Оставалась последняя возможность спасти положение. Анна подошла к Ники и села рядом с ним на диван.
– Заклинание не сработало? – догадался молодой человек и мрачно добавил: – Вот скажи, что хуже, разочаровать поклонников плохим звуком или большой задержкой концерта?
– Я могу сделать так, что ты сможешь петь без микрофона, и тебя будет слышно всем.
– Чего же мы ждем! – Ники хотел встать с дивана, но Анна удержала его.
– Не спеши. Во-первых, тебе придется объяснить внезапное усиление голоса…
– Это не проблема, – махнул рукой музыкант.
– Есть еще кое-что. Заклинание действует так: после моего поцелуя, как только ты запоешь, твой голос будет очень громким и останется таким, даже если ты захочешь что-то тихо сказать.
– Это навсегда?
– Нет, – успокоила его Анна, – до тех пор, пока я тебя снова не поцелую. А это произойдет после концерта. Уверен, что сможешь обойтись без лишних разговоров?
– Думаю, полтора часа продержусь.
– И за сценой во время перерыва тоже?
Ники пожал плечами.
– В крайнем случае все, что нужно, смогу объяснить на пальцах. Есть еще какие-нибудь условия?
– Нет, – покачала головой ведьма. Ее глаза вспыхнули, и она спросила: – Ты готов?
Молодой человек уверенно кивнул. Анна с удовольствием проследила за тем, как его взгляд наполнился предвкушением волшебства, к которому Ники давно должен был привыкнуть, но каждый раз воспринимал с неподдельным восторгом. Девушка улыбнулась ему и, прикоснувшись к его губам, мысленно произнесла заклинание.
Когда ведьма вновь посмотрела на музыканта, тот выглядел слегка озадаченным, как будто пытался понять, что в нем изменилось. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но остановился и направил на Анну вопросительный взгляд.
– Все в порядке, – сказала девушка. – Сейчас ты можешь говорить свободно. Все начнется, как только ты запоешь.
– Отлично, – осторожно проговорил молодой человек, – тогда нам пора на сцену.
Как раз в этот момент Хельмут вернулся с Граде и Оксом и, узнав, что звук по-прежнему не отлажен, предложил выйти и объявить о задержке концерта. Ники ответил ему, что в этом нет необходимости, и они уже могут начинать. На вопрос коллег о микрофоне Роннет призвал всех не паниковать и уверенно заявил, что сегодня обойдется без него.
Хельмут с сомнением посмотрел на Ники, а затем, переведя взгляд на Анну, успокоился и вздохнул с облегчением. Ведьма во второй раз пожелала всем удачи и покинула комнату. Тим, прекративший манипуляции с аппаратурой, включил интро, и музыканты приготовились выйти на сцену.
Концерт начался с «Вперед к свету», одной из старых песен «Мистерии». Ники появился перед фанатами за несколько секунд до начала вокальной партии и, как показалось ведьме, выглядел немного взволнованным, как будто это – его первое выступление. Впрочем, подумала девушка, скорее всего, это было заметно только ей.
Музыкант окинул взглядом зал, встретился глазами с Анной и уверенно запел.
Звук его голоса заполнил все пространство зала и вызвал бешеный отклик поклонников. Уже через минуту Ники совершенно забыл о волнении и неприятностях и погрузился в свою привычную стихию. Ведьма была не в состоянии оторвать от него взгляд. Она перестала замечать фанатов в партере и тех, что сидели рядом с ней в ложе, больше не беспокоясь о действии своего заклинания. Она была заворожена энергией музыки и исполнения.
Каждый концерт «Мистерии», на котором Анна присутствовала, дарил ей неповторимые переживания. Каждый раз Ники представал перед ней по-новому ярким, увлеченным и способным своей музыкой обнаружить в ее душе то, о существовании чего девушка даже не догадывалась. Сегодняшнее выступление не было исключением.
В конце поклонники долго не хотели отпускать музыкантов, настаивая на продолжении. Ники и его друзья сыграли еще четыре песни на «бис» и только после этого попрощались с фанатами.
К тому времени Анна спустилась в помещение рядом со сценой и с улыбкой наблюдала радостное удивление и восторг на лицах Хойера, Йенсена и его помощников. Поцеловав Ники, ведьма освободила его от действия заклинания и позволила ему наконец спокойно ответить на все вопросы о состоянии его голосовых связок.
Когда аппаратура была убрана, музыканты и техники отправились на автобусе в Дюссельдорф, а Анна и Ники вернулись в отель, решив остаться в Саарбрюккене до утра.
– То есть в «Стене» вы не будете снимать? – спросила девушка.
Они находились в номере маленькой, уютной гостиницы «Лисица» и обсуждали предстоящие съемки видео на песню «Как дикарь».
– Пришлось отказаться. Сцена не подходит, – объяснил Ники. – Не будет похоже на большой концерт. Но, к счастью, мы нашли замену.
– Неужели «Арена-Эс»? – Анна упомянула название стадиона футбольного клуба «Фортуна».
– Нет. Хотя к ним мы тоже обращались. Но у них сейчас идет подготовка к новому сезону. Да и к тому же нам требуется закрытое помещение. В общем, – заключил молодой человек с улыбкой, – мы будем снимать, ты не поверишь, в «Глиняном Дворце»!
