Через полчаса заместитель снова был у шефа и сообщил, что мисс Лаумер уже здесь. Шон отложил в сторону макет будущего номера «Эн-И-Си», который готовился к печати, и, встав из-за стола, попросил Чеда пригласить баронессу.
Неожиданное появление королевы в его кабинете, как и тогда на балу, смутило колдуна лишь на секунду, и он уже собирался выразить ей свое почтение, но его удержало от этого присутствие Копленда. Шон молча смотрел на Анну. На ней был серый брючный костюм и оранжевая блузка. Она выглядела элегантно и производила впечатление уверенной в себе деловой женщины.
Если бы колдун не видел ведьму на балу до ее преображения, он вряд ли бы узнал в ней королеву, так как вместо длинных черных волос лицо девушки обрамляли мягкие каштановые локоны, доходившие ей лишь до плеч. Анна не спешила заговаривать и с легкой улыбкой оценивала его реакцию на свое появление. Чед переводил взгляд с шефа на посетительницу.
– Так вы знакомы? – спросил он.
– Да, – ответила ведьма, – мы встречались на приеме у кузины мистера Мак-Генри. Вы ведь меня помните, Шон?
– Конечно, – спокойно произнес колдун.
– Что ж, если понадоблюсь, я у себя, – сказал Копленд и вышел из кабинета.
– Ваше величество, – поклонившись, проговорил Мак-Генри, как только за Чедом закрылась дверь.
– Это лишнее, – девушка покачала головой. – Называйте меня по имени.
– Итак, Анна, что вас привело в Эдинбург?
– Реклама моего отеля.
– Боюсь, что читатели «Эн-И-Си» едва ли являются вашей целевой аудиторией, – заметил колдун. – Поэтому я подозреваю, что у вас ко мне другое дело.
– Вы правы, – подтвердила Анна. Она помолчала какое-то время, а затем спросила: – Как насчет ужина?
– Сегодня?
– Если это, конечно, не нарушит ваши планы, – вежливо сказала девушка.
– Хорошо, – согласился Шон. – Знаете ресторан «Первый номер»?
– Нет, но я найду.
– Тогда в восемь вас устроит?
– Конечно, – улыбнулась Анна.
Когда Шон сидел за столиком в ресторане и ждал прихода ведьмы, он вспоминал их знакомство на балу. В своем королевском облике Анна была очень красива и недосягаемо величественна, но все же ему больше понравилась та задумчивая девушка, которая стояла на краю скалы и смотрела на море. И потом во время танца она казалась такой открытой и лишенной притворства, словом, такой, какими ведьмы бывают очень редко. Интересно узнать, подумал Шон, какая из них настоящая Анна.
Вскоре девушка появилась в ресторане. Когда она подошла к его столику и поздоровалась, колдун помог ей снять пальто и попросил официанта принести меню. Ведьма была одета в мягкое темно-зеленое трикотажное платье, которое ей очень шло. Сейчас она не имела ничего общего с образом могущественной повелительницы, а, наоборот, казалась земной и даже слегка смущенной девушкой.
– Изысканное место, – заметила Анна, указав на интерьер.
– Да, – согласился Шон. – Обычно я назначаю здесь деловые встречи.
– О, я меньше всего хотела бы, чтобы вы считали нашу встречу деловой.
Мак-Генри внимательно посмотрел на ведьму и медленно проговорил:
– Что же вам тогда нужно, Анна?
Девушка хотела что-то ответить, но передумала. Колдуну показалось, что под его пристальным взглядом она выглядела не такой уверенной в себе, как днем в его редакции. Анна как будто сомневалась в чем-то.
– Скажите, Шон, что вам известно обо мне как о ведьме? – спросила она после того, как официант принес им ужин.
– Я знаю не очень много. То же, что и все остальные, – ответил он. – Вы – разрушитель и довольно жестоко расправляетесь со своими врагами.
– Вы боитесь меня? – задав вопрос, девушка замерла в ожидании ответа.
Теперь настала его очередь сомневаться. Шон понимал, что с ее стороны это, скорее всего, игра. Он говорил себе, что Анна – беспринципная и безжалостная ведьма, к тому же самая сильная из всех. Но как же это все не соответствовало образу нежной, очаровательной девушки, которую колдун видел перед собой!
– Да, я боюсь, – сказал правду Шон.
Ведьма улыбнулась.
– Я не чувствую вашего страха и очень рада этому, – Анна помедлила немного, а затем продолжила, как будто прочитав его мысли: – Я знаю, жестокий разрушитель, охота за сердцем, королевский Эфир – благоразумного человека все это удержало бы от общения со мной. И я не стану убеждать вас, что я не такая, какой вы меня себе представляете. Я действительно люблю играть, притворяться и заставлять других страдать. У вас нет причин доверять мне, – девушка на миг остановилась и с едва заметным смущением призналась: – Но вы мне понравились, и, честно говоря, то, что мне не хочется скрывать от вас мою истинную сущность, приводит меня в некоторое замешательство.
Анна набрала воздуха в легкие и, медленно выдохнув, чуть тише произнесла:
– Я надеялась, Шон, что вы поможете мне понять, почему в вашем обществе у меня нет желания быть настоящей ведьмой.
– Вы, конечно, привыкли выбирать себе мужчин? – спросил колдун, сделав глоток кофе.
