники все это понравится. Так и произошло. Конечно, у меня не было полной уверенности, но было огромное желание сообщить ему всю правду о себе.
– Скажи, Анна, – колдун внимательно посмотрел на девушку, – ты счастлива?
– Шон, разве можно ответить на этот вопрос? – улыбнулась ведьма.
Помолчав некоторое время, Мак-Генри сказал:
– Знаешь, мне кажется, я был прав.
– Что ты имеешь в виду?
– По-моему, ты нашла мужчину, с которым можешь вместе летать.
Сильный ветер, который, казалось, встал на сторону защитников крепости, яростно дул в лицо и увеличивал скорость магических снарядов, беспрестанно вырывающихся из всех окон и дверей поместья.
Анна и группа ее союзников, состоящая из пятнадцати ведьм и колдунов, осаждали небольшую крепость, построенную в скале на берегу одного из многочисленных озер Аляски. Королева и шестеро ее соплеменников атаковали противников с воздуха и обеспечивали защиту тем, кто не умел летать и по берегу пытался приблизиться к крепости.
Несмотря на ветер и надежную оборону атакующие чувствовали свое превосходство и не более чем через полчаса сумели проникнуть в поместье.
Анна стояла на берегу и сосредоточенно наблюдала, как ее подданные выводят из ворот крепости плененных ими бунтовщиков. Ведьму тревожила кажущаяся легкость победы и покорность потерпевших поражение соплеменников, в числе которых не было Сирила Кодрингтона.
Анна видела, что ее союзников также не покидает чувство, похожее на разочарование, как будто их настрой и концентрация во много раз превышали усилия, которые потребовались в конечном итоге. Было очевидно, что они не торопятся праздновать успех и напряженно ждут, что их противники предпримут решающую попытку атаки. Не исключено, подумала Анна, что союзников беспокоит мысль о чудовище, речь о котором заходит всегда, стоит только упомянуть «воинов серпенты». Сама же королева по-прежнему не воспринимала всерьез возможность существования этого монстра, считая, что распространение слухов о нем – это всего лишь попытки устрашения со стороны врагов.
Тем временем союзники, обезоружив и сковав всех бунтовщиков, наконец добрались до подземелья, где находились пленники. Когда подданные ее величества освободили и вывели заложников из крепости на берег озера, Анна увидела восемь измученных и запуганных ведьм, колдунов и их родственников, не владеющих магией, которым, наверняка, будет сложнее всего пережить это потрясение.
Уилл Саут сообщил королеве, что среди пленников две семьи. С представителями одной из них он был знаком, а вот вторая семья, состоящая из супружеской пары, должно быть, была взята в заложники позже.
Анна внимательно посмотрела на мужчину и женщину и ощутила неприятное чувство отвращения. Был ли причиной тому их внешний вид – грязная и порванная одежда, или взгляд и выражение их лиц, заставляющие сомневаться в сохранности их умственного благополучия? Анна не стала долго задумываться над этим, вспомнив, что жалость и сочувствие никогда не были ее сильными сторонами, и она участвует в освобождении пленников не из сострадания к ним.
Потеряв интерес к бывшим заложникам, ведьма подошла к группе закованных в магические кандалы бунтовщиков. Многие из них, даже признав свое поражение, смотрели на ее величество с ненавистью и вызовом. Но были и те, кто явно боялся могущества королевы, и их глаза были наполнены страхом перед наказанием за совершенное ими злодеяние. Взгляд Анны, до этого напряженный и сосредоточенный, потемнел. В нем появилось ледяное неподвижное пламя, лишающее преступников малейшей надежды на милость.
– Вы проведете в крепости следующие пять лет и не сможете уйти дальше этого берега, – объявила им королева. Она подняла перед собой руки, и постепенно между ее ладоней сформировался магический шар, сверкающий заключенными в нем молниями. Ведьма неторопливо наблюдала, как оболочка шара едва сдерживает внутри смертельно опасную энергию. Переведя взгляд на бунтовщиков, Анна почувствовала, как усилились их ненависть и страх, и ее Эфир, насытившись в этот миг их эмоциями, заставил королеву помедлить еще несколько секунд. Затем она заговорила снова: