Музыкант понимал, что у него мало шансов узнать девушку среди тысяч поклонников, но верил в удачу и надеялся благодаря программе ограничить круг поиска.
Новая песня появилась на сайте двадцать восьмого февраля, и Ники лично следил за реакцией фанатов не только на официальном сайте, но и на всех известных ему ресурсах, посвященных тяжелой музыке. Молодой человек знал об особенности Анны много раз подряд прокручивать понравившуюся песню, поэтому, когда статистика посещений сайта выявила три ай-пи-адреса в Канаде, с которых производилось максимальное количество прослушиваний нового трека, Ники с надеждой предположил, что один из этих адресов принадлежит Анне.
Чтобы выяснить это музыкант решил обратиться в одно частное детективное агентство. Он сообщил профессионалам все, что ему было известно о местонахождении девушки. Один из детективов, владеющий французским языком, поехал в город Сен-Жером, лежащий недалеко от Монреаля, другой взял на себя Ванкувер, а Ники отправился в Летбридж. Конечно, он мог бы полностью довериться профессионалам, однако подумал, что не выдержит ожидания, и к тому же у него была еще одна причина считать Летбридж наиболее перспективной целью.
Дело в том, что один из комментариев поклонников на официальном сайте был оставлен пользователем по имени «Альпийская чародейка», также находящемся в Летбридже. И хотя Ники понимал, что вероятность того, что это – Анна, была крайне мала (во-первых, стиль сообщения не соответствовал стилю речи девушки, и, во-вторых, она вряд ли бы выбрала себе такой псевдоним), тем не менее, он хотел верить, что этот знак судьбы приведет его к желанной цели.
Прибыв в Летбридж к вечеру седьмого марта, Ники остановился в гостинице «Чарльз Стрит» и собирался завтра встретиться с Хью Барри, местным полицейским в отставке, занимающимся частными расследованиями.
На следующее утро мистер Барри, получив от молодого человека всю информацию, заверил Ники, что, если Анна в Летбридже, то он гарантированно найдет ее, после чего, договорившись встретиться с музыкантом вечером, отправился выяснять, кому принадлежат два ай-пи-адреса – фаната, который тридцать раз прослушал песню, и обладателя псевдонима «Альпийская чародейка».
Ники не оставалось ничего другого, кроме как терпеливо ждать вечера. Не зная, чем себя занять в незнакомом городе, молодой человек бродил по набережной и через некоторое время поймал себя на мысли, что с надеждой вглядывается в лица проходящих мимо девушек. Интересно, подумал Ники, если Анна все-таки в Летбридже, какова вероятность, что она вот так вдруг встретится ему на улице?
Приказав себе отбросить приятные, но нереальные фантазии, музыкант зашел в первое попавшееся ему кафе, чтобы выпить кофе. Окинув взглядом небольшое помещение, Ники занял место за столиком у окна. В кафе было немноголюдно, вместе с ним всего пять посетителей. За соседним столом сидели две девушки и что-то оживленно обсуждали.
– И знаешь, что на этот раз? – возмущенно обратилась одна из них к своей собеседнице. – Представляешь, ей не понравилось слово «узреть». Якобы оно не соответствует стилю статьи. Я до сих пор вне себя! – гневно выдохнула она.
– Камилла, успокойся, – сказала ее подруга. – Поверь, она не стоит твоих нервов.
– Я знаю, но… – явно не желая следовать ее совету, ответила Камилла и, достав из сумки несколько листов с текстом, продолжила: – Нет, Шеннон, ты только послушай, что она мне тут написала. «Слово «узреть» относится к высокому и поэтическому стилю, и его использование в публицистике возможно только в ироническом контексте». А моя статья, по ее мнению, не тот случай.
– Забудь, – Шеннон опять попыталась ее успокоить. – Зачем придавать такое значение словам какой-то там… Кем она работает?
– Всего лишь корректором, – вновь возмутилась Камилла. – И меня удивляет, почему все вокруг ее слушают, и Эдна, и Блэйз. Мужчины вообще ведут себя неадекватно в ее присутствии. Как будто у них отключаются мозги. И главное, непонятно, что в этой швейцарке такого особенного.
До этого момента разговор девушек развлекал и забавлял Ники. Но последняя фраза Камиллы заставила его прислушаться к диалогу с особым вниманием.
– Сколько ей лет? – спросила Шеннон.
– Точно не знаю, где-то около двадцати пяти.
– Она, правда, так хороша собой?
– В том-то и дело, что ничего особенного, – повторила Камилла и, усмехнувшись, добавила: – Кажется, что ей неизвестно слово «парикмахер», и, похоже, она так увлечена стилями речи, что не обращает внимания на стиль в одежде. Носит какие-то бесформенные вещи.
– Чем же в таком случае она привлекает мужчин? – удивилась Шеннон.
– Я сама не могу понять, – с презрением в голосе проговорила Камилла. – Но кто-нибудь из них постоянно находится около нее. Обычно это наш фотограф Марсель Делаж. Знаешь, что меня бесит больше всего и, кстати, не только меня? Когда они начинают говорить друг с другом по-французски.
– Да, помню, ты рассказывала, что это ее родной язык.