– Да.
– И мне должно льстить, что вы обратили на меня свое внимание. Но скажу вам прямо, я предпочитаю развитие отношений, принятое в обществе людей, когда инициатива принадлежит мужчине. Вы очень красивы и нравитесь мне тоже. И при других обстоятельствах я постарался бы не упустить шанса произвести на вас соответствующее впечатление. Но в данном случае самоуважение не позволяет мне ответить вам согласием.
Некоторое время они молча сидели, обдумывая слова друг друга. Когда ужин подошел к концу, Анна сказала:
– Я не буду настаивать, но опасаюсь, что вы могли меня неправильно понять. Возможно, вы думаете, что благодаря моей силе я считаю себя вправе открыто заявлять о своих желаниях, будучи уверенной, что понравившийся мне мужчина не посмеет мне отказать. Так вот, я бы не хотела, чтобы у вас создалось такое мнение обо мне.
Ведьма встала из-за стола, и Мак-Генри молча помог ей одеться.
– Прощайте, Шон, – глаза Анны на миг сверкнули. – Спасибо, что согласились поужинать со мной.
«Глупец! Что ты делаешь? Тобой заинтересовалась умная, красивая девушка, а ты завел дурацкий разговор о самоуважении и каких-то принципах. Нужно вернуть ее!» – говорил себе колдун еще в ресторане и потом, сидя в гостиной у себя дома. Но сомнения тут же отвечали:
«Разве можно ей верить? Она опасна. Ее кажущаяся открытость говорит всего лишь о том, что она безошибочно определила способ, как тебя завлечь и в конце концов разбить сердце». – «Для какого такого большого дела или удивительной жизни тебе нужно твое сердце, что ты его так бережешь?» – Шон усмехнулся. Действительно, в отличие от многих своих соплеменников Мак-Генри не был одержим стремлением развить свой Эфир и увеличить силу. Он воспринимал магию как приятное дополнение, возможность сделать свою жизнь более комфортной.
Шон всегда любил журналистику, но, даже являясь художником, никогда не ощущал потребности создать что-то значительное, чтобы оправдать смысл своего существования. Родственники колдуна, также владеющие магией, считали, что он любит людей больше, чем себе подобных. На самом деле Шон не делал различий между людьми, способными и не способными колдовать. Просто его образ жизни, скорее, соответствовал жизни обычного человека. И Мак-Генри это полностью устраивало.
На следующий день, обсуждая на совещании с коллегами темы будущего номера, колдун по-прежнему мысленно возвращался к событиям вчерашнего дня. Это отвлекало от работы и свидетельствовало о том, что он не до конца разобрался в себе и, возможно, принял неверное решение. Когда Шон остался один в кабинете, он задал себе вопрос, чего он хочет.
Вздохнув, он признал: Анне удалось нарушить его эмоциональное спокойствие, и теперь ему нужно больше. Должно быть, пришло в голову Мак-Генри, все ее жертвы вначале чувствовали что-то похожее. Но в отличие от него они не знали, что являются жертвами. Однако Шон не был уверен, что это знание может дать ему какое-то преимущество. Колдун подошел к окну и увидел, как мокрый снег ложится на стекло и закрывает унылый вид уставшего от зимы города. «Интересно, – подумал Шон, – Анна еще в Эдинбурге или уже уехала…»
Он разжал кулак, и в его ладони тут же появился телефон. Колдун набрал номер, который оставила королева.
– Да, я слушаю, – отозвалась девушка.
– Здравствуйте, Анна. Это Шон Мак-Генри. Вы все еще в Шотландии?
– Пока да. Не знаю, когда еще выпадет возможность осмотреть достопримечательности Эдинбурга.
– Тогда, думаю, вам просто необходим гид.
Анна
Суббота выдалась солнечной, и выпавший вчера снег почти везде растаял. Посетив Эдинбургский замок, Анна и Шон с удовольствием прошли пешком всю Королевскую Милю, в конце которой располагался Холирудский дворец, также не обойденный их вниманием.
В конце дня, стоя на балконе квартиры Мак-Генри, занимающей последний этаж старинного дома в центральной части города, ведьма любовалась видом.
– И тебе никогда не хотелось взлететь отсюда? – удивилась она. – Здесь очень красиво.
– Знаешь, я не особенно переживал, что не умею летать, – пожал плечами Шон. – Меня вполне устраивает вид.
Он облокотился на ограждение и посмотрел вдаль. Затем повернулся к девушке, стоящей возле него.
– Скажи, чтобы все было по правилам, – начала Анна, – должна ли я сейчас поблагодарить тебя за интересную экскурсию и приятный вечер, пожелать спокойной ночи и уйти?
– Вообще-то, – ответил колдун с улыбкой, – это нужно было сделать еще, когда мы гуляли по городу. Но ты уже у меня дома, так что нет смысла говорить о правилах.
– Эх, – вздохнула ведьма с деланным сожалением, – значит, я упустила шанс произвести на тебя впечатление приличной девушки?
– Это произошло еще на балу в Даннотаре, когда я узнал, что ты королева.
– И как же мне тогда реабилитироваться? – спросила Анна, захлопав ресницами.
Шон обхватил ее одной рукой за талию, а второй взял ее ладонь и положил себе на плечо.