– Вот это – вопрос, ответ на который никто не знает. За тысячу лет ведьмы и колдуны привыкли жить сами по себе и прекрасно обходились без монарха.
– А чем раньше занимались короли?
– Их основной задачей было поддерживать магическое равновесие. Как ты уже заметил, – продолжала Анна с улыбкой, – ведьмы умеют много чего такого, о чем люди не догадываются. Ну и вот, кое-кто из колдовского сообщества считает, что на основании этого ведьмы и колдуны должны занимать главенствующее место в мире, а люди вообще не нужны. Но вот что интересно, на самом деле все наоборот, это мы людям не нужны, они даже не знают о нас, а вот нам трудно жить без людей. Эфир потеряет силу, и в конце концов магия исчезнет.
– Почему? – спросил Ники. К этому времени вальс уже закончился, и они прошли в соседний зал, в котором находилась Королевская капелла.
– Вряд ли тебе понравится то, что я скажу, – глаза Анны зажглись опасным огнем. – Эфир питается отрицательными эмоциями людей. Ведьмы и колдуны испытывают головокружительное чувство насыщения Эфира, когда они заставляют других страдать.
– Ясно. Если не будет людей, вам нечем станет питаться, – улыбнулся музыкант.
– Вроде того, – продолжала девушка. – В общем, в прежние времена короли старались этого не допустить. Потом паладины отлично справлялись с той же задачей. И вот появляется королева. По-моему, даже рыцари, которым открыто больше, чем другим, недоумевают, почему королевский Эфир вдруг решил их покинуть и обрести обитель в теле ничего не подозревающей ведьмы.
– Может, этому вашему Эфиру было нужно, чтобы кто-то один сосредоточил всю власть и силу в своих руках и был готов к борьбе против… ну, против тех, о ком ты говоришь? Знаешь, это как природа заботится о сохранности человеческого вида, когда перед войной процент новорожденных мальчиков увеличивается.
Слова Ники произвели на Анну странное впечатление. В ее глазах вдруг промелькнул едва заметный испуг. Погрузившись в задумчивость, девушка отвела взгляд и сделала несколько шагов.
– Об этом многие говорят, – тяжело вздохнув, сказала она. – Предрекают войну, которой не избежать.
– Ты боишься? – молодой человек приблизился к Анне.
– Да, но, знаешь, меня пугают не сражения или опасность погибнуть, – посмотрев на Ники, улыбнулась ведьма. – Я боюсь, что если что-то такое начнется, моя жизнь перестанет мне принадлежать, и я не смогу делать то, что хочу.
– А что ты хочешь?
– Я хочу быть с тобой.
Ни одна нота не изменилась в голосе Анны. Ее спокойный, слегка отстраненный взгляд не давал возможности понять, насколько искренни и важны для нее были эти слова. Но Ники знал, что в этот миг, как и в те редкие мгновения, когда девушка говорит о своих чувствах к нему, ею владеет привычка скрывать свои эмоции. Музыкант находил особое очарование в несогласованности смысла слов Анны и интонации, с которой они были произнесены. Ники подошел к ней и взял ее за руку.
– Я рад, что наши желания совпадают.
В эту секунду глаза ведьмы вспыхнули жестоким блеском. Она резко отняла свою руку и отстранилась на шаг.
– Не спеши так говорить. Ты не все знаешь обо мне и еще не видел мой настоящий облик.
Анна взмахом руки закрыла дверь, ведущую из капеллы во Владиславский зал, и избавилась от своей маски. Тревожное сомнение лишь на секунду пронеслось в голове у Ники, но он тут же забыл о нем, наблюдая за превращением ведьмы.
Ее глаза потемнели, а взгляд стал недосягаемо далеким и бесстрастным. Вокруг Анны возникло уже знакомое музыканту мерцающее облако, которое постепенно становилось густым и наконец полностью скрыло девушку под своим покровом. Однако спустя мгновение магия растворилась в воздухе, открывая взору молодого человека преобразившуюся ведьму.
Теперь на Анне было длинное узкое черное платье с открытыми плечами, изящной драпировкой и боковым разрезом, доходившим ей до середины бедра. Огромный черный камень украшал ее грудь, странным образом, без какой бы то ни было подвески, удерживаясь на коже девушки. Но самым главным изменением в ее облике были волосы. Длинные, до пояса, черные блестящие локоны мягкими волнами ложились на плечи и грудь. Взгляд ее малахитовых глаз, по-прежнему глубокий и непроницаемый, не выдавал ее чувства и мысли, а, наоборот, заставлял забыть о радости и желаниях и манил за собой в путь к гибели. Ники не стал противиться. Он снял свою маску и приблизился к Анне.
– Так это был не сон, – с улыбкой проговорил молодой человек, пропуская между пальцами шелковые пряди ее волос. Ведьма подняла на него глаза, и в ту же секунду музыкант увидел в них мягкий ярко-изумрудный блеск, так хорошо ему знакомый. Обнимая Анну за талию, Ники целовал ее нежные губы и был уверен, какие бы его ни ждали впереди сюрпризы, главное о ней ему уже давно известно.
– Тебе нравится? – спросила девушка, сделав глоток воздуха после поцелуя.