Прежде чем Камилла успела ответить подруге, Ники обратился к ним:
– Простите, что вмешиваюсь в ваш разговор. Я стал невольным слушателем, – улыбнулся музыкант. – Дело в том, что я разыскиваю девушку, похожую по описанию на ту, о которой вы говорите. Не могли бы вы мне помочь?
Камилла окинула взглядом привлекательного молодого человека и с улыбкой указала ему на стул за их столом.
– А вы из полиции? Она совершила какое-то преступление? – заинтересованно расспрашивала Камилла.
– Я пока не уверен, что речь идет об одной и той же девушке, – осторожно остановил ее Ники. – Как ее зовут?
– Анни Д’Орор. Это она?
Музыкант пожал плечами.
– Имя может быть ненастоящим.
– Я так и знала, что она скрывается от полиции! – торжествующе воскликнула Камилла.
– А почему вы так решили?
– Она переехала в Летбридж из Лондона, только подумайте, в провинциальный канадский город из столицы Великобритании! Обычно все стремятся сделать наоборот.
Ники согласно закивал головой и задал следующий вопрос:
– А когда это произошло?
– Ну, – задумалась Камилла, – она устроилась корректором к нам в редакцию около четырех месяцев назад. Наверное, в это время и переехала. Точно не знаю.
– Пожалуй, это мне подходит, – вслух размышлял музыкант. – Вы сказали редакция?
– Журнал «Эл-Дабл Ю», «Летбриджский уикенд», – пояснила Камилла. – А у вас есть ее фотография?
– Да, конечно, – ответил Ники, открывая фото Анны на своем смартфоне. – Но, боюсь, это не поможет, так как она способна изменить свою внешность до неузнаваемости.
Камилла, нахмурившись, некоторое время изучала фото.
– Сложно сказать, – наконец проговорила она. – Другая прическа, очки, и потом, девушка на фото одета со вкусом, в отличие от Анни. Впрочем, если она скрывается от полиции, тогда это все объясняет.
Ники на минуту задумался. Он вспомнил о том, что ему рассказывала Анна об итальянском художнике, которому она разбила сердце, и молодому человеку в голову пришла одна идея.
– Вы сказали, ее зовут Анни Д’Орор? Это ведь французское имя?
– Да…
– А как оно пишется? Вы знаете?
Камилла осмотрелась по сторонам в поисках того, на чем и чем можно было написать имя. Ники протянул ей свой смартфон, и она набрала на нем два слова. Взглянув на экран, музыкант сказал:
– Фамилия образована от слова «Аврора». Не так ли?
– Ну, да, наверное, – пожала плечами Камилла, не понимая, какое это могло иметь значение.
– Аврора – богиня утренней зари у древних римлян, – несколько отстраненно рассуждал молодой человек, а затем, с радостной улыбкой посмотрев на обеих девушек, добавил: – Знаете, как ее называли в Древней Греции? Эос.
Узнав у Камиллы адрес редакции «Эл-Дабл Ю», Ники тут же отправился туда за подтверждением своей догадки и с надеждой наконец увидеть Анну.
Анна
Когда Анна познакомила Ники с коллегами и друзьями, их изумлению, казалось, не было предела, а Марсель как будто вообще потерял дар речи, увидев музыканта в редакции и узнав, что именно его имела в виду Анна, когда говорила о своих прошлых отношениях. Возвращаясь вместе с Ники домой на машине, девушка слушала его рассказ о том, как ему удалось ее найти. Особенно ее поразило случайное знакомство молодого человека с Камиллой Боу, так как до этого момента ведьма с трудом могла представить себе возможность того, что в ее жизни случится такое удачное стечение обстоятельств.
– Должно быть, это судьба, – с улыбкой сказал Ники в ответ на ее замечание и уже более серьезно добавил: – Я знаю, тебе не нравится, когда что-то необъяснимое и неконтролируемое вмешивается в твою жизнь.
Анна хотела возразить или согласиться с ним, но, так и не сделав выбор, промолчала. Тем временем подъехав к ее коттеджу, ведьма и музыкант вошли в дом. Когда они оставили верхнюю одежду в холле, девушка жестом пригласила Ники пройти в гостиную и, щелкнув пальцами, моментально зажгла огонь в камине.
– Мне этого не хватало, – сказал молодой человек, подойдя к камину.
– Да, – улыбнулась Анна, – магия незаменима в быту, когда живешь одна. Кофе? – спросила она, приблизившись к музыканту.
– Может, позже?– предложил Ники и, не медля ни секунды, привлек девушку к себе, тем самым решительно призывая ее отказаться от ненужных светских разговоров.
Ощущая, как неподвластный контролю, горящий поток Эфира беспощадно накаляет сосуды и клетки тела, а рецепторы кожи до боли стремительно отвечают на прикосновения, Анна с наслаждением выбросила из головы все мысли и подчинилась единственному чувству – желанию.
Темно-малахитовые глаза ведьмы пылали требовательным огнем, но она едва ли была способна в этот миг отдавать себе отчет в происходящем и своих действиях, потому что ее тело и сознание заполнил восторг, соединивший все пережитые за сегодняшний день эмоции: радость от встречи с любимым человеком, удовольствие вновь почувствовать его объятья и разделить с ним мгновение абсолютного блаженства. Черные, упругие пряди рассыпались по ее плечам и груди, вызвав улыбку восхищения на лице Ники.