– Анна, скажи мне, – спросил молодой человек, – кто же такие разрушители?
Девушка вздохнула и начала объяснять:
– Знаешь, магия в нашем мире имеет несколько направлений или специальностей. К сожалению, мы их не выбираем. Каждый из нас рождается с определенными способностями. Знахари, к примеру,…
– Знахари? – Ники удивился использованию устаревшего слова.
– Ну, да, – улыбнулась Анна, – звучит странно. Это деление на группы было всегда, и названия сохранились с прошлых времен. Так вот, знахари отлично разбираются в том, что связано с живой природой и человеческим организмом. Художники – это не только те, кто пишет картины. Это такое общее название для всех, кто создает что-то новое. А вот придворные ничего не создают, предпочитая использовать то, что создали другие. Их поприще – войны, политические интриги, финансовые махинации. Есть еще одна группа. Это разрушители, – девушка остановилась. Ее взгляд похолодел, а голос стал звучать с едва заметным ожесточением. – Представители других групп относятся к ним с подозрением, иногда даже с ненавистью. Потому что это – самые опасные и безжалостные ведьмы и колдуны. Им неведомы угрызения совести. Все их действия подчинены неутолимой и порой неконтролируемой жажде удовольствия. Разрушителям лучше прочих известно это сводящее с ума ощущение наполнения Эфира, потому что они имеют дело непосредственно с чувствами людей. Разбивая сердца своим жертвам, разрушители, можно сказать, забирают у них жизненную энергию, радость, желания, вместе с ними обрекая на страдания и их близких.
Анна больше не смотрела на музыканта. Она опустила голову и как будто не видела ничего перед собой. Когда ведьма говорила о разрушителях, у Ники создалось впечатление, что у нее есть личные причины их ненавидеть. Он полностью развернулся к девушке и произнес:
– Анна, – звук его голоса словно вывел ее из этого состояния погруженности в себя. Ведьма повернула голову в сторону молодого человека. В ее взгляде одновременно сочетались презрение и боль, мольба и страх. Ники задал вопрос, ответ на который он уже знал: – Ты – разрушитель?
– Да, – проговорила девушка голосом, лишенным эмоций.
– И я нахожусь в опасности, потому что ты хочешь разбить мне сердце? – заключил музыкант.
– Нет, – ответила Анна. – Я хотела, чтобы ты знал всю правду обо мне.
– По-моему, ты чего-то боишься, – сказал Ники.
– Боюсь? – удивилась ведьма. – Нет, то есть… Я не хочу, чтобы ты теперь думал о тех людях, моих жертвах, и каждую минуту рядом со мной ждал, что окажешься на их месте.
– Этого не будет, – успокоил ее музыкант. – Поверь, то, что ты рассказала о разрушителях, не изменит мое отношение к тебе. И даже если ты однажды все-таки решишь разбить мне сердце, я уверен, что не буду жалеть о времени, проведенном с тобой.
Анна
Несмотря на то, что было два часа дня, в номере отеля «Королевский двор» царил полумрак из-за нависших над городом серых облаков, не скупившихся на унылый, непрекращающийся дождь. И хотя Анна уже несколько минут не спала, у нее не было ни малейшего желания покидать постель. Девушка осторожно перевернулась на правый бок и посмотрела на Ники. Разбуженный ее движением молодой человек открыл глаза и улыбнулся. Затем он приподнялся на локте и, как будто что-то припоминая, не спеша заговорил:
– Знаешь, я пытаюсь понять. То, что было вчерашней ночью – правда или мне это только приснилось?
– Что ты имеешь в виду, Ники? – Анна захлопала ресницами, изображая непонимание. Музыкант недоверчиво нахмурился и, сделав паузу, все же пояснил:
– Колдовской бал, магия, полеты, ты в образе королевы ведьм.
– О! – притворно удивилась девушка. – Твоя фантазия всегда меня восхищала. И что тебе еще снилось?
Казалось, Ники всерьез начал сомневаться в реальности того, что произошло вчера.
– Листопад в Старом королевском дворце в Пражском граде, фейерверк в соборе святого Вита, – перечисляя названия, молодой человек как будто пытался по их звучанию наконец установить истину. Анна вновь сделала вид, что удивлена, а затем, рассмеявшись, спросила:
– Вроде этого? – ведьма резко разжала свою ладонь, и от ее пальцев под потолок взлетело множество искр, которые сверкали некоторое время, а потом постепенно растворились в воздухе.
– Уф, – с улыбкой выдохнул Ники. – Я уже думал, что схожу с ума. Значит, все это – правда? И длинные черные волосы тоже?
– Вот, оказывается, что произвело на тебя самое сильное впечатление? Скажи честно, я нравлюсь тебе больше с длинными волосами?
– Нет, не больше, – успокоил ее музыкант. – Тебе идет короткая стрижка. Это очень на тебя похоже. А такая контрастная прическа выглядит непривычно. У меня нет пока на этот счет окончательного мнения, – Ники помедлил секунду и попросил: – Анна, можешь показать мне?