Молодой человек ответил не сразу. Ему доставило удовольствие проследить, как улыбка на ее лице сменилась выражением тревожного ожидания. Ники прикоснулся губами к ее руке и только после этого произнес:
– Твое преображение, моя прекрасная ведьма, – это самое удивительное волшебство за весь вечер.
– Я боялась, что ты иначе воспримешь это, – ответила Анна.
– Скажи, – поинтересовался молодой человек, – почему в обычной жизни ты так не выглядишь?
Девушка пожала плечами.
– Мне больше нравится короткая стрижка и более теплый оттенок волос. К тому же, я не привыкла к такой прическе. Она появилась сравнительно недавно. Около двух с половиной лет назад.
– А что произошло… – музыкант вдруг запнулся, вспомнив о том, что Анна ему уже говорила. – Ты сказала, два с половиной года назад?
– Да, Ники, – ведьма прикоснулась рукой к камню на груди и слегка отстраненно произнесла: – Знаешь, у колдовских королей никогда не было короны, только камень. Этот черный бриллиант нельзя отделить от кожи, можно лишь спрятать в Эфире. Он служит, – усмехнулась Анна, – своего рода опознавательным знаком, чтобы подданные не сомневались, что перед ними…
– …королева, – закончил за нее молодой человек. – Теперь ясно, на что намекал Д’Араго.
Девушка улыбнулась:
– Надеюсь, этот несущественный факт не повлияет на твое отношение ко мне?
Несмотря на ироничный тон ее слов, Ники все же уловил в них легкую тревогу.
– Ну, тут есть над чем задуматься, – с наигранной серьезностью сказал он. – Мало того, что я узнаю, что в нашем мире существует магия, которая служит злу, и люди, обладающие фантастическими способностями и умеющие летать, так еще оказывается, что ты всем этим повелеваешь и вообще самая сильная ведьма. Нелегко будет справиться с таким потрясением, – Ники сделал паузу, а затем, улыбнувшись, продолжил: – Я в восторге от этого. Кто еще сможет похвастаться тем, что его девушка – королева колдовского мира?
– Что ж, если ты не видишь в этом проблемы, – со смехом начала Анна, – давай вернемся в зал. Гости ждут. Да, – вдруг вспомнила она, – надень, пожалуйста, маску.
Когда они появились в зале, мужчины поклонились королеве, а хозяин бала от имени всех присутствующих поприветствовал ее величество и выразил надежду, что она останется довольной проведенным праздником. Когда ведьма поблагодарила его за великолепный бал, вновь заиграла музыка, однако никто из гостей не спешил танцевать. Тогда Анна взяла Ники за руку и спросила по-немецки:
– Еще один вальс?
– С удовольствием, – ответил молодой человек.
Танец закончился, и в центре зала возникли паладины.
– Нам пора, – сказала Анна, уводя музыканта за собой к выходу. – Сейчас начнутся выборы хозяина следующего бала, и это отвлечет внимание от нас.
Действительно, гости стали сдвигаться ближе к центру, а Ники и Анна беспрепятственно покинули зал.
Когда они спускались по лестнице, ведьма щелкнула пальцами и вернула себе тот наряд, в котором она пришла на бал. Исчез королевский камень, и длинные волосы сменились изящной короткой стрижкой.
Выйдя из ворот Пражского града, они снова остановились на смотровой площадке. Анна подняла перед собой руку – и в ее ладони появился смартфон.
– Так, посмотрим, куда бы нам пойти, – сказала она и принялась искать в сети бары и кафе Праги.
– Знаешь, когда мы здесь последний раз выступали, один из организаторов отвел нас в бар при небольшой частной пивоварне. Вот там было отличное пиво.
– Ты не помнишь, как называется это место?
– Кажется, «Пивовар из Нового города» или что-то в этом роде.
Анна быстро набрала название в поисковике.
– Этот бар находится в центре, но на другой стороне реки. Доедем за пять минут, – девушка убрала смартфон, а затем, взглянув на Ники, с улыбкой спросила: – Не хочешь переодеться во что-нибудь более удобное?
– Было бы неплохо, – согласился музыкант. – Но…
Он не успел договорить, потому что Анна щелкнула пальцами, и его костюм и рубашка превратились в джинсы, футболку и куртку.
– Очень практично иметь девушку ведьму, – весело заметил Ники.
Между тем, поменяв свое сиреневое платье на короткое светло-серое, а туфли – на сапоги, Анна позвонила Жан-Пьеру и договорилась с ним о встрече в баре.
– Так что, увы, – вздохнула Луиза, – мне в этом смысле не повезло. Я не могу летать сама, только с Жан-Пьером.
Друзья сидели в отдельном кабинете, расположенном в подвале бара «Пивовар из Нового города», и, делясь впечатлениями от праздника, посвящали Ники в устройство колдовского мира.
– То есть, как я понял, – уточнил музыкант, – если какой-нибудь колдун умеет летать, то он может без усилий поднять в воздух другого человека?
– Только женщину, – пояснил Жан-Пьер. – И кстати, не обязательно ведьму. Согласен, это странно и в определенном смысле несправедливо по отношению к нелетающим колдунам, которым приходится мириться с невозможностью испытать волшебное чувство свободного полета.
– Значит ли это, – продолжал спрашивать Ники, – что летающие колдуны сильнее летающих ведьм?