– О! – удивилась ведьма. Это был крупнейший концертный зал в Дюссельдорфе, предназначенный для выступления больших оркестров, исполняющих классическую музыку. – Представляю, сколько это вам стоило.
– Да, немало, – согласился Ники. – К тому же из-за этого пришлось менять всю идею видео. Клевберг, наш режиссер, ну помнишь, я тебе говорил? – спросил музыкант и, когда Анна кивнула, продолжил: – Он был так впечатлен размерами зала, его огромным куполом, что решил сделать это место центром всего ролика, а видео с выступлением перед фанатами нарезать из концертных записей.
– «Глиняный Дворец» – это здорово! Классика и металл, что может быть лучше! – сказала девушка. – Вы будете приглашать оркестр?
– Такая идея рассматривается, – ответил Ники. – Я уже разговаривал с руководителем оркестра «Новая филармония Вестфалии». Надеюсь, они согласятся. Даже если и нет, это не так уж важно. Сама мысль, что мы будем играть в «Глиняном Дворце», невероятна!
– Ты этого заслуживаешь, – улыбнулась ему Анна.
Музыкант пожал плечами и, подойдя к девушке, обнял ее за талию.
– Не мне судить, – сказал молодой человек, неторопливо касаясь ее губ.
Через мгновение или значительно больший отрезок времени (ведьме и в голову бы не пришло задумываться над продолжительностью поцелуя) Ники посмотрел на нее и с удовольствием проследил, как темно-малахитовый цвет ее глаз уступает место ослепительному изумрудному сиянию. Музыкант не спешил освобождать Анну из своих объятий так же, как и она – расцеплять замок из пальцев, сомкнутых за его головой.
– Поужинаем где-нибудь? – спросила девушка.
– Да, но сначала – душ, – сказал Ники. – Пойдешь со мной?
– Конечно, – тут же согласилась ведьма.
Вода струилась сверху и, падая на правое плечо Анны, стекала вниз. По телу волнами разливалось тепло от нагретого водой воздуха в душевой кабине и в большей степени от прикосновений пальцев и губ Ники к влажной коже плеч и груди девушки. Пронзительный блеск ее темных глаз резал пар, заполнявший ванную.
Ведьма подняла вверх руки, и вокруг ее запястий сформировались два магических кольца. Приковав себя таким образом к стене, она обхватила ногами бедра молодого человека, которому не нужно было поддерживать ее, и во время движения он мог не прерывать ласк, усиливая удовольствие и приближая мгновение торжества природы над сознанием.
Этот миг ознаменовался единой остановкой дыхания, у Анны – на вдохе, а у Ники – на выдохе. Когда они через несколько секунд все-таки совершили выдох и вдох соответственно, и девушка почувствовала тяжесть освобожденных волос на своих плечах, она поспешила открыть глаза и насладиться выражением совершенной радости на лице молодого человека. Он пропускал между пальцами черные локоны и с восторгом ребенка, раскрывающего тайны природы, в который раз удивлялся неподвластности волшебных волос законам окружающего мира.
Капли воды, извиваясь, стекали по блестящим прядям, не смачивая и не нарушая их форму. Ники, не отрываясь, смотрел на Анну. Нежность и восхищение в его взгляде заставляли ее глаза искриться, а сердце – биться с неукротимой силой, разрушающей плен скованных разумом эмоций.
Дарио
«Глиняный Дворец» – величественное здание в центре Дюссельдорфа – был на два дня арендован группой «Мистерия» для работы над новым клипом. Дарио знал, что сегодняшний день посвящен музыкантам группы, а завтра в съемках видео в «Глиняном Дворце» примет участие оркестр «Новая филармония Вестфалии».
Колдун и его подруга Сильвия Битнер с утра сидели на последнем ряду задней трибуны и уже два часа наблюдали за рабочим процессом. Благодаря тому, что освещение, тяжелые прожекторы и люстра, использовалось только для круглой сцены в центре концертного зала, а ложи и трибуны оставались в темноте, Дарио и Сильвия могли не беспокоиться, что их заметят. Этому способствовало, впрочем, еще и то, что Джулиани огородил их звуконепроницаемым и затемняющим куполом.
Съемки шли уже третий час, и колдун ждал подходящего момента, чтобы сделать то, что он задумал. Он собирался устроить на съемочной площадке несчастный случай, в результате которого Роннет должен серьезно пострадать. Дарио сотни раз представлял себе эту картину: из-за травмы головы музыкант навсегда превращается в инвалида, не способного управлять своим телом и рассудком. Он не узнает людей и ничего не помнит.
Колдун предвкушал наслаждение, воображая, как потрясена будет королева, когда увидит своего любимого человека в таком состоянии. Джулиани признался себе, что в этой фантазии ему доставляет удовольствие не только страдание Анны, но и изменившийся до неузнаваемости внешний вид этого самовлюбленного, уверенного в собственной непревзойденности позера.
Но прежде чем он сможет увидеть эту картину в реальности, колдуну предстояло использовать почти все свои силы и умения, чтобы справиться со сложностями в этом деле.
Во-первых, осуществление задуманного требовало его максимальной концентрации, ведь Дарио собирался воздействовать на мозг – самый сложный орган человеческого тела. И во-вторых, колдун понимал, что Анна, наверняка, позаботилась о магической защите своего музыканта.