– Конечно, но не сразу, – в глазах ведьмы сверкнула лукавая улыбка. Девушка поднялась на кровати и, развернувшись к молодому человеку, не спеша начала расстегивать пуговицы на своей пижамной рубашке. – Видишь ли, мои длинные черные волосы имеют одно необычное свойство. Они постоянно рвутся на свободу. Пока я нахожусь в сознании, мне без труда удается сдерживать их, но они тут же появляются, как только я теряю контроль над своим сознанием, к примеру, когда засыпаю.
– Почему я этого никогда не видел? – спросил Ники, поднимаясь вслед за Анной и помогая снимать оставшуюся ее и свою одежду.
– Для таких случаев у меня есть мощное заклинание, которое необходимо произнести до момента, когда мне угрожает потеря самоконтроля.
– Что еще, кроме сна, способно погрузить тебя в такое состояние? – продолжал спрашивать музыкант, посадив девушку к себе на ноги.
Анна не смогла ответить молодому человеку, потому что ее мысли затерялись в волнующих ощущениях, вызываемых то легкими и осторожными, то дразнящими и решительными, балансирующими на грани грубости, прикосновениями его языка и губ к нежной коже ее груди.
Тепло и напряжение, натиск и покорность сменяли друг друга в ее сознании, пока она наконец с удовольствием с ним не рассталась. В миг, когда все чувства ведьмы сжались в одну точку и тут же взорвались сокрушительным грозовым разрядом, тяжелые угольные пряди заскользили по ее плечам и спине. Медленно открыв глаза, Анна с радостью заметила, что Ники не может отвести взгляд от ее удлиняющихся локонов. Музыкант лег на спину, и девушка положила голову ему на грудь, позволив черным волнам рассыпаться по его телу.
– И что, тебе каждый раз приходится использовать заклинание? – спросил Ники, запустив ладонь в волосы ведьмы.
– Ну, да.
– А ты можешь этого больше не делать?
– Понравился эффект? – улыбнулась Анна и мягко добавила: – Конечно. Я с удовольствием откажусь от заклинания. Знаешь, – продолжила она после паузы, – я рада, что мне больше не нужно ничего от тебя скрывать.
Девушка склонила голову набок и прислушалась к ровному биению сердца Ники. Пальцы музыканта ласкали кожу ее головы и спину под массой черного шелка блестящих волос. В один момент рука молодого человека замерла, и, подняв на него глаза, Анна увидела на его лице сомнение. Как будто его что-то тревожило.
– Ники? – ведьма удивленно посмотрела на него.
Музыкант не сразу отреагировал. Казалось, он хочет спросить ее о чем-то, но или не находит нужные слова, или боится услышать ответ.
– Анна, скажи, – наконец произнес молодой человек, – наши успешные концерты, восторги фанатов, удачная запись в студии тогда, когда ты присутствуешь при этом, – все дело в твоей магии?
– Нет, Ники, – искренне заверила его ведьма. – Поверь, чтобы своей силой воздействовать на что-то, я должна знать, как это устроено. Как, например, в случае с твоей травмой. Мне и, конечно, тебе повезло, что я правильно поняла доктора, который объяснил процессы, происходящие в твоем организме. Поэтому я смогла верно направить Эфир. Но разве кому-нибудь известно, как устроено вдохновение? – Анна с радостью наблюдала, как на лице музыканта появляется улыбка. Поцеловав молодого человека, ведьма сказала: – Так что все дело не в моей, а в твоей магии.
Ники убрал волосы девушки на одно плечо и, обхватив ее рукой за талию, перевернул на спину.
– Задержимся в Праге еще на некоторое время? – спросил он.
– С удовольствием, – не колеблясь, ответила ведьма.
III
Дарио
Пустынная сельская дорога, вьющаяся между пшеничных полей, вела в гору. Прогретый привычным августовским зноем воздух двигался и как будто искажал зрительное восприятие окрестного пейзажа.
Дарио Джулиани пешком поднимался по дороге и находил своеобразное удовольствие в прогулке под палящим полуденным солнцем. Идти оставалось недолго, и вскоре он оказался перед воротами усадьбы под названием «Каменная». Старинный двухэтажный дом, стоящий на горе, достался Дарио в наследство от деда пять лет назад и находился в стороне от небольшой деревни, расположенной на побережье Тирренского моря в полусотне километров южнее Неаполя.
Войдя в дом, молодой человек хлопнул в ладоши, и через минуту во всех комнатах установилась комфортная температура.
Поднявшись на второй этаж, он подошел к окну в спальне и сделал глоток воды из стакана, появившегося перед ним по взмаху руки, а затем устремил взгляд в лазурную морскую даль. Ни живописная картина залива, ни солнечные блики на спокойной поверхности моря, ни умиротворяющая тишина вокруг не занимали в этот миг колдуна.
Его сознание, все его тело заполняло разрывающее изнутри предвкушение расплаты, которой были подчинены все его мысли и поступки в течение последних десяти лет. Джулиани подумал о своей семье и снова так же, как на кладбище, куда он ходил сегодня утром проведать могилу отца, произнес вслух:
– Скоро, уже скоро.
Наконец многолетние поиски, длительная подготовка и терпеливое ожидание остались позади, и пришла пора сдержать слово, данное колдуном самому себе, и отомстить ведьме, разрушившей его жизнь. Дарио вновь мысленно перенесся в прошлое и пообещал себе, что воспоминания о нем заставят его страдать в последний раз.