Его девушка Маргарет была начинающим дизайнером одежды и ценила финансовую независимость. Мода и взгляды на жизнь – это было тем, что объединяло Анну и Маргарет. Благодаря лондонским друзьям у Анны родилась мысль вдохнуть новую жизнь в огромный родовой замок, который она оставила в Швейцарии.
Однажды она пригласила Питера и Маргарет провести рождественские каникулы у себя в Гарденау. Друзья были впечатлены красотой Эосберга, его завораживающей, мистической атмосферой, а Анна подумала, что для нее будет слишком много такого большого замка, и захотела этой самой атмосферой поделиться. Дал знать о себе ее предпринимательский талант. Анна переоборудовала комнаты в роскошные номера, проведя дополнительные коммуникации, построила открытый бассейн, наняла небольшой штат администрации и пригласила нескольких знакомых отдохнуть в старом замке с современным комфортом.
За четыре года Эосберг стал престижным отелем для состоятельных людей. Там отдыхали артисты и спортсмены, бизнесмены и политики. Анна всегда сама выбирала и приглашала своих гостей. Она по-прежнему являлась одним из десяти крупнейших акционеров «Би-Эм Холдингс», часто бывала в Лондоне по делам концерна, но все же считала своей любимой работой организацию сезонов в Эосберге.
Сезон, то есть новый приезд гостей, проходил каждый месяц и длился две недели. Обычно гостей было от двадцати до тридцати человек. В их распоряжении был замок, его окрестности, включая поля для гольфа и теннисные корты, конюшня, охотничьи домики и горнолыжный склон. Но больше всего гости ценили вечера, когда за ужином, проходившем в зале для приемов, они слушали живую музыку и наслаждались обществом своей очаровательной хозяйки.
Одной из самых больших удач в этом деле Анна считала встречу с Францем Венцелем, который стал правой рукой молодой баронессы. Занимая должность старшего администратора, а фактически выполняя обязанности личного секретаря, Франц (или Франсуа, как его называли Жан-Пьер и другие франкоговорящие гости) помогал хозяйке развивать отель и был в курсе ее лондонских дел.
Анна всегда могла положиться на него и легко доверяла ему поместье и гостей, пока сама была в Англии на учебе или по делам концерна. И хотя частое отсутствие хозяйки не тормозило развитие отеля, после получения диплома она все же предпочла больше времени проводить на родине.
– Анна, вы примите участие в заключительном вечере текущего сезона? – поинтересовался Франц после того, как сообщил, что билет на самолет и номер в отеле забронированы.
– Планирую. Думаю, что закончу все дела в Дюссельдорфе за пару дней. Если планы изменятся, я дам вам знать, – сказала Анна, просматривая почту. – Попросите Хайнца подготовить автомобиль через час.
В самолете ведьма развлекалась тем, что представляла себе встречу с Роннетом и радовалась, что, как это обычно у нее бывает, в действительности все произойдет не так, как она сейчас придумала. Осознание этого ее приятно волновало. В полночь Анна уже наслаждалась видом ночного Дюссельдорфа из окна своего отеля и предвкушала завтрашний день.
Ники
Ники Роннет проснулся в прекрасном настроении. Вечером состоится концерт, а молодой человек был из тех, кто, отдавая себя выступлению, не терял силы, а наоборот заряжался энергией зала и его реакцией на музыку. Для него не имело значения, стадион это или маленький клуб.
Сегодняшнее мероприятие не было рассчитано на большую аудиторию. По сложившейся традиции концерт и вечеринку после него организовала звукозаписывающая компания «Джей-Эйч-Эм Рекордс» для преданных членов фан-клуба. Выступление было назначено на восемь вечера и не требовало от Ники особой подготовки. Поэтому до того, как отправиться в клуб, Роннет решил остаться дома и поработать над песней, идея которой пришла ему в голову накануне.
Раздался звонок. Ники с опаской покосился на экран телефона, подумав, что это Кристина хочет продолжить вчерашний разговор. Они расстались пару недель назад, но его бывшая девушка упорно не желала признавать этот факт, время от времени донимая Ники звонками. Вчера он был с ней довольно резок, но Кристина объяснила это его занятостью и волнением перед концертом. Молодой человек устал от этих разговоров, как однажды устал от их непродолжительных отношений. К счастью, это звонил Рольф Бернхард, друг и один из музыкантов «Мистерии». После обсуждения деталей предстоящего выступления Ники перебрался в студию, оборудованную в его квартире.
Мелодия, которая поначалу казалась легкой и оригинальной, звучала сегодня иначе и нравилась Ники все меньше. Четыре часа тщетно пытаясь вспомнить свое вчерашнее настроение, музыкант встал перед выбором: выбросить неудавшуюся песню из головы или выждать какое-то время, пока первоначальная задумка снова его не вдохновит. Ники склонился ко второму варианту, подумав о концерте, который, как он надеялся, его взбодрит, добавит эмоций и освежит голову.
Клуб «Стена», который сегодня вечером заполнит пара тысяч фанатов «Мистерии», находился на другом конце города. Ники прибыл туда около семи. Все были в сборе, кроме Штефана Граде, второго гитариста группы, который уже давно никого не удивлял своими опозданиями.
– Ты уже видел фэнов? – спросил Рольф у Ники, зная о привычке того наблюдать, как заполняется зал. – Публика ждет своих кумиров, – с легкой усмешкой добавил Бернхард. Они курили в гримерной, каждый по-своему настраиваясь на выступление. Рольф был ведущим гитаристом, исполнителем соло, и его внешнее и внутреннее хладнокровие нередко успокаивало коллег перед концертами. В отличие от него Ники пребывал в сильнейшем возбуждении, которое старался прятать под несвойственной ему неразговорчивостью. Тут в комнату ворвался Хельмут Хойер, директор группы, для кого каждый концерт – это непрерывная суета и стресс.
– Штефан еще не приехал? – выпалил он.
– Все в порядке. Он только что звонил. Будет через пять минут, – успокоил его Рольф, солгав про звонок.
– Через пятнадцать минут вы должны быть уже на сцене, – сказал Хойер и скрылся за дверью.
Как ни странно, Штефан Граде действительно появился через пять минут.
– Всем привет! Я не сильно опоздал? – спросил он, взяв гитару для настройки.
– Достаточно для того, чтобы Хельмут принял лишнюю таблетку успокоительного, – улыбнулся Рольф.
– Надеюсь, сегодня будет удачный вечер, – предвкушал Штефан.
– Ты имеешь в виду концерт или встречу с поклонниками? – спросил Рольф, зная о неравнодушии друга к фанаткам.
– И то, и другое, конечно.
Ники слушал их разговор молча. Необременительная болтовня друзей помогала настроиться и сгладить внутреннее волнение. Когда они подошли к сцене, их там уже ждали Алекс Окс и Торстен Бельке – басист и ударник группы.
Концерт начался с очень быстрой композиции «Пора в путь», и зал взревел от восторга. Ники был в своей стихии. Во время песен он любил быстро двигаться по сцене, а в перерывах много говорил и шутил, еще больше заводя поклонников.
После пяти песен наступило время баллады. Первая из двух выбранных для сегодняшнего концерта баллад называлась «Фиолетовый ирис». Это была лирическая, может быть, немного наивная песня из ранних альбомов «Мистерии». Молодой человек любил исполнять ее на домашних концертах. Во время пения его взгляд скользил по лицам фанатов, не останавливаясь ни на ком. Ники удавалось создать у публики впечатление, что он поет для каждого в отдельности.
И вот на словах «Фиолетовый ирис погиб, оставленный в ночи» он поймал взгляд устремленных на него темных глаз. Они ярко сверкнули в луче прожектора, на миг осветившего зал, но и в темноте продолжали отливать холодным, таинственным блеском.
Ники казалось, что в них сочетались интерес и некоторая снисходительность, он как будто читал в этих глазах призыв: «Удиви меня» и видел легкое чувственное ожидание: «Сможешь ли ты доставить мне такое же удовольствие, какое получают все присутствующие здесь?»
Девушка, обладательница этого взгляда, спокойно стояла на одном месте, не поднимала рук и не подпевала вслед за Ники, как это делал весь зал. Впервые на сцене ему захотелось петь только для одного человека, доказать этой девушке, что она не зря пришла сегодня на концерт.
Исполнив еще три песни, музыканты сделали пятиминутный перерыв.
– Вы заметили девушку? Необычную такую… – спросил Ники у друзей, когда они ушли со сцены.
– Только одну? Я заметил множество девушек, – сообщил Штефан.
– И что в ней необычного? – поинтересовался Алекс, не обращая внимания на замечание Граде.
– Э… не могу объяснить… Ладно, забудьте, – махнул рукой Ники.
Обсудив некоторые изменения в сет-листе, музыканты снова вернулись на сцену
и продолжили выступление.
Ники искал глазами девушку, но ее не было на прежнем месте. За одно мгновение он прошел путь от легкого разочарования – до отчаяния, причем был немало удивлен своей реакции.
Иногда Ники казалось, что он видит в толпе знакомый блеск глаз, и тогда, желая прочитать в них одобрение, продолжал концерт с новой силой и воодушевлением. Зрители неистовствовали, попадая под магию музыки и исполнения. Даже Хельмут Хойер, привыкший к успешным концертам «Мистерии», был в восторге от сегодняшнего выступления.
После концерта музыканты вернулись в гримерные, чтобы принять душ, переодеться и предстать перед ожидавшими их поклонниками. Вечеринка для фан-клуба проходила в другом, закрытом зале, в который могли попасть только обладатели билетов с приглашениями.
Когда Ники и его друзья появились в зале, их тут же обступила толпа фанатов, желавших пообщаться и сфотографироваться со своими кумирами. Ники всегда охотно разговаривал с фэнами, не только на сцене, но и лично. Молодые люди и девушки подходили к нему, задавали много вопросов. Ники надеялся увидеть среди них девушку из зала, но, казалось, она исчезла навсегда.
– Может, она вовсе не собиралась оставаться после концерта, – предположил Рольф, когда Роннет рассказал ему о нео